Золотая Орда и Золотой Лев (Венеция и Тюрки)
Многонедельная алматинская жара напомнила Венецию. Там тоже не хватало воздуха. В последний день, перед отъездом, мне казалось, что вдыхаю не воздух, а пар, как в жарко натопленной бане. Я стоял на остановке возле автовокзала, ждал автобуса в аэропорт. Они стояли припаркованные недалеко, блестящие, бликующие на солнце - яркие и наверняка прохладные внутри. Это было видно по спокойно-прохладным лицам водителей в накрахмаленных рубашках с галстуком, восседавшими на своих креслах. Но отправляются автобусы строго по графику, и мое время еще не поспело. К тени остановки подошла пара: молодая скандинавского типа полноватая женщина и типичный итальянистый парень с сумкой через плечо. Женщина была в черном коротком платье. Подняв подол, она начала обмахивать им низ тела, обнажив молочно-белые ноги и узкие черные трусики. Я отвернулся, подумав: «очумели они от жары, что ли…».
Но мысль моя излишна и нездешна. Люди в Венеции - раскрепощеннее, чем где-либо...
Венеция. Жара...
Я приехал в Венецию ненадолго вместе с сыном. Еще дома составил список достопримечательностей, которые я хотел посмотреть в этом городе, которого когда-то называли сердцем мира - centrum terrae. Прежде всего это, конечно, Галлериа дель Арто, Палаццо Дукале, собор святого Сан-Марко… Больше перечислять не буду, сил хватило только на эти три.
Жара, ощущение натруженности ног, переедание красотами средневековья: фрески с беспокойными образами, скульптуры нагих обнаженные богинь, львы и химеры, витражи, повсюду мрамор и бронза… И вода повсюду - плещущая, бликующая, зеленая всех оттенков: светло-зеленая утром, изумрудно-зеленая к обеду, темно-зеленая в тени, мутно-зеленая к вечеру, сине-зеленая вдали, сливающаяся с блекло-синим небом Венеции: так я думал тогда, на жаре, у автобусной остановки в аэропорт имени мурзы Марко Поло…
Мне нравится, когда имена великих присваиваются воздушным гаваням (правда, я слышал, что во Франции есть и док имени Жоржа Помпиду, что тоже символично), откуда серебристые лайнеры взлетают туда, где, возможно находятся души этих самых великих: аэропорт имени де Голля, имени Кеннеди, имени Мустафы Кемаля Ататюрка, имени Марко Поло…
Но сейчас я вспоминаю и другое: прохладный ветерок, когда мы ночью садились в «водный» такси, он дул и утром в лицо на следующий день, когда вдыхали запахи, краски, ощущения этого удивительного города, в который так хотел попасть. Как во сне наплывали на меня каналы, маленькие и Grand, палаццо с позеленевшими куполами, облезлыми стенами первых этажей, кружева карниз с зубцами...
... и чувство восторга, когда катер обогнул остров Сан-Джорджо и передо нами расстелилась зелено-синяя морская даль с темно-синей каймой у места слияния с бледно-голубым небом. В Венеции вдруг важными становятся не просто цвета, его оттенки: начинаешь их внятно различать.
Для потомка номада ширь, простор, пусть он водный, начинает действовать успокаивающе. И жара кажется не такой уж томительной. На дебаркадере гостевого дома Каса дель Оро (название какое-то мексикано-американо) многие вышли, я нашел тень и начал думать... какой могли видеть мои предки этот сказочный город. Говорят, он даже построен на сваях из нашей лиственницы – карагая.
Итальянский историк со звучной фамилией Тентори в своей двенадцатитомной истории Венеции пишет: «Благополучие населения Венеции обеспечивается всемирной торговлей и прочностью свайных сооружений города на островах — пермскими карагаями». Карагаем тюрки называют лиственницу, сосну. Неужели в Италии не было своей, что пришлось их возить из Золотой Орды на многие тысячи километров и сотни морских милей. Какая же торговля шла тогда, как кипела жизнь между Ордой и Европой! Тентори пишет, что город стоит почти на двух миллионах сваях-карагаях.
