Пылающий автобус: Символ и предчувствие
Инцидент с аварией на трассе «Шымкент-Самара», в которой погибло больше полусотни пассажиров (в основном, видимо, граждан Узбекистана) стал, кажется, самой кровавой автокатастрофой в истории независимого Казахстана.
По мрачной иронии судьбы, именно в эти дни сфера казахстанского общественного транспорта дала просигнализировала о себе двумя не вполне обнадеживающими известиями.
Алматинские перевозчики пожаловались на убыточность нынешней цены проезда в 80 тенге и заявили о желании повысить его до 100 для владельцев карточки «Онай» и 200 тем, кто до сих пор почему-то платит наличными.
Напомним, что в последний раз цена проезда в ОТ повышалась почти 6 лет назад и уже тогда это вызвало бурное возмущение горожан. Очередной скачок после двух девальваций и других социально-экономических неурядиц может вызвать и вовсе непредсказуемую реакцию, вплоть до стихийных митингов и прочих форм протеста.
А столичные власти напротив, отказались от идеи «автобусного сбора», согласно которой все астанинцы должны были выплачивать некий дополнительный налог, который давал бы им всем право бесплатного проезда в течении месяца. Эта идея у населения также не вызвала энтузиазма и вот она отложена, но проблема осталась и решать её намерены по введением электронных платежей.
Случай со сгоревшим автобусом это, конечно, крайность, но весьма символичная. В сфере ОТ есть некоторые подвижки, но они совершенно несоразмерны реальному масштабу проблем. Даже столичные наши мегаполисы испытывают острый недостаток в автобусах и дополнительных маршрутах, продолжая еже утрене задыхаться в давках. И это после стольких мер направленных на сокращение интересов частного автотранспорта, которые должны были по мысли акимата превратить нас едва ли не в Амстердам.
Про школьные автобусы и говорить не приходится. В буквальном смысле. Эту меру, - совершенно очевидно необходимую каждому, кто наблюдает первоклассников пытающихся пробиться в переполненные автобусы наравне с половозрелыми гражданами всех форм и размеров, - региональные и республиканские власти не проговаривают даже теоретически.
Мы все будто участники смертельных гонок.