Илья Грасевич

Лампочка, висящая на проводе под потолком, освещала кухню, окрашивая ее в желтый цвет. За окном уже давно гудели фонари, запоздалые прохожие спешили домой, а “вены” города освобождались от машин. Обычный будний вечер перетекающий в ночь. Кружка растворимого кофе и пачка сигарет. Обжигающий напиток, который уже не приносил бодрости, и едкий дым являлись постоянными спутниками моих размышлений. Мысли словно боялись заводиться в голове не одурманенной какой-либо гадостью. Глаза выхватывали из интерьера знакомые до боли вещи, которые я видел уже на протяжении нескольких десятков лет: старый гарнитур, советская плита, раковина, холодильник. Я совершенно неконсервативный человек, постоянно требующий изменений во всем, но сейчас меня беспокоили несоответствия. Словно я не у себя на кухне, а на ч…

Мой проект для университетского задания.

Теперь мои рассказы в виде Android приложения https://play.google.com/store/apps/details?id=com.yulapps.app433by67

Холодный ветер проскальзывал сквозь приоткрытое окно моей машины, а магнитная подушка, нарываясь на выбоины и кочки неровной дороги, слега жужжала, приподнимая или держа машину ровно, в зависимости от поверхности. В этой части города за дорогой никто не следил, да и полуразрушенные постройки, оставшиеся от предыдущих цивилизаций населявших эту планету, все никак не могли снести. То ли руки не доходили у тераформеров, то ли потому что, эту часть города негласно окрестили памятником прошлому, как и пирамиды или статую женщины с факелом. Я проезжал эту часть города каждый вечер по дороге домой с работы и обратно, потому что, все здесь навевало воспоминания о доме. Не мои личные конечно. Все что я знаю о своем доме это лишь рассказы дедушки, да старый архив фотографий. Наша планета умирала и…

На встречу радости иль горю.

Цель не близка, движенья мыльны

И полотно дороги пыльной,

Крупинками асфальта шелестя

То в реку превращается, а то в змею,

Чешуйками блестя на поворотах.

Пейзаж меняя: то деревья, то поля.

Недавно бриз, шторм шаг спустя.

А цель по прежнему так не близка.

Бежать быстрее!...силы нет.

Кричать?...грудь сном сковало крепко.

Бежать...бежать...смотрю назад, дороги нет.

Бежать в переде не страшно.

Но финишная ленточка бесстрастна.

Ей все равно что финиш как и я

За поворотами скрываясь, на каждый шаг мой

метр добавляет издеваясь.

День, месяц, год спустя.

Я все бегу, а цель все не близка.

Электронные часы отсчитывали последние секунды, пока на циферблате не остались лишь нули. В глазах начало темнеть, мир вокруг закружился и я начал падать с ужасной болью в груди, пытаясь кричать, но что-то давило, мешая звуку вырваться наружу… Открыв глаза, я все еще чувствовал эту боль, хотя уже осознавал, что это было во сне. Несмотря на изнуряющую духоту, вязким туманом окутавшую мою комнату, облепившую все, что находилось в ней, меня бил озноб. Это, наверное, самый распространенный кошмар нашего времени: боязнь потери времени, пустая трата жизни. Приподнявшись, я взглянул в ту часть комнаты, ставшей сосредоточием техники (компьютер, телевизор, рамки и прочая утварь). Под потолком, освещая стены зеленым светом, тихо отсчитывая секунды, висели электронные часы. 30 лет, 24 дня, 16 часов,…

“Жизнь как коробка конфет” – говорил Форест Гамп, герой гениально сыгранный Томом Хэнксом– “Никогда не знаешь, какую вытянешь”. Мне же больше нравится сравнивать жизньс транспортом. Вот ты едешь в автобусе, забитом друзьями, знакомыми, простымилюдьми, которым пока по пути с тобой. Кто-то сходит на остановках, навсегдапокидая тебя, кто-то поднимается в салон и остается надолго. То вы стоите вчасовой пробке, то несетесь по просторному шоссе. Некоторые проносятся нареактивных самолетах: ярко, но так быстро добираясь до пункта назначения. Есть люди,надолго задерживающиеся в автобусах. Есть пересаживающиеся в семейные хетчбеки,создавая свой путь, набирая своих попутчиков. Я вот езжу один, машина моядовольно быстрая, ломается редко, ест мало. Пассажиры конечно не редкость, нослишком часто меняю…

Если вам не лень, если по прочтении появились какие-то мысли, эмоции или что-то вроде того, поделитесь ими в комментариях. Мне важно и приятно знать об этом.

Одинокий фонарный столб выжигал проталину яркого света на потрескавшемся асфальте. Почему-то только он побеждал темноту и экономию электричества, отгоняя молодежь глубже в полутьму парка, стоящего напротив моего дома. Часа в три ночи, когда слишком поздно для случайных прохожих, когда все соседи спят, под жужжание последнего фонаря, слившегося с заглушающимся гулом выключенного мною компьютера, я достаю пластиковый пакетик из тайника в столе. Путь на крышу привычен: осторожно открыть дверь, выйти на цыпочках в подъезд, тихонько открыть загодя смазанный люк. А наверху, поток холодного, леденящего воздуха бьет в лицо, а темнота принимает в свои объятья. Бордюр. Какой-то ящик. Кусок жестяного покрытия. Как кошка, лавируя между невидимыми, но высеченными в памяти предметами, я шел к “своему”…

- Пап, а можно мне покачаться на качелях? – спросил я, смотря на человека ставшего мне отцом по случайности. Он был огромным, с трудом проходил в дверные проемы разрушенных домов, в которых мы иногда ночевали. Я всегда его спрашивал: “Где наш дом?” – а он говорил, что мы идем к нему, просто он далеко. - Нет сынок, нам нужно идти дальше, – сказал он, убирая какой-то щелкающий прибор в карман своего плаща. Жаль, это были первые целые качели за долгое время нашего пути. … Я проснулся от странного шума, словно какой-то зверь пытался содрать кору с дерева своими острыми когтями. Знакомый шум, так часто пугающий меня по ночам. Рот мой был зажат огромной шершавой ладонью отца. Он прошипел мне в ухо: “Тсс…” Так мы лежали, пока шум не удалился. Пока не стало безопасно. Хотя папа всегда приговарива…