Женщины для умственно отсталого

Высота её ног, набухшие соски на втором размере груди, плотные бедра, тонкие плечи – в этом была вся Ивонна. Она играючи прыгала по нарисованным на асфальте классикам. Она была неотразимой, при свете уличных фонарей, коих на берегу озера, где мы проходили, было более чем достаточно.

«ТВИСТ И КРИК» – помните такую песню? Это The Beatles, если что. Так или иначе, эта песня была лейтмотивом всей нашей встречи. Сначала мы прогулялись в парке, а потом пошли в ресторан. Хороший поворот, не правда ли? Как по мне – шикарный! Я был как царь. Выбирал, что хотел, а что не хотел – не выбирал. Пил исключительно Амароне (дорогое Итальянское красное полусухое вино), ибо не смог бы его позволить себе в обычной жизни, ну вот вообще никогда! И все в таком духе…

Одно оставалось для меня загадкой. Какого черта она устроила для меня этот праздник? Да – в тот холодный февральский день, на дворе стояло двадцать третье число, но ей богу, от незнакомки по имени Ивонна, мне хватило бы даже пары дырявых носов в подарок. А здесь был настоящий праздник.

– Я хочу спросить тебя кое о чем… – начал я, как бы издалека, осушив бокал.

– Ты серьезно хочешь что-то от меня узнать? – удивилась она, оставив на столе приборы.

Ей богу, даже она понимала весь абсурд того вечера, так какого черта я должен был молчать? Я просто обязан был узнать, что ей от меня нужно. Чтобы я убил её мужа? Чтобы я выплатил за нее кредит? Чтобы я взял НА СЕБЯ её кредит? Вот же стерва! Я просто обязан был выяснить, что здесь происходит.

– Ты не хочешь рассказать мне свою историю? У каждого из нас она есть. Не пойми меня неправильно, но я хочу узнать, почему ты ведешь себя столь свободно? Платишь за все это, угощаешь. Хочешь, чтобы я украл для тебя миллион и провел его через оффшорный счет в Швейцарском Банке? Потом меня посадят, но ты получишь свое! Хочешь оформить на меня ипотеку? Хочешь, чтобы я отдал тебе свою почку? Разблокировал Вимео? Чего ты хочешь…

– О, перестань! – воскликнула она, рассмеявшись.

– Я просто хочу узнать твою историю, – продолжал я сквозь смех, но она, кажется, не слышала моего продолжения.

Кажется, я действительно сморозил глупость. Про почку – особенно.

Потом, покончив со смехом, она скромно поправила уголки рта салфеткой, и сказав: «Я скоро вернусь, подожди здесь», заставила меня серьезно переживать. Ей богу, я готов был прямо после её ухода сбежать из ресторана к черту. Все равно платила бы она. Но вот это вот её: «Подожди меня здесь»… наверное, я никогда не смогу привыкнуть к этим бабским замашкам. Логично нелогичным, в том самом смысле этого слова. Ну, или слов…

Размышляя о том, где в ресторане ближайший ко мне выход, я естественно осмотрелся. Я не помню названия того ресторана, но где-то поблизости от меня стоял небольшой фонтан, бордовые гардины на окнах, позолоченные стулья, столы из красного дерева, серебряные приборы. Я, кстати, никогда не умел пользоваться приборами. Не было в списке моего воспитания пункта о том, чтобы научить меня пользоваться ножом и вилкой, а печеную картошку можно было и руками есть. Это как в дебильной комедии по кабельному, типа: «Вилка, нож, вилка… и что с этим делать – хуй его знает».

Итак, спустя пару минут, я понял, что нахожусь во Французском ресторане. Да! Точно! Ресторан Французский, вино Итальянское, повара Корейские, а мясо собачье. Знаю я такие рестораны. Хотя в том все было, более или менее сносно. Не сказать, что я очень глубоко ресторанный критик, но вы сами поймете это чувство, когда окажетесь в подобном месте впервые.

