Ворованное сырьё
В аэропорту Астаны задержан 59-летний мужчина с 64 ампулами яда гюрзы. Полететь он должен был в Киев, а куда он должен был сдать препарат – неизвестно. Вряд ли там же, на Украине, потому что украинская фармацевтическая промышленность (а предназначались ампулы именно для производства лекарств) – находится в ещё большем запустении, чем казахстанская. Скорее всего, яд должен был поехать дальше на запад, и тот же самый курьер должен был повезти его или кто-то другой – неизвестно.
Эта история – не единственная в своём роде. Только за два дня в разных пограничных областях было зафиксировано и пресечено несколько попыток контрабанды лекарственных препаратов. Так, на границе с Узбекистаном были арестованы три казахстанца, уходившие в соседнюю страну на лошадях с четырьмя тюками. При обыске оказалось, что в тюках - медикаменты весом приблизительно 120 кг.
Это – лишь верхушка айсберга. А сколько таких преступлений остаются нераскрытыми? Учитывая коррумпированность наших таможенных служб, можно сказать, только два слова – очень много.
А ведь это – ворованное сырьё с наших фармацевтических предприятий. И некачественные лекарства, в которых активных веществ – меньше, чем положено, а наполнителя – больше. Или вообще заменяют активные вещества похожими аналогами, которые не имеют таких свойств.
В результате, кто-то умирает от некачественных лекарств, а кто-то делает на этом деньги. И деньги большие, учитывая, что краденое сырьё достаётся почти без затрат.
Понятно, что для бизнеса главное – деньги. Понятно, что ради денег он убьёт хоть сколько людей, особенно, если эти люди ему не особо и нужны. И понятно, что пока бизнес будет иметь хоть какое-то влияние на государство – оно будет попустительствовать этому.
Всё так. Но почему в развитых капиталистических странах Европы этого намного меньше? (За Америку не поручусь – там вряд ли развита фармацевтика). Казалось бы, капитализм там должен быть давно, и, по логике вещей – там такого должно быть больше.
А это потому, что у европейцев громадный опыт классовой борьбы. Именно в ходе её пролетарии стали чувствовать себя цельным классом, а не стадом из отдельных особей. И только поэтому нравственная обстановка там здоровее. Ведь там, где не бастуют, заставляя капиталистов и власть выполнять свои требования – там воруют, вымогают у клиентов взятки и чаевые, и тихушничают по-другому, добиваясь улучшения жизни не для коллектива, а именно для себя.