Творчество

Третья тутЯ сделал не два шага, а целых двадцать два, пока не оказался у своего пыльного Мондео. А потом еще два, чтобы открыть дверь и забраться внутрь. Я так торопился найти Эдика и свалить из города, что не мог позволить себе такой роскоши, как споры со всякими стариками и разговоры с людьми, которым ничего об Эдике не известно. Еще приближаясь к городу я видел вдали мигающую, как над входом в дешевые городские стрип-клубы вывеску «Motel», и потому примерно знал, в каком направлении нужно двигаться. Второй телефон находился именно там. Вообще-то, первый, в моем списке, но я должен был позавтракать чем-то более или менее знакомым, а не тем, чем меня могли бы накормить в дешёвой ночлежке. Да и бургерная оказалась на моем пути раньше. Подсветку слова "Motel" уже успели выключить, но от эт…

Рина очень любила компьютерные игры. Особенно в Интернете. Бывало, сядет за компьютер – и часами играет в стрелялки, ходилки… До того уже дошло у неё, что просыпалась и засыпала она с мыслями об играх. А на уроки у Рины времени оставалось всё меньше, и делала она их второпях, допуская грубейшие ошибки.Стала Рина получать двойки. Мама ругала её, папа бил, но ничего не помогало. Мама ругала её, папа бил, но ничего не помогало. Конечно, проще всего было бы убрать из дома компьютер, но не только ведь Рина увлекалась играми. Папа её тоже, приходя с работы, усаживался за компьютер и играл. Да и мама, сделав все домашние дела, садилась к компьютеру.Просмотрев дневник Рины и со вздохом подписав его очередной раз, мама вздохнула и сказала:- Что это такое – всю неделю двойки-тройки, и ни одной пятё…

Недавно прошёл дождь – мелкий, холодный, обложной. Тучи не рассеялись, они только посветлели, и казалось, взяли передышку, чтобы вновь пролиться бисерным нудным дождём. А дороге всюду красовались обильные лужи. Деревья облетели ещё не полностью, и слабый ветер лениво раскачивал остатки когда-то обильной листвы на ветках.Рина шла из школы, думая о компьютерной игре, показанной ей сегодня. Придя домой, она спросила у мамы, возящейся на кухне:- Мама, когда ты в школе училась, вы в каком классе квадратные уравнения проходили?- Не помню. В восьмом, наверное, или в девятом.- Ну и память у тебя дырявая!- У меня память дырявая или не дырявая, но я помню, как решать квадратные уравнения, - ответила мама.- Ага, конечно, рассказывай! – ухмыльнулась Рина, садясь к столу.Пообедав, Рина села учить урок…

предыдущая тутКартофель превзошел все мои ожидания, но я ничего об этом не сказал, так как ее замечания о полиции разозлили меня. Я подумал, что уж кому-кому, но точно не местным провинциалам смотреть на столичного полицейского свысока. Но готовить она умела. Даже в Макдональдсе картофель не был таким чудесным - хрустящий снаружи и нежный внутри, в меру соленый и с едва ощутимой остринкой. - Так Индира вы или нет?- Сказала же – да. Индира.- Мне нужно найти этого человека, Индира. Чем скорее это случится, тем скорее мы избавим вас от своего присутствия. - Раз так, ешьте быстрее свой бургер и приступайте к поискам.- Поспрашивайте у своих друзей, я оставлю вам копию этой фотографии. Есть среди ваших знакомых владельцы отелей или люди, сдающие комнаты, где мог остановиться приезжий?- Здесь то…

Светлым сентябрьским утром Лина шла в школу. Сегодня должен был быть первый урок литературы в этом учебном году. Его должна была провести новая учительница, то ли уволенная из элитной школы, то ли сама ушедшая оттуда.Лина вошла в класс. Ученики живо обсуждали новую учительницу. Никто из них её не видел, знали только, что звать её будут Кира Борисовна, и дети дали волю своей фантазии. Одни говорили, что новая учительница будет сверхстрогой, другие – что она очень плохо проводит уроки, третьи – что она прекрасная организаторша и из элитной школы её уволили из зависти.Вошла учительница. Одета она была очень модно, а украшениями увешана так, что их впору было назвать устрашениями. Оглянулась, сморщилась и вздохнула.Лина поняла, что Кире Борисовне не нравятся её ученики. Догадывалась она и о п…

