Пунта-Кана и Хитроу — съёмка разрешена
28-ое сентября 2016 года. Аэроопрт Пунта-Кана. В ожидании нашего рейса в Москву с авиакомпанией Azur Air, бродим по залу накопителя. Рейс немного задерживается. Открыв в телефоне приложение Flight Radar,
нашел наш самолет - подлетает уже к острову Эспаньола, скоро зайдет на посадку. Местные жители весело стучат в барабаны. Чему они радуются? Улетать нам совсем не хочется. Но им все равно, спасибо за улыбки и позитив. Увидев сотрудницу САБа, спрашиваю у нее - могу ли я пофотографировать самолеты? На удивление она улыбается и говорит:
- Да, конечно. Вы можете.
Честно сказать, я ожидал услышать, что угодно, но только не такой позитивный ответ. Через пару секунд, стоя у полосы, разделяющей меня с летным полем, я уже протирал влажной салфеткой объектив. Никаких стен или окон, ограждающих здание аэропорта от летного поля. Только небо, пальмы и самолеты.
Минус был в том, что я находился очень близко к самолетам, а при себе был только портретный объектив, который абсолютно не подходит для такой съемки, и телескопический, отлично подходящий для съемок с больших расстояний, так как дает хорошее оптическое увеличение. Но я все-таки сделал пару удачных снимков, при этом был уверен, что никто не хлопнет меня по плечу сзади и не спросит: почему я это делаю?
Уже в самолете я вновь подумал о том, почему у нас в стране, да и во многих других странах и городах, есть запрет на фото и видеосъемку самолетов в аэропорту? Часто в качестве ответа на этот вопрос я слышу: авиационная безопасность, терроризм, стратегический объект и государственная тайна.
Но разберем всё по-порядку.
АВИАЦИОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ И ТЕРРОРИЗМ
На дворе 21-ый век. Интернет. В течение пары минут я могу свободно скачать с общедоступного сайта ( к слову сказать, таких очень много) схему родного ALA (Международный аэропорты г. Алматы), Толмачево, Пулково, Внуково и так далее, со всеми стоянками, рулежными дорожками, терминалами и ВПП. Через сервис от Google Maps я также легко могу посмотреть рельный вид на всё это из космоса с хорошим приближением к объектам. Буквально за год до описываемых событий, находясь в аэропорту Хитроу (LHR), я познакомился с одним споттером (авиационный фотограф), у которого на груди был закреплен бейдж с надписью – «споттер - специалист по борьбе с террористической опасностью».
Как он мне пояснил в разговоре – администрация аэропорта привлекает таких как он для выявления нежелательных лиц, представляющих опасность на территории аэропорта. Им за эту работу не полагается абсолютно никакого вознаграждения. Они работают эффективно, бесплатно и от души. Потому, что им это нравится.
Находясь у 5-го терминала LHR, я мог спокойно «снимать» заходящие на посадку самолеты или фотографировать их на стоянке через окно в кофейне на втором этаже. У 4-го терминала есть даже специальная смотровая площадка для споттинга - View Heathrow с углом обзора в 270 градусов и отличным видом на южную полосу, где с хорошего ракурса можно как пофотографировать, так и просто понаблюдать за различными самолетами. Кроме того, вам там еще и предложат бинокли. Вторая смотровая площадка есть также на крыше терминала №2. И нет никакого запрета – только бизнес в виде дополнительных денег за кофе и прочие вкусности, популяризация авиации, аэропорта и бесплатное предупреждение возможного терроризма. Может нам стоит перенять опыт британцев? Ведь LHR по всеобщему мнению – не только один из самых загруженных аэропортов в мире, но еще и один из самых безопасных.
СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ОБЪЕКТ И ГОСУДАРСТВЕННАЯ ТАЙНА
«Закон о запрете съемки стратегических объектов» - вероятнее это как раз именно то, что вы услышите от сотрудника Службы Авиационной Безопасности. Разумеется, такого закона просто не существует. Засекречение чего бы то не было в нашей стране регулирует «Закон Республики Казахстан от 15 марта 1999 года № 349-I О государственных секретах» с перечнем того, что составляет государственную тайну и какие органы в праве что-либо засекречивать. Нужно отметить, что не любая информация может относиться к государственной тайне – для этого важно отнести сперва такую информацию к гостайне, а потом произвести ее засекречивание в установленном законом порядке. На носителей секретных сведений наносятся реквизиты, описанные в ст. 21 закона о ГТ и если вы не видите таких реквизитов, то никакой «государственной тайны», конечно же, нет. Не имея специального допуска к секретам, наивно полагать, что просто так вы сможете увидеть какие-либо секретные данные. Возможно весь этот миф о запрете съемки стратегических объектов корнями уходит в 50-ые – 60-ые годы двадцатого столетия. Тогда в небе нашей необъятной страны летали такие самолеты как Ил-18, Ан-10 и Ту-104, и если Ил-18 проектировался уже как гражданский лайнер с нуля, то за основу Ту-104 был взят реактивный бомбардировщик Ту-16, а турбовинтовой Ан-10 проектировался в паре с военным транспортником Ан-12. В то эпохальное для советской авиации время, подобные запреты с учетом тогдашней мировой обстановки, наверное, были бы обоснованы, но сейчас… Наберите в поисковой строке «Boeing 737» и вы увидите огромное количество фотографий этого лайнера, сделанные как любителями, так и профессионалами в разных частях света.
Что же тут секретного, если всё уже давно открыто? Вопрос риторический, а мне хотелось бы верить в светлое будущее нашей родной гражданской авиации.
