Стокгольмский синдром
— Девушка, не могли бы вы ускорить процесс? – надменно произнесла женщина лет сорока на вид.
Темно-синие глаза пристально выглядывали из-под края ярко-оранжевого слауча. Увидев ее взгляд, Ариэль почувствовала, словно сотни иголок одновременно проткнули подушечки пальцев. Она вздрогнула. — Прошу прощения, я … — Замечталась? – перебила ее женщин, поглаживая белые бархатные перчатки. – В вашем возрасте, милочка, только и можно делать, что мечтать. Вот, я вышла замуж в свои двадцать и не жалею. Мой муж в молодости был такой страстный, такой…
Ариэль перестала слушать клиентку и погрузилась в экран монитора. Ей хотелось поскорее отдать все необходимые документы, лишь бы избавится от нависшей ауры самодовольства. «Вышла замуж в двадцать лет, подумаешь! Я зато живу для себя!» — подумала Ариэль. Конечно, она себя обманывала. Еще тогда, будучи пятнадцатилетней девочкой, Ариэль мечтала, что как только достигнет совершеннолетия, сыграет свадьбу. Они арендуют старинный таинственный замок, с огромной прилегающей территорией. В великолепном саду пройдет фуршет, где все смогут познакомиться и насладиться общением перед основным действом. Сотни популярных блюд от лучших поваров. Итальянская, французская, тайская, греческая, японская, индийская и многие другие. «А еще вегетарианская!» — вспомнила Ариэль. — Вы знаете сколько стоит мое время? Я к вашему сведению известная личность и журналисты готовы глотки друг другу перегрызть за интервью со мной. Время, милочка, бесценно и вы…
Нет времени. Ни на что никогда нет времени. Также думала и Ариэль, достигнув восемнадцати лет. Образование заняло еще несколько лет. Потом наступили тяжелые будни менеджера в самом крупном банке Лондона. В свои двадцать семь она хорошо зарабатывает, имеет небольшую квартирку в центре, красный Мини Купер. Но так за всю свою жизнь и не встретила достойного мужчину. Были мимолетные встречи, романы на пару месяцев, но это все было не то, что хотела Ариэль. Она готова была променять все на того самого, единственного и неповторимого. Отдать все за неизведанное ощущение чистой и искренней любви. Сердце трепетало от одной только мысли любить кого-то. А что еще важнее – быть любимой.
Бабочки, мирно ожидавшие момента первого взмаха еще неокрепших крыльев, уползли из воображения Ариэль, испугавшись скрежета принтера. Аппарат медленно поглотил бумагу и ролик заливал девственный лист черной краской. Ариэль аккуратно сложила готовые документы в стопку и зацепила с края цветной скрепкой. Максимально дружелюбно улыбнувшись, она протянула листы женщине. — Неужели! – воскликнула она с презрением. — Послушайте сюда, если в следующий раз меня будут обслуживать также долго, я буду вынуждена пожаловаться вашему руководству. — Ох, прошу простить меня. Понимаете, здесь нет моей вины, — врала Ариэль. — Очень долго шел ответ от компании по вашему запросу. — Вы мне голову не морочьте, миссис … — она сделала паузу. — Я мисс. — Ха, в таком случае не вижу смысла в дальнейшей беседе, милочка. Я вас предупредила! – прикрикнула напоследок женщина, пригрозив пальцем.
