Николай Аристов: Хунны и Казахи – уан пипл, один народ.
Труд его (сей) именуется «Опыт выяснения этнического состава киргиз-казаков Большой Орды... на основании родословных сказаний и сведений существующих родословных делений и о родовых тамгах, а также исторических данных и начинающихся антропологических исследований». Название длиннющее, но исчерпывающее. Сверяет наши шежіре с «историческими данными» и начинавшимися в 19 веке антропоизысканиями.
Ученый любопытствующий, что называется, креативный; так, в начале, опираясь на Каутского (не на переписку с Энгельсом))), считает, что матриархат «не составлял необходимой фазы развития всех человеческих рас и племен», а лишь малой части их – и всего лишь результат «неизвестности отцов», когда «родственные отношения определялись по женской линии вследствие лишь необходимости». То есть, матриархат так же случаен и экзотичен, как случайные сообщества «легендари» амазонок.
По Аристову, тюрки имели место быть в истории еще в доистории, то бишь до Рождества Христова. Ссылается на «Шы Цзы», «Исторические записи Сыма Цяна. Описываемые там ханьюни (хунны периода императора Яо, 2357 до н.э.) и хуньюи (хунны при династии Чжеу, 1122-223 до н.э.) – это те же тюкуе 4 века Рождества Христова, «продолжаемые» в 19 веке в «казак-киргизах». По Аристову - это суть один народ. И он уверен, что и родовые деления (в основном) у последних остались те же, что и при (хунну) (подробнее – далее). Крайне некомплиментарные к хуннам и тюркам китайцы, зрозуміло, максимально утрируют их обычаи, делают их более выразительними – варварскими, 野蠻 /кит. Yěmán, жаман/, 野生的 /Yěshēng de, дикими/: «сильные едят жирное и лучшее, устаревшие едят остатками после них» и пр. белиберда. В кочевом обществе старики были всегда в почете. В данном случае «китаесе посол» наблюдал, как старики угощают молодых перед походом лучшими кусками, и исказил (скорее сознательно) происходящее, выдав за отрицательно-типическое. Аристов отмечает, что амангерство (әменгерство) сохранилось у казак-киргизов, правда, он не оперирует этим этнографическим термином, а лишь констатирует его у гуннов и казаков.
Он отмечает много чего, оставшееся в родовом быте у хуннов и казак-киргизов «по крайней мере четыре тысячелетия». Образ жизни, традиции и обычаи «вместе с тамгами и уранами, и народные обычаи и предания» - «сохранилось почти все» (цитата). О «хуннских» преданиях, сохранившихся в памяти казахов много и подробно писал академик Әлкей Марғұлан (включаю историю, как китайский принц прятался среди хуннов-казаков – легенда о Шоң Би, проч.).
Шежіре существовал и у хуннов. «Облечение соотношений между родами исключительно в форму кровно-родовую (тогда как они частично могут быть политическими - у Аристова: «фиктивными»), генеалогическую» впервые встречается, - утверждает Аристов, - в «образчике, записанными китайцами в 6 в. после Р.Х., а некоторые изложены в «Истории монголов» Рашид-эддина и повторены в сочинении Абул-гази-багадур-хана, назвавшего свою историю «Родословною тюрков», устные же существуют и созидаются и поныне у тюрков, сохраняющих кочевой образ жизни и родовой быт. У киргиз-казаков такая родословная встречается нередко даже в письменном изложении. Раз такая родословная попалась мне в одном из рукописных сборников, которые ходят по рукам у грамотеев (коих немало, Е.М.), самими ими составляются и содержат, иногда рядом с молитвами, сказания романтического характера о Тимуре и Чингиз-хане» (что доказывает их прямое преемственное родство с казак-киргизами, Е.М.).
Далее следует занятный, внятный и очень информативный рассказ о преемственности казахских Дулатов и восточноевропейских Дулу (согласно Именника болгарских князей, 3-20) и - «упоминаемых китайскими историками гаогюйских поколений под именем Тулу» - Дулу, «первенствовавших в тюркской стране Юебани, основанной после ухода гуннов на запад, имевшей сношение с Китаем до половины 5 века».
Сонымен, по Аристову, хуннские Тулу (Дулу) > род князей из рода Кубрата-Аспаруха > казачье племя Дулат = одно племя, наблюдаемое ныне в составе Казачьего народа.
То же самое - Канглы. Упоминаемые в «Авесте и Магабкарате» «Канка», «кангюйцы в эпоху младших Ханей», описываемый византийским послом Земархом во время его знаменитой поездки в Тюрк Эль «холиаты (канли=холи)»; «сельджуки, завоевавшие в 11 веке Мавераннагр и Западную Азию, и не были родом канглы, как утверждает Рашид-эддин, тем не менее основная часть их армий состояла из канглы – и описываемый Плано Карпини после Комании cangle – и «главный контингент личных, придворных войск и дружин киргиз-казачьих ханов и султанов», и «рассеянные по всей киргиз-казачьей степи родовые группы» (Қанлы)... все они (и последующие, о которых рассказ впереди) - один народ, уан пипл, бір халық, растянувшийся в Вечности.
Мәңгілік Ел.
Продолжим, если будет время...