Начало тут Я высыпал необходимую сумму на информацию о штрафах и неспешно собрал из пятидесяток и двадцаток небольшую башню. Затем я достал из нагрудного кармана фотографию Эдика, и тотчас стал напевать проклятую песню, о которой уже почти удалось забыть. Толстяк Эдик смотрел на меня с поларойдной фотографии, едва заметно улыбаясь сквозь густые, черные усы: проведи, мол, парень, выходные у черта на куличках. В жизни его глаза не были такими большими, как на фотографии. Видно, причиной такого искажения стал страх перед яркой вспышкой фотоаппарата. Волосы его, как всегда, аккуратно зачесаны вправо, да так, что можно с точностью сказать, каков зазор между зубчиками расчески, которой он пользовался. «Эх, Эдик, заставил же ты меня помотаться» выдохнул я, стараясь не думать о нарушенных этой по…

Пасмурным летним днём Лина с мамой возвращались с загородной прогулки. Солнце просвечивало едва заметным светлым кружком сквозь неровные перистые облака – то появляясь, то исчезая снова. Дул сильный, ровный, тёплый ветер, раскачивая деревья, сбивая в кучи пыль и грязь у домов и заборов, сдувая волосы с лиц идущих навстречу женщин.Надо было пройти через небольшой заброшенный скверик с изломанными скамейками. Вдруг из-под одной из них, выбежал маленький щенок и бросился к Лине.Щенок был беспородным, белым, с двумя чёрными пятнышками – на бедре и на глазе. Из-за этого казалось, что один глаз больше другого.Лина с мамой резко остановились. Лина подняла щенка и посмотрела.- Выбросил кто-то, - сказала мама Лины. - Ты думаешь? – с недоверием сказала Лина. – а может, заблудился? Может, пришёл кто…

Был самый обычный тихий летний вечер. Солнце, спускаясь к горизонту, смотрело через лёгкие перистые облачка, как через белую редкую вуаль. Ветер пригибал пружинистые ветви деревьев, они тут же распрямлялись, словно играя с ветром и дразня его. А на земле ветер слегка шевелил высохшую траву и пригибал зелёную, свежую, недавно выросшую.Лина играла в выбивалки с тремя своими подругами. Светло-коричневый мяч невозможно было бы отличить от загорелых рук, если бы не был он покрыт ярко-жёлтыми цветочками. Вдруг Лина увидела, что на балконе стоит мама, и говорит по телефону.Мама отложила трубку и позвала Лину домой. Та поняла, что её кто-то спрашивает и не мешкая, быстро попрощалась с подружками и метнулась к своей квартире. «Кто бы это мог быть, - подумала Лина, - наверное, опять Катя что-то при…

Следовало насторожиться уже тогда, когда она представилась. А еще лучше, бежать без оглядки, вложив по указательному пальцу в уши, не дожидаясь, пока она раскроет рот. Бежать сразу. Без объяснений, без попыток что-либо понять самому. Или вообще не приближаться, не попадаться ей на глаза с самого начала, скрыться за ближайшим углом, пока она не успела заметить. И что за имя, вообще, такое – Индира? Что-то связанное с Индией? И Бог не миловал - мы встретились в тесной комнате, где и спрятаться-то негде.Индира. Какая-то несостоявшаяся анаграмма Ариадны. Потому и нить ее ведет не к выходу из лабиринта, а в самый его центр, прямиком в лапы минотавра с ее же лицом. Когда я достиг точки невозврата? Я пытаюсь определить этот момент, мысленно пробегаясь по событиям того злополучного дня снова и сн…

Миллион раз смотрел подобное в боевиках и читал в фантастических рассказах, но не верил, что окажусь последним героем печальных событий Вершина человеческого прогресса – атомный взрыв! И его демонстрировали повсюду: на земле, в воздухе, в воде, если могли бы добраться до звёзд, то и там взрывали бы, РАЗУМеется. Ай да homo sapiens! Никто не заметил, как вследствие взрывов зародилось неизвестное, микроскопическое сущее. Оно быстро мутировало, размножилось и стало неуязвимым. По силе воздействия и уничтожения ему не оказалось равных на планете. И их породили мы. Ведь какими дерзкими ни были человечки, всё же догадывались, у действий могут быть необратимые процессы. Но плевать хотели на табу – единственный шанс выжить. За сравнительно короткое время крохотные существа скосили весь млекопитающ…