Ариэль вздохнула и уперлась на подбородком в руку. Если бы люди знали, как она невыносима устала от взрослой жизни. Как бы она хотела снова быть беззаботной девушкой, с рыжими веснушками на лице. Как бы хотела наслаждаться горячим чаем, наблюдая из окна уютной кофейни в центре Парижа. Как бы хотела снова отправиться в Венецию, выслушивая веселые истории милых гандольеров. Она взяла любимого серого мишку, который вот уже двадцать лет был рядом в грустные моменты. — Кексик, — еле-слышно воскликнула Ариэль. Она открыла верхнюю полку стола, где был запрятан кусочек шоколадного кекса, которым ее угостили коллеги. Ее наполнило чувство счастья от одного вида аппетитного изделия. Ариэль глянула по сторонам, взяла ложку и спустя секунду вкусовые рецепторы ощутили волшебную шоколадную сладость. — Ариэль? Ты не занята? – подошел Мистер Вейберг. — Чтомф? Ниет, — с полным ртом ответила она. — Приятного аппетита, но ты ведь знаешь, что за рабочим столом нельзя обедать и это чревато штрафом…
Ариэль застыла. Уши заложило и она больше не слышала Вейберга. В двери вошел он. Высокий статный брюнет с слегка растрепанными волосами. Аккуратная бородка придавала ему мужественности, которую так долго искала Ариэль в каждом новом мужчине. Сильные руки сжимали рукоятку автоматической винтовки. Холодный пронзительный взгляд будто проделывал дыру в Ариэль. Она чувствовала, как сердце бешенное заколотилось в груди. Дыхание перехватило, а кончики пальцев начинали неметь. Вот уже многие годы спящие бабочки распустили крылья и взлетели. Вместе с ними будто взлетела и Ариэль. — Слушайте сюда! – крикнул незнакомец.
«Боже мой, этот голос», — подумала Ариэль не сводя глаз. Ее тело горело в диком пламени и готово было броситься навстречу наслаждению. Но Ариэль не хотела быть безрассудной, она все-таки считала себя воспитанной леди. -Это ограбление, поэтому заткнулись все, вашу мать! Легли на пол и не двигаемся, ясно?! Я ненавижу вашу страну, ненавижу ваше отношение к людям, поэтому церемониться ни с кем не буду!
Вслед за ним зашло около десяти человек в балаклавах и с оружием наперевес. Все четко разбрелись по местам, будто знали банк как свои пять пальцем. Единственный, кто не скрывал лицо — был бородатый брюнет. Он сделал несколько предупредительных выстрелов в воздух.
Ариэль словно завороженная вслушивалась в его речь. Она представила, как он томным голосом будит ее с утра. Представила, как угрожает хулиганам, защищая ее в темном переулке. Это был первый человек, за которым она была готова отправиться хоть на край света. Ариэль прикусила губы, представляя, как они нежатся в голубых водах атлантического океана. Как рисуют на песке имена, обрамляя в огромное сердце. «Ах, как замечательно!» — подумалось ей. — Если среди вас есть те, кто думают, что я тут в игрушки играю, то ничего подобного. И я докажу вас это ублюдки. Внимание сюда! Ты! Подошла сюда! Живо! — Он указал на меня?! – трепетно прошептала Ариэль.
Она встала, нет, она взлетела из-за стола, и словно белое пушистое облачко летело к солнцу, чтобы прикоснуться к нему. Каждый шаг возбуждал ее сознание все больше. Казалось, она уже улавливает его неповторимый дурманящий запах. Она закатила глаза от блаженства. Ариэль подняла на него игривый взгляд и увидела обворожительную улыбку. Он тянул к ней руку, приглашая составить ему компанию в поездке на белоснежном коне. Ариэль засмущалась от такого внимания. — Я тут.
Как сложно дались ей эти два коротких слова. Она была готова броситься к нему в объятия и прильнуть к груди. Закрыть глаза, наслаждаясь биением его сердца. Она хотела крикнуть ему о том, как долго ждала его и сколько всего пережила. Крикнуть о том, что наконец-таки будет по-настоящему счастлива. Крикнуть, как мир ей был не мил без него. — Ничего личного! – равнодушно проговорил он и направил дело пистолета прямо в голову Ариэль.
Выстрел! Банковский холл мгновенно пронзили душераздирающие крики и вопль. Матери закрывали детям глаза, пытаясь скрыть от них ужасную картину. Особо впечатлительные зажмурились. Особо трусливые искали укромные углы. Особо «смелые» умерили свое желание геройствовать. Ариэль лежала на мраморном полу, неподвижный взгляд был устремлен вверх. Бордовая лужа крови медленно увеличивалась, расползаясь вокруг ее головы. Полное любви сердце замолкло. Наконец-то она встретила его. Единственного. Идеального. Мужественного. Ей хватило лишь одного взгляда. Она почувствовала, как влюбилась и это… это, оказалось невероятно теплым чувством. Чистым и искренним, словно душа младенца только-только открывшего глаза. Он безмолвно стоял глядя на нее, она лежала, раскинув прекрасные волосы. Разве есть что-то прекраснее любви?!