О боже! Очередная писанина про Мартина Идена!
Я не блогер. Совсем не блогер. Мне довольно трудно писать рецензии, потому что я не знаю, как нужно следовать этим стандартным или нестандартным требованиям. Прочитанная книга впечатлила меня в некоторой степени, достаточной для того, чтобы я решился написать кое-какое подобие рецензии, хотя это просто отзыв. Но сейчас данное обстоятельство видится мне в чем-то даже приятным, ведь рецензия – это что-то вроде красивого штампа, а отзыв исходит от души.
Довольно странно, но с трудом осилив месяц назад первые абзацы романа «Мартин Идеен», я без сожаления закрыл книгу. Но затем, наткнувшись здесь на краткое описание сюжета, я вдруг увидел что-то такое, что меня привлекло, словно прочитал что-то между строк. Мне даже сейчас толком непонятно, что именно подвигло меня на прочтение романа. Кажется, он просто затронул что-то внутри меня, какие-то струны, и, возможно, это прозвучит немного пафосно, но я в чем-то понимаю главного героя, и мне хочется написать отзыв - анализируя ситуации со своей точки зрения, избегая банального пересказа сюжета.
Как известно, роман в некоторой степени является автобиографией Джека Лондона, и писатель, который, так сказать, сумел выбиться в люди (ненавижу это выражение), сполна выплеснул злобу на своё тяжелое прошлое. Ему наверняка лучше многих было известно, как грязь убивает в человеке стремление к красоте и прекрасному. Эта пресловутая грязь окружает Мартина повсюду с самого детства – бедность, постоянные недоедания, безграмотность; став моряком, главный герой не избавился от этой суровой реальности, но ведь человек привыкает ко всему. Так же ко всему привык и Мартин Иден – к плоским грязным шутейкам моряков, к своему примитивному кругу как будто друзей и подруг, к крохотной каморке. Даже сестры – самые родные люди на свете – настолько впитали в себя серость, грязь, примитив и унылость окружающего беспробудного уныния, что не верили его удачу и его талант. Я уже молчу о Хиггенботеме – мне кажется, это самый злой герой романа, но его мне нисколько не жаль – он настолько туп, что даже счастлив в своем неведении.
К чести Мартина, следует сказать о том, что зло и паскудство мира не сломили его, не испоганили его душу, и он был милостив и добр. Люди вокруг были злы из-за своей слабости, Мартин же был добр – поэтому силен. Или силен – потому что добр. В общем, так бы наш герой и дальше бы дрался, выпивал и веселился, если бы не одно событие, которое предопределило его дальнейшую судьбу.
Как я уже писал выше, отталкивающая картина мира не смогла испортить добрый характер Мартина. Благодаря своей силе, физической в том числе, Мартин попадает, так сказать, в высший свет – в дом семейства Морз. Мне очень понравился эпизод, когда к Мартину обратились, произнеся «Мистер Иден», и какое впечатление на него это произвело. Тонкий момент, показывающий, как простая мелочь, привычная для людей из высшего общества, может приятно удивить или даже поразить скромного колхозника до всей глубины его скромной колхозной души.
Но ещё больше Мартина поразила встреча с Руфь. Точнее, не встреча, а сама Руфь. Он считал её абсолютно фантастической девушкой. И на то были основания – помимо внешней красоты, Руфи, как считал Мартин, обладала красотой внутренней. И с этим, пожалуй, можно согласиться, ведь Руфи умная, воспитанная, она так красиво говорит, играет на пианино, она так хорошо одета, приятно пахнет. Хотя куклы ведь тоже хорошо одеты и приятно пахнут. Немного несправедливо называть её бездушной куклой, но поймите: речь идет о том, что Руфь – умная и красивая, однако довольно слабо раскрывается её нравственный портрет ну или там моральный облик.
Мартину не доводилось общаться с такими девушками, как Руфи. К тому же не будем забывать об обостренном желании главного героя выйти из своего мира, состоящего из грязных крысиных нор, паршивой еды, отборной ругани, злой родни и начать новую жизнь – став полноправным членом какого-нибудь там мелкобуржуазного общества. И его любовь, а точнее, влюбленность, в Руфи, на мой взгляд, обусловлена не только простой любовью мужчины к женщине. Ради неё он хочет стать совершенно другим человеком. К сожалению, на фоне своего серого вонючего прошлого, Мартин оказывается ослеплен красотой как высшего света, так и самой Руфи, не понимая, что он влюбился во всего лишь образ девушки, но не в неё саму.
Мартин не считает себя достойным Руфи, и начинает усиленно работать над собой, чтобы стать богатым, образованным и успешным. Пожалуй, ему всё-таки следует сказать спасибо Руфь, ведь помимо того, что между ними была любовь (или то, что они считали любовью), она невольно заставила его измениться в лучшую сторону. Мартин стал умнее, добрее, сильнее.
