Solar_wind

Приехала к подружке в поселок. Брожу по участку: деревья цветут, птички поют, где-то трактор тарахтит – хорошо! Тут за воротами сигнал – открываем, мама подружкина приехала, женщина боевая и машина ей подстать – огроменный джип, весь в грязи. Двигается быстро, в руке ветки какие-то и пакет тяжелый. Пакет сует подружке: «Надо опалить и помыть! На холодец!», и предвосхищая стоны дочери отрезает: «И не ныть! Обработанных не было – придется самим! А я саженцы садить!». Оказывается ветки в пакете – это будущие деревья. Открываем с подружкой пакет и - О! Ужас! Там три волосатые ноги с копытами и в крови! В таком виде я холодец еще не видела. Подружка даром что в деревне живет, только недавно вернулась с учебы с зарубежа – и тоже не мастер по опаливанию страшных коровьих ног. Сидим на пне – смот…

Как обычно в разгар лыжного сезона поехали на горнолыжный курорт соседней среднеазиатской республики. Несмотря на тяжелую 9-часовую дорогу, быстро заселились, похватали снарягу и айда на склон! Снега море! Небо голубое! Еда вкусная! А самое главное все так дешево, что просто до безобразия. По сравнению с Чимбулаком конечно. Летишь среди елок, любуешься прекрасным видом, и жизнь прекрасна! А внизу тебя уже ждут делики, которые за 20 минут отвезут в поселок в гостиницу. После ночи в дороге и дня на склоне – желаний много! Поесть, попить, в сауну и партейку в бильярд конечно. Пока обдумываешь очередность приятных дел на вечер, смотришь в окно. А тааам, разруха, как после войны какой-то. Такое ощущение, что так все и строилось – в полуразрушенном, чахлом и запущенном виде. Хотя приезжие с это…

Открываю книгу на первой странице. Немного равнодушная, немного с леностью, скольжу по строчкам, грызу яблоко, знакомлюсь. Мужчина, женщина, Париж, пьют кальвадос, еще не любят друг друга. Начинаю постигать сложные судьбы, вдыхать дух того времени, сопереживать. Примеряю образы на себя, нахожу общее, узнаю новое, думаю, делаю выводы. И становится не все равно. Хочется, чтобы все у этих двоих закончилось хорошо. Такое детское желание: «Хоть бы никто не умер!». Но классики часто убивают. Пытаюсь читать, не обращая внимания на атмосферу грядущей трагедии. Но не выдерживаю – листаю последние страницы в поисках сакраментального: и жили они долго и счастливо. Но классик знает, что такое катарсис. И поэтому молодая и красивая умрет. А опустошенный и любящий останется доживать. Возвращаюсь на сер…

Собираюсь на первое свидание, бегаю по квартире как умалишенная. Пред гардеробом огромная куча одежды – все не то. Мама советует – нужно романтично! Кружева, розовое, рисунок в горошек, пластмассовые сердечки на уши…Сестренка вопит – лучше весело! Вытаскивает их кучи миниюбку, лосины, снимает с себя огромные деревянные браслеты! Брат сердито бубнит - скромнее давай, че за длина! И благородно протягивает свою толстовку…Подружка в аське советует не тупить и бить стопроцентно – эротизму мол добавь, эротизму! Через полчаса мучений стою красная, вспотевшая, злая и лохматая. Все на мне: и розовое, и лосины, и браслеты, декольте отвечает за эротизм. Похожа на индейца, в побрякушках и перьях…Выхожу из подъезда, сажусь в авто. Все нормально - такой же индеец за рулем.

Вторник, вечер, весна, вторая пара в университете. Сидим с подружкой по несчастью – треплемся. Обоих угораздило пойти учиться на второе высшее, у обоих все вечера в будни проходят скучно и нудно – на парах. Обсуждаем мужчин, планы на лето и прочие глупости. Дискуссия ведется шепотом, потому как препод видать больно осерчал еще с утра, к тому же семинар – редкий случай, когда нам очень хочется слиться с толпой и стать незаметными-незаметными. Распластавшись на парте и упершись в монитор ноута старемся закамуфлироваться. Не получилось. Препод называет мою фамилию, как-то интуитивно чувствуя кто может дать ему повод вдосталь поглумиться сегодня. Поднимаю голову из-за монитора, заискивающе гляжу на него. Взрослый интересный мужчина, страдающий абсолютным неуважением к женскому полу. Что неуди…

