Вступление

Это было начало 40-х прошлого столетия. Я аккомпанировал Фрэнку Синатре, его карьера стремительно набирала обороты в те годы. Временами играл джаз в местных пабах Нью-Йорка, а после мы со стариком Хэмом просиживали до самого рассвета, распивая виски и вспоминая, как когда-то сидели в компании Скотта Фицджеральда, подшучивая над его произведением "Великий Гэтсби". Позже Хэмингуэя занесёт в Европу, где его настигнет 2-я мировая, пройдя которую он напишет свой самый чувственный роман о чистой и бескорыстной любви, закончившейся трагедией, и назовёт его "По ком звонит колокол". Читая его, я удивлялся, насколько может изменить человека война и сколько же глубины и человечности скрывается за его грубым, чисто мужским характером, с хорошей долей "пофигизма". Мы так и не встретились с ним после. Меня определили в Перл-Харбор, музыканты тоже служат в армии, а точнее на мор.флоте. Именно там я встретил свою очередную любовь. Не подумайте, что я бабник - ведь порой жизнь убирает одних людей, а после вихрем судьба заносит в неё других. Она была мед.сестрой, и куча славных ребят пытались покорить её сердце. Позже многим из них она пыталась помочь, после той злополучной бомбежки японскими летчиками. Удивительно, как мне тогда удалось выжить, возможно небеса оберегали меня, других объяснений у меня нет. Мы распрощались, не было подходящих слов, но мы поняли друг друга, молча. Меня отправили в Англию, далее во Францию, а она там и осталась. Весточек мы не писали, не было смысла продолжать после прожитого ужаса, о котором мы напоминали друг другу. После капитуляции Германии, я вернулся в родные штаты и продолжил делать то, что умел - играть. Время шло, меняя людей вокруг меня. Я колесил по городам, а позже остановился на западе страны. Но привычка играть и проводить вечера в приятном обществе, так и осталась со мной.