За торговлю с Ордой Венеция безумно воевала с Генуей, несмотря даже на пандемию чумы, охвативших два этих жадных до жизни и торговли города. Дож Венеции Джованни Гранедиго в 1356 году получил в Гюлистане ярлык от хана Жанибека на корабельное пристанище на южном берегу Крыма, неподалеку от Кафы. Порт Правото называли его итальянцы. Щедрый Жанибек снизил им даже торговый налог от пяти до трех процентов. А какая торговля шла через Азау! Может, именно тогда и написал Доспамбет: Азаулының Истамбұлдан несі кем ?! - Не хуже наш Азау (ихнего) Стамбула! Золото, драгоценности, пряности, металл, камни, лес, шкуры, меха, пушнина… чем только не торговали тогда венецианские и купцы из Орды меж собой. Флаги кораблей Золотой Орды часто развевались на пристанях Венеции, и Лев Венеции одобрительно смотрел на них...
Флаги Золотой Орды
Флаг Светлейшей Республики Венеция.
"Судьба и сила Венеции оказались непоколебимо связаны с Шелковым Путем, -сказал Чокан Лаумилин на открытии Почетного Консульства Казахстана в Венеции, добавив, - венецианские купцы, говоря метафорически, выступали в роли своебразной крови, разнося клетки – товары по телу Европы, через артерии Шелкового Пути».
Не стало Золотой Орды, разрушилось единство тюркского мира, пришел в упадок Шелковый путь, эпоха Великих Географических Открытий открыла пути к Новому Миру - и закатилась звезда Венеции. Той великой Венеции, сумевшую свалить свою вечную соперницу Византию, направив на нее страшную силу Четвертого Крестового Похода вместо Египта. Той Венеции, создавшей самую изощренную дипломатию эпохи, самую опасную разведку в мире, предтечу МАССАД, построившей невиданные библиотеки по подобию великих книгохранилищ Востока, сотворившей литературу Петрарка и изумительное зодчество, выразившегося не только в невиданной прежде архитектуре, фантастической филигранности отделки соборов и дворцов дожей, но и в бесподобной планировке самого города,
наконец, финансовые институты, ставшие прообразом МВФ, ВТО, всяких там ЮНКТАДов.
Но самое главное достижение Венеции – создание прекрасной, лживой, прагматичной, меркантильной и такой внешне привлекательной системы ценностей, что называется сегодня Западной Демократией. И создавали эту систему вместе с итальянцами, итало-евреями, евреями и …тюрки.
Свидетельствует Мурада Аджи: «Нелишне отметить, что едва ли не каждое старинное поселение Северной Италии так или иначе имеет тюркскую историю: кипчаки селились здесь массово. Например, в Венеции есть Площадь тюрков, старинное место в старинном городе. Потому что славу этому поселению принесли именно тюрки-кипчаки (лангобарды), из мелкого поселения создавшие город. Они с Алтая привозили сюда лиственницы, на которых и поныне стоит старая Венеция…».
Уже упоминавшийся Чокан Турарович Лаумулин, исследователь из Кембрижда, заявляет: «Исторические связи Венеции с Казахстаном уходят в глубину веков. На острове Торчелло и сейчас стоит камень, служивший троном Аттиле. Куманы, или Кипчаки-Половцы, начиная с IX-го века, развивали торговые связи с Венецией... более поздние связи можно обнаружить в XVII веке, когда Жангир-ханом был выпущен указ, дарующий Венеции торговые преференции (О, сколько таких всевозможных преференций и льгот было выторговано венецианцами за всю историю!) и запрещающий генуэзцам торговать на территории Казахского Ханства».
Выходит, Венеция всегда была партнером, даже частью PAX TARTARICA – ТЮРКСКОГО МИРА. Об этом свидетельствует изучаемые сейчас нашими, итальянскими и русскими учеными золотоордынские документы, часть которых составляют ярлыки ханов Джанибека, Бердибека, Узбека на право торговли венецианцами в портах, городах – в землях Золотой Орды.
Ханы по-отечески журят венецианцев за отдельные «неправильности» при торговле, предупреждают о последствиях таких поступков, а итальянцы называют их - Il nostro imperatore - «наш император».
Во время правления хана Бердибека в Азау существовал целый венецианский квартал. Поражает скорость общения венецианцев с родиной. К примеру, в апреле из Венеции отбыла делегация во главе с Джованни Квирини и Франческо Бона, в мае они были в Азау, откуда они отбыли в Сарай, а уже в июле венецианский Сенат отправил в Азау нового консула по результатам переговоров - Пьетро Каравелло (какая фамилия!). На постройку консульского дома ему было разрешено потратить 80 сомов, что было равно 14 кг 987 гр серебра. Какой был курс тюркского сома тогда, судите сами.