Летишь по городу вниз на велике. Поздний вечер, фонари светят, машин мало. Ветер в лицо бьет, холодит пальцы, свет фонарика пляшет впереди. Дышишь глубоко – уже можно дышать, не так воняет, как днем. В ушах Гришковец чего-то про город наговаривает: Здравствуй мол город, здравствуй холод. И ты летишь, привстала на педалях, куртка надулась пузырем, а потом и вовсе расстегнулась – хлещет за спиной как парус. А мимо люди, кафешки, магазины, собаки, остановки. Хочется на все посмотреть, заглянуть в глаза, но ты на дороге, участник движения – внимательно нужно. Нет-нет, и вылетит из-за угла авто, обругает из окна – «Вали на тротуар, такая-сякая!». А как я на тротуар? Там же люди пешком. Они же тормозят меня. Тесно там. А на трассе – опасно. И страшно. Зато быстро! Зато можно лететь! Да и не слы…

Живут во дворе бомжи. Хотя может и не бомжи, но больно грязная, упитая и дурно-пахнущая компания. Мужиков штук пять и Кармен местного розлива. Каждое утро бегу на работу, а они уже возле магазина тусуются. Кто рано встает, тому бог подает вроде как. Бегу на обед – смотрю бог не бог, а кто-то и правда подал. По бутылке на брата – не меньше. Сидят на завалинке, просят 10 копеек. Как всегда делаю вид, что не слышу. Вечером с собакой гулять выхожу, в кустах возня какая-то. То ли пьянка, то ли любовь. Собаке года нет, не хочу наносить ей непоправимую психологическую травму подобным зрелищем. Уходим. В другой раз картина – двое героев-любовников, уперлись друг в дружку хилыми ручонками и по кругу ходят. Толкаются, матерятся. А источник проблемы, икая нетвердо стоит рядом и кокетливо щурит подби…

Иногда думаю – как страшно умереть. Прямо обидно! Столько всего еще хочется попробовать, увидеть, повторить. А тут раз! И конец. И ничего не будет. Но вспоминаются слова одного диетолога: «Вот вы съели одно пирожное, зачем вам второе? Ведь вкуснее не будет. Все удовольствие, что можно было получить, вы получили, съев первое». И ведь правда. Ведь этот день, этот час, эта минута – это и есть жизнь. И она хороша. В том наверное и есть ценность и радость жизни, что все закончится. Как там у классика: Если бы люди жили вечно, это было бы бесчеловечно. А так - просыпаешься, видишь за окном снег или солнце, завтракаешь или не успеваешь, выбегаешь из дома, видишь эти горы на горизонте, и людей, и небо, и дышишь. И можешь идти, думать о чем-то, что-то вспоминать, чего-то хотеть. Вот он смысл – идт…

Пришла в новую контору. Сидит за компом напротив – симпатичный, умный, в галстуке. Усиленно строю глазки месяц. Строит в ответ. Тут предложение поступило в отдел – собрать команду по рафтингу и достойно представить Компанию. Этот записывается среди первых. Смутно представляю что такое рафтинг, но понимаю, что будет ночевка, костер и все романтические атрибуты. Еле-еле успеваю записаться в команду. Приезжаем на место, ставим палатки, готовим обед, он за мной ухаживает – жизнь удалась! Тут организаторы в рупор просят команды собраться у реки. А я к ней и не подходила еще. Слышала только рев какой-то за деревьями. Подошла ближе – ужаснулась. Речка горная, бурная, несется, камни ворочает! А уже в рафт надо садиться! В панике натягиваю жилет не по размеру, напяливаю каску и хватаю весло. С тру…

Знакомые женаты уже несколько лет. Двое детей. Муж – Сашка работает, жена - Ленка домохозяйничает. По субботам баня, друзья в гостях. Сидим отдыхаем после баньки в женской компании. Мужчины париться ушли. «Эх, - потягивается хозяйка дома, - мужичка бы, если маленьких то двух!». Напоминаю ей, что у нее и свой мужик есть и немаленький вовсе. Она снисходительно: «Вот замуж выйдешь, посмотрим как запоешь». Грохот в комнате - дети что-то свалили. Мать стремиться, как мне кажется на помощь к чадам, но как оказалось спасать мебель. Слышен отборный мат, плач и шлепки. Потом тишина. Сидим дальше. Картошка жареная с грибами и мясом, салат майонезный, сыр-чечел горкой. Ленка готовит вкусно, много и основательно. Что и на размерах сказывается соответствующим образом. Недоверчиво поглядываю на фото на…