Как же долго Ивонна пудрила носик. Она столько времени мне мозги не пудрила, сколько свой курносый бугорок на лице. Не уж-то дело все в том, что я совсем без мозгов? Не думаю. Хотя, как я еще мог бы ответить, не будь у меня мозгов? Интересная теория, кстати. Тогда я об этом даже не задумался. Вот так вот, господа товарищи, гениальные мысли приходят в голову только в тот момент, когда махать кулаками после драки уже не комильфо!

– Извини, я задержалась по непредвиденным обстоятельствам.

Я хотел пошутить про Кракена, но промолчал. Дебил. Надо было пошутить!

– Ты хотел узнать мою историю? – уточнила она, сев напротив.

– Мы ведь не знаем друг друга. Думаю, что так будет хотя бы честно. А-то вдруг я серийный маньяк, а ты об этом даже не знаешь.

– Не льсти себе! – улыбнувшись, отрезала она.

Это… было… страшно… то, как она это сказала. Бр-р-р! Прям мороз по коже!..

Едва ли Ивонна собралась с мыслями (кстати, было заметно то, что она не пыталась выдумать ответ в туалете), как я перебил ее, буквально успела она открыть свой рот. Кстати, её рот – это отдельная тема, и я опишу её позднее. Мне действительно есть, что рассказать про её рот!

– Давай я попробую угадать? Расскажу все за тебя, а потом мы сверим показания?

– Ну, что ж… удивленно ответила она, подняв брови ко лбу и вытянув лицо в Утку.

– Ты из рабочего класса? Твой отец был пожарником, а мама учительницей русского языка и литературы. Но ты получила не здешнее образование. Не в смысле масштабов этой вселенной, но ты училась заграницей. Возможно где-то в Польше. Ты выиграла гранд на бесплатное обучение. За долгие годы у тебя появился польский акцент.

– Курва! – воскликнула она, чем сильно удивила и меня самого, и сидящих вокруг нас персон.

Собравшись с мыслями, я продолжил:

– Ты осталась в Польше. Очень долгое время жила там. Не так давно вернулась к родителям. Пробуешь начать все сначала, потому что в Польше у тебя был парень, за которого ты вышла замуж. Когда штамп в паспорте оказался не шуткой обычной, этот твой муж начал издеваться над тобой и бить. Ссать тебе на лицо и все в таком духе. Ну, ты поняла!

Пелена холодного отвращения легла на лицо Ивонны.

– А ещё ты веришь в бога нашего Иисуса Христа, и мне кажется, что это очень пиздатый тост, так что поддержи меня!

Подняв свой бокал, я чокнулся с Ивонной, и сделал пару глотков.

Мы немного посидели. Помолчали. Она, видимо, собиралась с мыслями.

– Мой муж изменяет мне со своим секретарем.

– Она красивая? Должно быть очень. Учитывая красоту твоих зеленых глаз, думаю, у той секретутки глаза далеко не второго размера. Но, если что – мне нравится! Люблю, когда полностью в руку ложатся.

– Ты что ли идиот? – серьезно спросила она, тяжело выдохнув.

Наверное, всё это было неуместно, в столь серьезной ситуации, но вы тоже меня поймите – я ведь не был женат. У меня даже девушки не было. Откуда мне было знать, что бракованные принимают все столь близко к сердцу? Ну, вот откуда, а? То-то же.

– Я не просто, что ли, я типа самый настоящий идиот! Я идиот, а ты красавица! Давай ты разведешься со своим мужем, и выйдешь замуж за меня? У меня и паспорт есть…

Выдохнув ещё раз, уже полной грудью (второго размера), Ивонна осушила свой бокал.

– Секретарь – парень, – пояснила она.

– Ох, ты нихуясебе! – воскликнул я, в ответ. – Он у тебя типа в задницу долбиться? Круто, чо! Свободные отношения! Раздвигаете парадигмы, и все такое.

