«Жизнь Ивана» — боль, грязь, тоска и безысходность

Кейла 2016 M11 19
557
0
10
0

Первого еще ждут более или менее радостно. Если же баба начинает часто родить, то в семье к этому, конечно, относятся неодобрительно, не стесняясь иногда делать грубые замечания по этому поводу.

Ольга Петровна Семенова-Тян-Шанская, дочь знаменитого путешественника. Сама не отправлялась в далекие экспедиции, а предпочитала изучать объекты, обитавшие в соседней деревне Гремячка Рязанской губернии, а многие из них всю жизнь служили в имении ее отца.

Из этих наблюдений родилась довольно интересная книга "Жизнь Ивана. Очерки из быта крестьян одной из черноземных губерний". Без прикрас автор описала как жили среднестатистические крестьяне в конце XIX века.

Ольга Петровна рассказывает о том, как рождается Иван, как к нему относятся домашние, как он растет, во что играет, чем болеет и многое другое. И все это без налета романтизьма, как у некоторых авторов, любящих писать о русской деревне.

Например, что делает женщина во время беременности?

"Всё. И в доме справляет всю домашнюю работу, и в поле - вяжет, полет, молотит, берет конопли, сажает или копает картофель, вплоть до самых родов. Иные женщины рожают, не домесив хлебов. Иные родят в поле, иные в тряской телеге (почувствовав приближение родов, иные бабы торопятся доехать домой). Иная баба при начавшихся родовых схватках бежит домой, "как овченка": приляжет во время схваток на землю, а как боли отпустят, опять бежит, благим матом: "как овченка бежит, трясется".

Отношение к детям тогда было весьма прохладным.

"Первого еще ждут более или менее радостно. Если же баба начинает часто родить, то в семье к этому, конечно, относятся неодобрительно, не стесняясь иногда делать грубые замечания по этому поводу: "Ишь ты, плодливая, об клалась детьми, как зайчиха. Хоть бы подохли они, твои щенки-то, трясет каждый год, опять щенка ошлепетила", и т.д., и т.д."

В книге встречаются и первые ласточки грядущего 1917 года. И что интересно, пока такой революционер подпольный изничтожал имущество обеспеченных односельчан - все молчали, но когда он совершил поджег и возник риск спалить всю деревню - его наказали.

После прочтения остается послевкусие в котором смешаны безысходность и радость. Радует, что сегодня мы можем жить иначе. Но в целом это грязь, пошлость, боль и безысходность.

Очень интересная книга, особенно на фоне фанатов русских деревень, отъезжающих жить на природе своим умом по завету предков.

Центр, очень люблю такие книги, но почему-то их попадается не так много.

Оцените пост

10