Романтика Роберта Бёрнса
Чаще всего не на английском (хотя прекрасно владел литературным языком), а на особом диалекте — «равнинном шотландском». В Великобритании про него есть поговорка: «Когда Шотландия забудет Бёрнса, то мир забудет Шотландию».Творчество его было известно и в России. Первые переводы появились еще в начале XIX века: известно, что томик Бёрнса стоял и в библиотеке Пушкина. Кто только не брался за «русского Бёрнса» — Белинский, Жуковский, Лермонтов, Бальмонт… Но родным для нас он стал благодаря советскому поэту Самуилу Маршаку, который перевел почти половину наследия великого шотландца. И хотя порой его переводы далеки от оригинала, «маршаковский» Бёрнс звучит именно так, как этого, наверное, хотел бы сам великий шотландец — легко и певуче.Переводы Маршака были настолько мелодичны, что вдохновили…

