Самурай Доспамбет
Истинный ideal самурай есть тот Сверхчеловек, который грезился Ницше. Достижимое физическое совершенство (возможности тут безграничны), моральная чистота (степень которой самурай определяет себе сам), возвышенность помыслов и целей – вот грани его сущности. Жизнь и смерть этого сверхчеловека подчинены непререкаемому и единственному для него закону человеческого бытия – закону чести (Гири). Естественные для обычных людей чувства (Ниндзё): страх, любовь, нежность, ненависть – для него неважны, он может легко переступить через них. Он воин, занятие его – война или подготовка к войне, он верен Кюба-но Мити – Кодексу Лука и Скакуна, при этом он философ – не наступательный, но созерцательный. Он верующий, но не ортодоксальный и воинствующий, на этом Пути он покойно синкретичен, в равной степени для него важны наставления Дзен и истины Синто. Как мечом владеет он изящной словесностью (Хокку и Танка), поэзия и живопись – часть его Пути Буси-До…
極楽も 地獄も先は 有明の 月の心に 懸かる雲なし - Гокураку мо // дзигоку мо саки ва // ариакэ но // цуки но кокоро ни // какару кумо наси - Ни Раем, ни Адом / – Меня не смутить. / В лунном сиянье / Стою непоколебим, / - Ни облачка на душе, - написал предсмертное дзисэй Уэсуги Кэнсин, насладившись Фюру (Ветром и Потоком), пред тем как подставить голову мечу наемного убийцы. Отношение самурая к жизни и смерти определено первой заповедью P. Дайдодзи Юдзана в его «Начальных основах воинских искусств»: «Истинная храбрость заключается в том, чтобы жить, когда правомерно (当然, Tōzen) жить, и умереть, когда правоверно умереть», и вступлением к его же БУДОСЕСИНСЮ: «Самурай должен прежде всего постоянно помнить — помнить днем и ночью, с того утра, когда он берет в руки палочки, чтобы вкусить новогоднюю трапезу, до последней ночи старого года, когда он платит свои долги — что он должен умереть. Вот его главное дело. (Тогда) он будет исключительной личностью, наделенной прекрасными качествами. Ибо жизнь мимолетна, подобно капле вечерней росы и утреннему инею, и тем более такова жизнь воина».
Доспехи и вооружение казахских батыров 15-17 вв.
Самурайство есть состояние Духа. Истинным тюркским Самураем был воин-жырау XV века Доспамбет, написавший толғау перед смертью: Арыстандай екі бұтын алшайтып, Арғымақ мінген - өкінбең. Жұпарын қардай боратып, ару құшқан - өкінбең... Ер Мамайдың алдында шаһид болдым – өкінбең - Пружиня ноги как Лев, Седлал я аргамака – не жалею. Разметав словно снег запахи (ее свежести), обнимал я красавицу (Ару) – не жалею. (В двадцать шесть лет) умирая воином Мамая, я, шахид, о смерти – не жалею…
«Без облачка на душе» Уэсуги Кэнсин по этому поводу мог сказать: «Те, кто не держатся за жизнь, но чувствуют его всем нутром и живут полнокровно – они не боятся смерти. В них есть нечто превыше жизни и смерти – то, что в воде не тонет и в огне не горит – Дух (Рух)».