Уверен, в архивах Венеции сохранились (делопроизводство в Сарае были бесследно уничтожено русскими вместе с городами) документы о перемещении венецианцев в сторону Орды, ведь наши предки не единоножды посещали сей дивный город, любуясь, как и мы, его красотами:
Мой сын смотрит в небо Венеции из башни Сан Марко, как когда-то его предки...
Самой красивой пьяццо в Венеции является, на мой взгляд, площадь Сан Марко. Именно в библиотеке Святого Марка хранится подаренный Петраркой единственный сохранившийся по сей день экземпляр «Кодекс Куманикус» (лат. Codex Cumanicus) — известного письменного источника старокыпчакского языка начала XIV века. Полное название рукописи: «Alfabetum Persicum, Comanicum еt Latinum Anonymi scriptum Anno 1303. Die 11 Julii». Этот древнейший образец степного книгоиздательства XIII века города Солхата (хат –письмо) в Крыму. Издана на официальном языке Золотой Орды. Путешественники не только из Венеции, но из всей Западной Европы, отправляясь в страны Азии, обязаны были знать кыпчакский язык как единственный международный к востоку от Дуная и Днепра. Не владея кыпчакским, невозможно было общаться на огромном евразийском пространстве.
Пьяццо кыпчаков, о котором пишет Мурад Аджи, не сохранилась или о нем уже не помнят, но площадь Сан Марко – вот она. Как только выходишь из парохода на дебаркадер остановки, тебя встречают эти дамы в карнавальных масках.Хотя до карнавала еще далеко, этим потчуют туристов круглый год. Грандиозный венецианский карнавал обязан своим рождением (или узаконением) дожу Витале Фалиеро, который в 1094 году занёс его в официальные документы.
Площадь Сан Марко не маленькая, поэтому тебя уже здесь не преследует запах гнили, который беспокоит во время прогулок в душном старом городе возле горбатого, как верблюд, моста Ринальто, с переходами из света в тень, из лодки в лодку.
Здесь другие запахи: горький запах свежего кофе, запах моря, запах женщин. Венеция способствует обострению всех чувств, обостренно различаешь не только цвета, запахи, но и звуки.
Не доходя еще до площади голубей, я услышал их воркование и шелест крыльев. Шелест крыльев голубей на Piazza San Marco a Venezia…
Венеция - это не только вода и обглоданные ею камни, это невозможные красоты, созданные руками человека, его хваткой, упорством, трудом и смекалкой. Это история, в которую вплетена, вне всякого сомнения, и наша история, история тюркской Золотой Орды, откуда все мы родом.
Кони украшают центральное здание Собора Святого Марка.
Если книга под лапой Льва (на самом верху фото), символа Венеции, открыта, то во время постройки здания в Венеции было время мирное. Если закрыта, то Венеция находилась в состоянии войны. Я не увидел ни одной закрытой книги.
И предки наши плавали по морям тем! Шалкииз жырау (XV век) "Би Темірге екінші толғау": Қара бас күспен шалдырып, /Көк теңіздің үстінде /Көтеріп желкен аштырып, /Жүк тиедің кемеге, /Ниет еттің Тәңірінің үйі Кебеге! - Шалкииз жырау (XV век) "Второе Обращение к Би Темиру": На синем море, / Подняв паруса на черных мачтах, / Погрузив груз, / Обратился ты в сторону Кааба - Дома Тенгри!"
А это – не Венеция. Это город Ходжейли. Русский художник Н.Н.Каразин опубликовал в журнале "Нива", №3, 1886 года свой рисунок "Венеция на Амударье" и приписал следующее: "Ходжейли — маленький городок в низовьях Амударьи, между Нукусом и Петро-Александровском, он построен на самом берегу и частью совсем даже выступает в воду длинною улицею хвойных построек: это улица Базарная. Главнейшая торговля этого, населенного преимущественно каракалпаками, городка, ведется водою, на плотах и лодках.. вид этой Амударьинской Венеции крайне оригинален, а ночью, при свете фонарей даже эффектное впечатление: кипучая, шумная деятельность жителей увеличивает прелесть картины».