Ушибленный звездой Котэн
Еще в 1974 году прочитал я «Повторяя в полдень» «угрюмого, молодого, непричесанного», проникся его credo «Возвысить степь, не унижая горы», понял, что наша тема «огонь, зола и трава…", и тогда во мне зазвучал вопрос: «Старики, где мои города?».
А древние города предки мои строили не где-нибудь, а в центре Европы. Узнал я о них впервые из интервью газете "Лениншіл жас" молодого аспиранта с удивительным именем Іштуан Қоңыр Мандоки, уроженца города Karzag (Қарсақ), - и что городов "нашенских" в Центруме Энеи много, и называются они - Tazlar, Alash (Алаш), Bodoglar, и основаны они кун-кыпчаками.
«Кун кыпчаки» по-казахски звучит как «солнечные кыпчаки». В то же время cun на языке древних готов означает «род» (отсюда и современное немецкое cin – род). Вольно предположить, что «кун-кипчаки» может означать и «род кипчаков». Вполне красиво и стройно, и не так perperam абсурдно, если вспомнить Мурата Аджи - по нему, так половина германских народностей имеют тюркские корни. Но на самом деле, добавление «кыпчаки» к мадьярскому этнониму kun (множ. ч. kunok) сделано в свое время Мандоки, вероятно, чтобы точнее указать их происхождение. "Кунами" ставшие оседлыми мадьяры стали называть всех выходцев из Великой Степи, осевших в Паннонии после них. При этом они не подчеркивали таким образом инаковость своих братьев, скорее - их исконность. Существует даже венгерская пословица "Kunok - krem madiar ", что переводится как "куны - сливки мадьяр", что означает - куны еще более мадьяристее, чем сами мадьяры.
Некоторые тюркологи считают "кун" усеченным вариантом европейского названия кыпчаков «куманы», хотя, как утверждает академик Булат Кумеков, племя с таким самоназванием до XII-XIII веков населяло в том числе окрестности гор Мугоджары в Западном Казахстана и представляло собой отдельную, хоть и родственную кыпчакам, этническую единицу. В арабских исторических источниках упоминается даже город Кумани у подножия Мугоджар. И ногайский исследователь Ахмет Ярлыкапов говорит, что «в широко известном на Северном Кавказе эпосе «Сорок ногайских батыров» (у казаков-казахов "Қырымның қырық батыры" - "Сорок батыров из Крыма") названия двух этих племен упоминаются рядом», поэтому вполне возможно, что бытующее мнение, будто «куманы, команы» - это европейское название кыпчаков может статься одной из тех «кочующих ошибок», о которых писал Юдин. Ссылаются же все в основном на «куманы, суть рекше половцы», но ведь для русских даже в XIX веке все кавказцы – это «татары», и перепутали уже не полуграмотные монахи-скопцы средневековья, а высоколобые мужи-историки «просвещенного восемнадцатого века» енисейских кыргызов с казахами.
Средневековая венгерская миниатюра с кыпчаками на интересную тему jesr dauy - одним словом, умыкают они, кажется, мадьярскую принцессу.
Откуда и как куны (кыпчаки) попали в нынешнюю Венгрию? Хан Котэн привел их сюда. Как в «Глиняной книге»: Каждому племени нужен один человек, ушибленный звездой. Заводите таких. У ишкузов (и у ики-пчаков тоже, только намного позже. Е.М.) был такой счастливец–Котэн. (О.Сулейменов. «Глиняная книга).
Случилось это в беспокойном тринадцатом веке. Сорок тысяч кыпчакских «тютюнов» (примерно 200-250 тысяч человек) во главе с ханом Котэном направили своих коней на Запад. Это было весной 1236 года. А все потому, что год назад, в Каракоруме, на Великом Курултае всех мангулов...
... именно так - «мангулами» - с 10-11 веков, - рассказывал мне отец, что-то высмотревший в китайских хрониках вместе с Ныгметом Мынжани, - стали называть уходивших все дальше на восток от мусульманской экспансии тюрок; оставшихся западнее называли «сарткулами». По Гумилеву, Хан Сулу в ответ арабам на их предложение принять ислам, сказал: «У меня все люди воины, а у вас кто? Ремесленники, сапожники, купцы. Мы же ведь этого ничего не умеем, значит, и ваша вера нам не подходит». У казахов до сих пор эта неактуальная гордость, пренебрежительное отношение к «сартам» сохранилась, не зря ведь говорят: «Сарт – садагам (Сартом я готов всегда пожертвовать)». Эти гордые мангулы и составили позже армию непобедимого Чингисхана. А на вопрос, кем же был сам Потрясатель Вселенной – монголом или тюрком? для любого, знающего казахскую родословную (шежире), ответ очевиден. Названия всех околочингисовских родов и племен до сих пор сохранились только у казахов; вся топонимика окружающего их мира, все, вне всякого сомнения, тюркское, казахское. Пришедшие позже из тайги лесов Сибири на опустевшие равнины Онона и Керулена ойроты калмаки позаимствовали не только этноним, но пытаются присвоить и историю тюрков.
И еще. Да не осудят меня читающие мои опусы, если я буду использовать, в зависимости от контекста, кроме этого - не мной придуманного - этнонима «мангул», еще и общепринятый «монгол», а также очень красивое, скорее поэтическое, чем научное, название «мынкол» («mongu col» - «бессмертные», гвардия). Тюркские гвардии «бессмертных» служили, а подчас даже и правили, во многих дворах и армиях средневековья Азии и Европы. Вспомнить хотя descendant de Kipchak генерала Мюрата в армии Наполеона, и последних мамлюков, телохранителей Императора, останки которых найдены на поле Бородина. "Скажи-ка, дядя, ведь недаром..."
