Евгений Абу-Зейд для Esquire NAMES: интервью с режиссером Алдияр Байракимов
Сейчас во всех кинотеатрах страны гремит ваш новый фильм «Паралимпиец» (картина вдохновлен победой лыжника-паралимпийца Александра Колядина на зимних Паралимпийских играх в 2018 году – прим. автора) о сильных людях, о тех, кто борется до конца. Что изменилось в вашей жизни после того, как фильм вышел в прокат?
Если честно, я пока ещё не прочувствовал какие-то определенные изменения, потому что мы до сих пор в процессе работы, только теперь это больше стадия продвижения фильма. И часто бывает так, когда в процессе работы над фильмом ты бежишь-бежишь-бежишь и вдруг какие-то человеческие реакции тебя останавливают, ты начинаешь слушать, отвлекаться, оценивать ситуацию, смотреть как фильм повлиял на людей. И наверное, в этот момент приходит осознание: «Значит мы не зря столько пережили и столько сделали». Может, вы слышали историю, которая у нас произошла в Астане на премьерном показе? Про мальчика Мансура, ему 7 лет и у него проблемы с опорно-двигательным аппаратом? Так вот, он приехал на показ на коляске, а после показа отказался садиться в коляску и пошел домой на ногах. И когда видишь такие случаи, ты думаешь — «Вау!». Это ведь та еще мотивация. Появляется осознание, что люди выходят после просмотра вдохновленные, у них появляется возможность что-то переосмыслить.
Как живется режиссеру в Казахстане? Снять фильм – в чем особенности этого процесса в нашей стране?
Есть несколько вариантов, как можно снять фильм в Казахстане: первый – это привлечь частные инвестиции, второй – участвовать в питчинге «Государственного центра поддержки национального кино». Там проходит конкурс, на который ты приносишь свои идеи, защищаешь их, бюджет фильма и потом получаешь госфинансирование. Проблема в том, что там очень много моментов, которые сейчас обсуждаются киносообществом в Казахстане, с целью изменить процессы, потому что на самом деле невозможно подвязать кино ко всем требованиям госзакупа.
До пандемии у кино в Казахстане был хороший темп развития, тот же “Бизнес по-казахски в Корее” Нурлана Коянбаева собрал сумасшедшую кассу для нашего рынка. А потом пандемия внесла свои коррективы – начали закрываться кинотеатры, люди перестали ходить в кино. И когда более-менее в прошлом году всё снова заработало, случилось перенасыщение рынка фильмами, которые в Казахстане отсняли, но из-за пандемии не успели выпустить. Премьеру «Паралимпийца» мы хотели сделать в марте, так нас в него даже не пустили, потому что уже были заявлены премьеры 8 отечественных картин! Получается, что при такой скорости развития киноиндустрии нам просто не хватает кинотеатров.
ервая мысль после просмотра финальной, экранной версии «Паралимпийца»?
Именно экранная? Первые ощущения хорошо запомнились именно тогда, когда был первый просмотр фильма со зрителями в кинотеатре. Было очень волнительно, очень нервно. Я помню, мы сидим в зале и мой лучший друг, а по совместительству сценарист Рома, сидит рядом и прям потеет. Просто представьте, мы с 2018 года работали над идеей, в течение года ее расписывали, проходили питчинг, потом были задержки с финансированием, проблемы с монтажом, монтировать приходилось на ноутбуке, неделями писали музыку, по ночам сидели с композиторами… И после всего этого ты приходишь и показываешь полному залу зрителей результат, к которому вы шли несколько лет. Было очень волнительно, настолько, что когда я понял – все в порядке и зритель хорошо принимает фильм, я начал танцевать и кричать, мне кажется, что у меня был какой-то легкий нервный срыв. А потом, с каждым показом, тебе становится чуть легче, особенно, когда ты видишь бурную реакцию зрителей и слышишь аплодисменты чуть ли не с начала финальной сцены. И это продолжается до показа титров.
Сейчас какие проекты в работе?