Любила ли Руфь Мартина? Определенно да. Она заботилась о нем, купила какое-то лекарство, предлагала работу у отца. Она хотела создать с ним семью, строила планы, это определенно точно – и это нормально, даже хорошо. Знаете, я бы не стал критиковать Руфи. Это трагедия. Руфи – кукла, не более. Она не знает, что такое дружба, самопожертвование, лишения, тягости, она не умеет ценить то малое, что ценит Мартин. Она не знает жизнь, а Мартин – знает. Просто Руфь росла в совершенно иных, тепличных, условиях, родители убили в ней что-то вроде духа свободы. Поэтому она и бросает Мартина, сказав при этом что-то про честь семьи и нависший позор – наверняка мамкина методичка. Очень не хочу писать тут очевидную банальщину, но куда деваться? Страх опорочить или опозорить фамилию оказывается сильнее любви к Мартину. Хотя нет, не сильнее. Просто ради того, чтобы не наносить вред фамилии, Руфи разрывает отношения с Мартином. Но я считаю, что она по-прежнему любит его. Её поступками движет страх перед родителями, как я уже говорил. Также под влиянием расчетливых алчных родителей она приходит к Мартину, когда он стал успешным. При этом она продолжает его любить. Но итоговая картина – просто ужасна. Мартин не без оснований считает, что вновь стал интересен ей только потому, что добился успеха. Руфи становится всего лишь очередной из толпы, которой не было дела до писулек Мартина. Но если позднее признание тупой толпы не так сильно тяготит Мартина, то поведение Руфи видится ему верхом лицемерия. Руфи не верила в него, хотя Мартин делился с ней самым сокровенным и дорогим. Одно дело, когда в тебя не верят твои тупорылые, хоть и добрые, сестры (к тому же Мартин понимал, что серость убила в его родне стремление к красоте), другое – человек, ставший для Мартина лучом света в темном царстве и давший ему огромную мотивацию, да даже смысл жизни. Ради неё он недоедал, дрался с редакторами, лишал себя элементарных удобств. Впрочем, для Мартина это мелочь. Как я уже говорил, Мартина крайне задело то, что Руфи не оценила его стремление. Ладно бы речь шла просто о таланте, но стремление-то – очевидно. Я не разделяю точку зрения главного героя в этом вопросе, а просто хочу донести логику его поступков – так, как я её вижу.
Мне не очень понятно, почему Мартин так тяжело воспринял свой хоть и поздний, но успех. По крайней мере, формально он добился своих целей – стал богат, успешен, знаменит, уважаем в обществе. Конечно, его очень покоробил и неприятно удивил тот факт, что почитаемый им высший свет на поверку оказался сборищем расфуфыренных пустышек. Я бы даже сказал, Мартин был чрезвычайно потрясен. Но неужели, будучи настолько добрым, проницательным и обнаружив свой замечательный ум, главный герой не сумел простить эту ограниченность буржуазии? Никто ведь не обязан быть идеальным. Пожалуй, это именно мартиновское горе от ума. Мартин Иден ошибся, оказался чрезмерно очарован блестящим высшим светом. Жестокое разочарование надломило его до такой степени, что Иден оказался не способен на прощение. Исчезла куда-то его доброта – в том смысле, что осознание своих добрых дел перестало приносить ему счастье, обострился внутренний сканер, Мартин слишком хорошо разбирается в людях и в себе самом, замечает уродство мира, и, осознав тяжесть бытия, он словно впадает в прострацию. Все его действия, на мой взгляд, становятся какими-то механическими.
Разрыв с Руфи, смерть Бриссендена, а также сложные взаимоотношения с буржуазией и публикой оказываются слишком тяжёлым испытанием для впечатлительного и чрезмерно умного Идена. Он остался совсем один, и дело даже не в том, что Руфь его не любит, а Бриссенден застрелился. Мартин питает отвращение к своей прошлой серой грязи, и не может жить там. Но и высший свет – не для него. Точнее, он – не для высшего света. Мартин никем теперь не будет понят и никому не нужен.
Даже искренняя любовь (хотя это странная формулировка) Лиззи Конноли не способна исцелить израненную душу мистера Идена. Он просто устал. Самое страшное заключено в том, что Мартин боролся не против кого-то. Мартин, я думаю (хотя это спорно), боролся сам с собой. Оказавшись выше всех во многих отношениях, Иден (я уже повторяюсь) осознал, что высший свет, в который он так стремился попасть, не такой уж и высший. Но зато вполне себе такой же грязный и серый – как тот прежний мир, из которого он хотел вырваться, просто немного приукрашенный.
В итоге всё было зря – любовь к Руфи, творческий рост, высокое чувство и стремление к красоте, каторжный труд. Для обретения счастья главный герой приложил максимум усилий, но он не получил то, что он хотел (а этого и нет вовсе), и теперь ему не хочется абсолютно ничего. Его душа забита разочарованием настолько, что в ней больше нет места ни для возвышенных устремлений, ни для любви, ни для простой жизни. Трагизма добавляет тот факт, что самоубийство Мартина не было импульсивным поступком – он всё обдумал и решил. Живая широкая добрая натура Мартина могла бы перенести все эти лишения, но он не видит в этом никакого смысла. И больше не увидит.