– Да! – отчаянно улыбнувшись, ответила она. – Мой парень долбит своего секретаря в задницу, а я – его верная жена – даже в мыслях не думаю ему изменять.

– А давай ему отомстим, а? – спросил я, пока в моих глазах пробегала едва уловимая для посторонних глаз, искра.

– Перестань, прошу тебя.

– Хорошо… – надув губы, я словно школьник, сложил руки на груди и оперся о спинку стула.

– Ты хотел услышать мою историю? – спросила она снова. – Вот и слушай: я училась в Польше – это правда. Не удивлюсь, если окажется, что ты узнал об этом от нашей свахи. Тем не менее, это ещё не все. Да – мою биографию ты знаешь, но только отдаленно.

Я заметил, как её глаза захмелели. На лице появилась улыбка, что ширилась по лицу все чаще с каждой минутой, и дело было не в нашем разговоре.

– Я вышла замуж, – продолжала она, – за дизайнера одежды. Не лучший вариант, понимаю, но тем не менее. О, как я его любила! Он был секс-бомбой. Его парфюм, его рубашки, что я ему дарила, а потом гладила. Его брюки, часы, запонки. Золотые запонки, я подарила ему на нашу годовщину. На вторую годовщину я подарила часы. Брюки он себе сам купил – молодец.

– Верно, подмечено, – украдкой наблюдая за тем, как Ивонна хмелеет, ответил я.

– А наш медовый месяц! Мы поехали в Тай. Сняли домик. Небольшой такой, уютный. Курили траву. Он рисовал эскизы, а я писала блог. Кстати да – я блогер. Ну, если меня можно так назвать. М-м-м… какой у нас был секс! Полагаю, тот домик в Тае до сих пор забрызган его семенем…

Обескураженный столь подробным рассказом, я сидел молча. Да – она была права – это наша сваха рассказала мне всю подноготную Ивонны… СТОЙТЕ! А что если Ивонна тоже знала обо мне что-то? Ведь у нее все-таки был выбор парней. Не знаю, как работают непрофессиональные свахи, но в специальных для этого агентствах клиентам дают целую базу. Они долго выбирают, выбирают, выбирают, а потом им назначают встречу…

– Нахуй его! – воскликнула Ивонна, разорвав клубок мыслей, витавший в моей голове.

– Что, вот прям вот так? – спросил я, даже не ожидая услышать ответа.

– Именно! Так, мать твою, точно! А, блядь, минь! Кстати – я не верю в вашего бога. Я буддистка, и у моего бога хуй больше, так что соси…

В тот момент я понял две вещи – примерно так началась война во Вьетнаме, и второе – Ивонна напилась. Ну вот. Теперь я как истинный джентльмен должен был проводить её домой, и все такое.

Не люблю такие моменты.

Кое-как, встав со своего стула, рассмеявшись на полпути ко мне, Ивонна подошла и на ухо спросила:

– Что тебе там нравится: «…когда в руку ложатся»?

Да. У меня встал. Вот прям в тот момент, к моему южному полюсу подступила кровь. Вот прямо очень горячо стало! Я посмотрел на нее недоумевающим взглядом, как школьник на проститутку, а она держалась молодцом – смотрела, не отводя взгляд. Смотрела в упор.

– Тут есть женский туалет, и там есть кабинка… а ещё там есть щеколда… а ещё там есть унитаз, и я хочу чтобы ты трахнул меня на том унитазе, словно я старая грязная портовая блядь. Идет?

Я все ещё молчал. Она все ещё стояла над моим ухом, опираясь одной рукой о спинку моего стула, а второй о стол.

– Только пообещай, что не будешь в меня кончать, а-то у меня резинок нету… – скривив лицо в гримасе жалобы, в надежде на прощенье, произнесла она.