Сейчас заканчиваем писать сценарий нового сериала для Salem social media. Пока я больше занят в сценарном плане, потому что у тебя есть возможность не зависеть от места, ты можешь писать где угодно и параллельно делать какие-то ещё дела. Конечно, все уже говорят, что пора думать над новым фильмом, но сейчас больше хочется отдохнуть, если честно. Потому что работа над крупными картинами – очень эмоционально выматывает.
Современный мир меняется каждую минуту, люди ищут ответы в искусстве – в кино, в литературе. Что для вас кино? Безусловно, любимая работа. Но если мысль шире? Вед это возможность создавать и открывать для людей другие миры без границ. Такая свобода пугает или вдохновляет?
Мой друг – сценарист Рома Жуков, после того, как мы посмотрели фильм сказал: «Вы понимаете, что это мы написали, да?» Он имел в виду, что нам пришла эта идея, что мы её написали и сняли по ней фильм, который сейчас смотрят люди по всей стране, фильм, который многих вдохновляет и заставляет менять свою жизнь к лучшему.
Кино дает возможность поделиться какой-то историей с неограниченным количеством людей и это невероятное искусство. Оно завораживает, вдохновляет, но еще и довольно жестоко само по себе.
Я иногда преподаю для студентов Filmmaking и когда меня приглашают провести лекцию, всегда просят сказать: «Скажите студентам о том, как здорово быть режиссером, пусть приходят учиться». А я после съёмок «Паралимпийца» был так измучен, что у меня даже брови не поднимались два месяца. И я наоборот, хотел бы сказать студентам: «Подумайте, много раз подумайте перед тем, как выбрать эту профессию». Потому, что многие романтизируют, думают, что быть режиссером — это когда ты главный на площадке, тебе носят кофе, а ты снимаешь всё, что хочешь. А на самом деле, это тяжелый труд, потому что режиссёр должен контролировать все процессы, абсолютно все. Я даже в какие-то моменты завидовал актёрам на площадке, потому что после съёмок они все вместе отдыхали, сидели играли на гитаре, смеялись. А я после съемок всегда приходил в номер и готовил план на следующий съемочный день. Кроме того, никогда неизвестно как воспримут фильм зрители. А вдруг не понравится? Представляете, вы вложили столько энергии, душу, жизнь, а ваш фильм не принимают.
«Паралимпиец» был основан на реальной истории. А как проходит процесс, если всё должно быть с нуля, если нужно найти идею и она никак не хочет приходить сама? Что делать, если вдохновение и желание творить есть, а самой идеи нет? Куда бежать? Где ваша фабрика идей?
Фабрика идей… Меня вдохновляют реальные истории людей. «Паралимпиец» был вдохновлен реальной победой. Мы не просто взяли историю одного человека, мы взяли истории из разных источников, разные жизненные ситуации и дополнили их своим художественным замыслом. По сути, каждый человек живёт в своей драматургии, у него есть конфликты, внутренние переживания, внешние переживания, внешние конфликты с обществом и так далее. Я однажды листал новости и мне попалась на глаза эта история, я отправил ее всем своим друзьям, потому что никто не знал про победу нашего паралимпийца. Он принес стране золото, первое золото в Казахстане, в Зимней Паралимпиаде и никто об этом толком не знал, помню, мне тогда еще стало печально от осознания этого факта. И у меня много таких историй как бы «на карандаше», ну и плюс бывает, как у всех творческих людей – ты проснулся и у тебя в голове что-то щёлкнуло. Хороший вопрос: откуда приходит вдохновение… Но главное ведь, чтобы оно вообще приходило.
C какими темами особенно интересно работать? А с какими жанрами наоборот пока не хотелось бы себя связывать?