Картина мадьярского художника с вполне себе казахским именем Kertai Salan
Итак, в 1236 году, на Великом Курултае всех мангулов, восточных тюрок, было принято решение, что сын безвременно ушедшего из жизни правителя одной четвертой Улуса Чингисхана - страны Дашт-и-Кыпчак - великого Джучи, Бату Багадур, прозванный позже за мудрость Саин ханом – «Мудрым ханом», продолжит святое дело своего деда – объединение всех земель Ойкумены под Великим Язу Чингисхана.
Тут будет крайне уместной потрясающая цитата из книги Сами Знаете Кого «В кольцах истории»: «Мне кажется, самое неблагодарное дело – искать правых и виноватых, агрессивных и миролюбивых в минувшей много веков назад истории. Каждый народ гордиться своими героями, среди которых были и завоеватели, и защитники от нашествий».
Кыпчаки Венгрии (из Британской энциклопедии).
Главным советником Бату в этом Великом Походе на Запад был назначен тот, кто уже скакал под закат, состарившийся, но по-прежнему мудрый и прозорливый, не проигравший ни одной битвы - совершивший не имевший аналогов до него в мировой истории восьмитысячеверстный стремительный марш-бросок с двадцатью тысячами воинов от Самарканда через Кавказ до Днепра, завершившегося победой над восьмидесятитысячной объединенной русско-кыпчакской армией -одноглазый лев Супытай Багадур. Котэн хан справедливо опасался его гнева и мести. В канун битвы на Калке 1223 года, где он сражался на стороне своего зятя, галицкого князя Мстислава, были убиты послы Джебэ Нойона и Субутая Багадура.
Пусть они были кривоноги и с ужасными шрамами на лицах, эти послы, как описывает их «несравненный» Исай Калашников в своем напугавшем всех «Жестоком веке». Послов убивать нельзя. Это железный закон Великого Язу.
Лев Гумилев пишет: «Монголы «злыми» называли города, в которых убивали их парламентеров. Убийство парламентера, с точки зрения монголов, было тягчайшим преступлением ( тут можно вспомните судьбу сарткульского Отрара и маленького русского города Козельска, и для этого преступления, по всей видимости, у мангулов не было срока давности. Е.М.). Конечно, можно возразить, что горожане не виновны в преступлениях князя, но у монголов было чрезвычайно развито понятие коллективной ответственности...». Именно из-за убийства послов исход битвы на Калке был так ужасен. Победители (20-25 тысяч против 80 тысяч) не пощадили никого. Котэну удалось скрыться, но мынколы такое не забывают.
Балбалы Карцага
Среди казахских историков принято деликатно именовать Котэна Котаном, иногда Кутаном, производя даже последнее от слова «Кут – Благо», но, по мнению академика Б. Кумекова, героя нашего звали именно этим словом - Көтен. Дальнейший пассаж о Көтене имеет смысл только для знающих тюркский, кыпчакский, казаксий язык. В ту эпоху этот имеслов мог иметь и другое значение – «большой, могущественный» (как и слова «сары», «кара», обозначавшие, скорее всего, не только цвет, но размер, который, несмотря на известное выражение, имеет все-таки значение. Ср.: батыр Малай Сары или легендарный Кара Кыпчак Кобланды; «кара жылан – большая змея, дракон» и т.д.). Современный казах и сегодня может порекомендовать своему недругу: «көтіне қара» - удостоверься, настолько ли «велик, могущественен» твой тыл, зад, чтобы угрожать мне».
So, не дожидаясь мести Бату, в 1236 году хан Котэн направил своих коней на Запад, и, через три года, пройдя через горные проходы Карпат, очутился на Великой Венгерской равнине, в пределах одноименного королевства. И правитель этой одной из самых могущественных в Центральной Европе государств, справедливейший и мудрейший Бэла Четвертый из дома Арпадов встретил его с распростертыми объятиями. Как же могло быть иначе?! Ведь пришли свои, братья, c Востока, оттуда, где находится ставшая уже мифической, далекая, но никогда не забываемая Magna Hungaria - прародина всех венгров.
Именно туда, на Восток, по следам легендарного монаха Отто, отправлял Бэла три года назад монахов-доминиканцев во главе с фраттером Юлианом. Юлиан и иже с ним найдут в стране Ак Едиля мадиар, но, никто, кроме самого отца Юлиана, не вернется из этой полной опасностей и приключений экспедиции назад.
Встреча Бэлы с Котэном, по мнению венгерского ученого – этнографа Ласло Вад Баяндура, произошла в центре большой равнины, недалеко от нынешнего города Сегед. Думается, что многотысячная конница Котэна с его обозами, многочисленным скотом и фала-шагой (так по-мадьярски сегодня звучит общее имя той, кто вытирает своим подолом сопли бала-шаға) не могла не нанести урона полям, посевам и виноградникам давно уже мирных мадьяр. Но даже это не могло омрачить встречу мудрого апостола (этот титул был дарован королям династии Арпад Римским Папой Сильвестром Вторым) с мятежным Котэном.
Современные венгерские кыпчаки в конном строю.
... И холодный камень передает теплоту встречи Апостола Бэлы и Хана Котэна, когда смотришь на памятник, установленный у въезда в славный город с казахским названием в венгерской глубинке – Қарсақ. Почему-то очень молодой, с римским профилем, весь в доспехах, Хан Котэн приветственно поднимает руку убеленному сединами, с короной на голове и с крестом в руках, венгерскому королю. Так братья мадьяры встретили братьев кыпчаков...
Автор скульптурной группы Дьерф Иштван дарит копию памятника автору поста. Слева - вдова Коныра Оңайша Мандоки.
О том, что случилось-приключилось с ханом Котэном в Королевстве Мадьяр - как-нибудь в другой раз.