Блядь. Я все ещё молчал! Она говорила, говорила, а я как дебил – сидел и молчал. Ну что за еб твою мать! Ненавижу себя в такие моменты, прямо вот задушить меня мало.

– Ну, ты чего молчишь-то? Куда пропал твой пыл? Ты уже не серийный маньяк?

Она сыпала вопросами, пытаясь не то пошутить, не то заставить меня сомневаться в себе, сколько настроить меня на нужный лад.

В конце концов, она просто взяла меня за член (точнее положила руку на ширинку), а затем ушла в сторону туалета. Промочив горло остатками Амароне, я собрался с мыслями, дал себе пару пощёчин и пошел вслед за ней.

Так вот – её рот. Я обещал вам о нем рассказать. Нижняя губа чуть пухлее, как бы это естественно не показалось! Верхняя чуть тоньше. Рот маленький, но способный на многое. Знаете, вы наверняка видели такие форму рта. Если не в жизни, то хоть в порно, ей богу. Так или иначе, как бы я не старался описать её рот самыми сочными красками – я не могу этого сделать. Извините! Просто рот. Просто рот женщины, что отдалась мне в женском туалете.

Ситуация накалялась. Она была жаркой – не спорю. В последние минуты, в зале ресторана мне действительно было тяжело дышать. Но что говорить о том, что произошло в туалете! Едва ли дверь захлопнулась, как мы тут же принялись проверять все кабинки. Слава богу, в дорогих Французский ресторанах очень мало людей. Хвала господу, и не иначе!

Взяв ситуацию в свои руки, я одним движением руки, толкнул Ивонну в одну из кабинок и опустил за собой щеколду. Видимо в пьяном бреду я не рассчитал силы – не знаю, как это назвать по-другому. Ивонна рухнула на унитаз, локтем задев кафельную стену. Плохая у меня вышла ситуация – признаю. Слава богу, очередь дошла до нее. Усевшись на унитаз, Ивонна обхватила меня ногами по пояс. Принялась расстегивать ширинку. Расстегнула.

Пустив свои руки в копну черных волос, я очень быстро ощутил на себе весь аромат её духов. Запах её парфюма, наверняка был неплохим. Очень жаль, что к моменту нашей встречи он смешался с алкоголем, пудрой для носа, простым животным запахом, от чего во мне самом пробудилось нечто страшное. Я очень редко до того момента ощущал себя в таком положении.

А она продолжала.

Опустив штаны куда-то на кафельную плитку, Ивонна очень быстро взяла мой член в руку, после чего начала надрачивать. Это продолжалось секунд десять. Потом пришла очередь новых ощущений. Давно я не ощущал себя во рту женщины. Там, кстати, ничего не изменилось! Все так же тепло, так же темно, и так же приятно. А язык… как она работала языком. Круговыми и резкими движениями она легко могла оставить на моем члене свой автограф. Это когда по спине проводят чем-нибудь фаллическим, а ты потом угадываешь, что там написали, как бы, по ощущениям. Так вот – это все полная херня! Оставить автограф на члене – это выше всяких похвал.

Вскоре я поднял ее на ноги. Забрал платье. Нащупал клитор. Попробовал его пальцами. Ей понравилось. Это было видно. Знаете – этот томный стон, эти набухшие соски – это набухшее влагалище, когда с каждым поступательным движением у тебя все меньше шансов выйти наружу.

Раздвинув её ноги, я все-таки вставил. Не смог больше откладывать эту хуйню. Вставил резко. Она крикнула. Очень громко, отчего мне пришлось прикрыть её рот ладонью.

– Все хорошо? – спросил я на всякий случай.

– Продолжай, – все так же томно, все так же, не открывая глаз, ответила она.

Ну, я и продолжал. Знаете, эти поступательные. Взад-вперед. Так же тепло, так же темно и местами сыро, но самое главное – плотно. Очень плотно! А потом я кончил.

На следующее утро я нашел у себя её визитку с остатком помады на одной из сторон.