О безкультурье исправлений в казахском языке
Я сейчас пытаюсь потихоньку практиковать разговорный казахский, подхватывать какие-то фразы, вставлять их время от времени в беседу. Фразы беру из фильмов (тоже стараюсь на казахском смотреть), ну или из разговоров вокруг. Получается не так, чтобы очень хорошо, но я пытаюсь казахский изучать, и мне нравится.
А у меня в окружении, надо сказать, очень много казахскоязычных людей. И жена, и вся семья жены, и коллеги, и некоторые друзья. И все они прекрасно говорят по-казахски, пишут, читают, и общение с ними, казалось бы, должно помогать изучать язык. Но не всегда помогает. И не потому, что люди не хотят помогать – наоборот, хотят, и делают это искренне и от души. Проблема в другом, и я недавно понял, в чем.
Мы с одним товарищем сидели в ресторане, и на выходе он телефон на столе забыл, и я ему попытался сказать «забери телефон», но по-казахски, просто фраза сама в уме сложилась. Я сказал «сенiн телефонын алшы». И он меня поправил тут же, очень вежливо: «Ереке, правильно говорить «сен телефонынды алшы».
И я вот думаю – да, я ошибся. Моя фраза была построена неправильно. Но она была понятной, пусть даже на уровне «ты телефон взять». Я теперь знаю, как правильно. Проблема в другом – мне теперь не хочется экспериментировать. Потому что я точно знаю, что буду ошибаться, и меня будут поправлять, и это уже не разговор, а урок какой-то.
И я сразу вспомнил другой пример, тоже показательный. Я английским, объективно, владею очень хорошо. Кембридж окончил, как-никак. Но именно в Кембридже я убедился, что тот английский, который мы здесь, в Казахстане считаем правильным и очень хорошим, для действительно образованных англичан (а таких в Кембридже, как вы понимаете, немало) – варварский. Очень примитивный. Чисто утилитарный, для бизнеса и пообщаться. И что в культурном плане, в плане общения, в плане юмора мы не улавливаем колоссального количества вещей, которые ты будешь знать только в том случае, если проживешь в этом обществе много лет.
И знаете что – меня никто никогда не поправлял. Никто и никогда. Всем вполне достаточно было того, что произносимое мной – понятно. Пусть на восемьдесят процентов правильно, пусть даже на семьдесят – но понятно же. И со мной можно поддерживать беседу, вместе смеяться над какими-то вещами и получать от этой беседы удовольствие. У англичан масса недостатков, но здесь они безусловные молодцы.
В овладении языком есть один важный этап, когда главное не правильность, а то, что называется «беглость». Свободное владение языком на уровне, когда тебя просто понимают, даже если ты говорить «мне хлеб дать» и «помочь показать дорога». Этот этап принципиально важно преодолеть, потому что он связан с психологическим барьером. Если ты его не преодолеешь, ты можешь идеально знать все правила, но никогда не заговоришь – потому что это разные вещи, знать правила и говорить. А если ты его преодолеешь и начнешь говорить даже с кучей ошибок – правила потом всегда можно подучить.
Поэтому не спешите поправлять тех, кто пытается говорить по-казахски. Если вам понятен общий смысл того, что собеседник пытается донести – это уже хорошо. И лучший способ такого человека поддержать – просто продолжить беседу. На таком же простом языке, как с детьми, которые только учатся. Потому что тогда человек поймет, что он ГОВОРИТ. Реально говорит на языке, которым не владел. И ему отвечают. Потрясающее, на самом деле, чувство, которое очень сильно вдохновляет на дальнейшее изучение языка.
Но это, конечно, если человек реально хочет помочь. Потому что бывают еще люди, которым важнее поправить, чем помочь. Важнее свои знания продемонстрировать, а другого человека ткнуть носом в его ошибки. И чем таких людей больше, тем меньше желания учить язык и говорить на нем. Но это – предмет для отдельного обсуждения.