У меня никогда не было блокировки по жанровости. Я никогда не говорил – «Я буду снимать только авторское кино» или «Я буду снимать только боевики». Всё зависит от идеи. Те же комедии. Если в ней классный сюжет, крутая идея, и ты можешь попробовать благодаря клевым сценарным решениям вывести планку отечественных комедий на новый уровень, то почему нет? Поэтому, я бы хотел попробовать себя в разных жанрах. Я всем студентам советую: «Снимайте, как можно больше. Всегда должна быть практика, всегда должен быть поиск.” Конечно, было бы здорово снять какой-нибудь экшн. Еще хотелось бы сделать историческую картину, но при этом другую, не такую, какие сейчас снимают у нас. У нас в исторических фильмах все герои похожи, потому что они все идеальные, все бии, все батыры – они чуть ли не блестят, с супер чистыми костюмами, у них нет никаких внутренних изъянов. И хочется такую историческую картину, с такими настоящими персонажами, которую ты посмотришь и которой ты поверишь, потому, что увидишь в ней живых людей со своими переживаниями и мечтами. Ведь всю фальшь зритель почувствует, ты его не обманешь.
Будущее киноиндустрии за какими фильмами? И какие фильмы ваши любимые, настолько, что можно считать их «настольными»?
Я очень надеюсь, что в будущем у нас будет большее жанровое разнообразие, что люди начнут ходить на неожиданные картины, на другие жанры, будут больше доверять отечественным производителям.
Что касается любимых фильмов, то сейчас в моем топе «Нокдаун» с Расселом Кроу и «Эдди “Орёл» с Хью Джекманом. «Нокдаун» вообще один из моих любимых фильмов. Каждый раз, когда смотрю, испытываю очень сильные эмоции, настолько круто всё снято.
А чтобы сделать фильм про спорт, нужно еще понимать, как это все работает.
Например, у нас в фильме были сцены с лыжными гонками и мы искали референсы фильмов про лыжные гонки, но ничего не смогли найти, ни одного фильма. Пришлось придумывать специальные платформы, крепить туда главного героя, чтобы увидеть и снять его реакцию во время гонки.
И так совпало, что во время наших съёмок вышел российский фильм «Белый снег», про лыжные гонки. И вот мы сидим и смотрим, как они снимали. Большая платформа, 4 камеры закреплены, 4 оператора стоят – сумасшедший масштаб и бюджет! А тут мы, со своими съемками со снегохода. Но мы ведь не побоялись вызова, окей, хоть и с маленьким бюджетом, но мы же это сняли.
Что нужно знать людям о режиссерах? Или что нужно знать людям именно о тебе, как о режиссере? Что-то, что остается скрытым от посторонних глаз? Может быть, какие-то чудаковатые привычки?
Я очень требователен. Мне все мои друзья говорят – «ты такой перфекционист». Да, бывает, что я иду на компромиссы, но если я вижу, что человек может лучше, что какая-то работа может быть сделана лучше, то здесь я очень жёсткий. И еще я не люблю непрофессионализм. Если человек не претендует на звание профессионала, то я всегда подтягиваю и помогаю. Но если ты заявляешь, что ты крутой профессионал, то на моей площадке ты должен соответствовать. И если я вижу, что человек круто делает свою работу, то я вообще стараюсь туда не лезть. А кино — это всегда коллективное творчество.
Что касается актеров – я всегда стараюсь подбирать так, чтобы им в принципе не пришлось играть, то есть чтобы роль полностью подходила под них. Потому что в кино очень важен реализм, реалистичность, а если ты видишь, что актеры переигрывают или не доигрывают, всё, значит ты видишь игру. При этом я всегда стараюсь быть с актерами в хороших отношениях, у меня такая позиция, что актер должен быть всем доволен на площадке. Я для себя отметил, что актёры – это почти твои дети и на площадке они хотят внимания.
Сила режиссера в том, чтобы…
Сила режиссера, как мне кажется, в вере в свой проект. Если ты в него не веришь, то никто на площадке верить не будет. Еще она в том, чтобы объединять вокруг себя талантливых людей, потому что как я уже говорил, кино — это коллективное творчество и каждый работник на площадке вносит свою частицу. Еще главная сила режиссёра в том, чтобы доводить дело до конца, потому что многие выгорают. Доведи до конца, а ещё лучше доведи до зрителей, а не просто так, что снял и на полку положил.