Политические репрессии не должны повториться!
В Казахстане отмечают День памяти жертв политических репрессий и Голодомора. Почему-то когда мы говорим про политичесие репрессии, то сразу подразумеваем Большой террор - период наиболее массовых сталинских репрессий в СССР 1937—1938, которые в Казахстане проводились на основании «спущенных на места» из Москвы цифр «плановых заданий» по выявлению и наказанию по ложным обвинениям так называемых «врагов народа» и буржуазных националистов. Именно так клеймил сталинский режим патриотов своего народа, национальную элиту, которая пыталась сохранить национальный язык и культуру, поддержать национальное самосознание.
Страшный 37-ой был далеко не первой волной политических репрессий в Казахстане со стороны тоталитарного советского государства. Да и не только советского. Кровавые бойни коренного населения происходили уже во времена Российской империи и приблизили свержение царизма.
От деда к внукам: тернистая дорога к правде
Мой дедушка Ордабаев Баймухан (Баймұхамбет) родился 1 мая 1911 года в ауле Каракемир Кордайского района Жамбылской области.
Ближайшие родственники моего дедушки, Сарманбет и один из братьев Ордабая были волостными, т. е. управляющими волостью, довольно обширной и богатой пахотными землями, как поливными, так и богарными, а также прекрасными пастбищами.
Совсем недалеко от аула Агыбая, на левом берегу реки Чу, раскинулся утопающий в садах богатый торговый и ремесленный город Токмак с обширной сартской колонией. На базарах этого города наши предки сбывали скотоводческую продукцию и приобретали все, что им было нужно.
Понятно, что все члены клана не были обделены и поэтому были людьми обеспеченными и образованными. Так, мать моего дедушки Баймухана знала четыре языка и играла на четырех музыкальных инструментах. Вероятно, от нее у ата Баймухана был абсолютный музыкальный слух.
Этот слух унаследовали все его три сына и даже следующее поколение Ордабаевых. Блестящий музыкальный талант унаследовала и моя сестра Алия, которая была ученицей сэра Пола Маккартни, и мой двоюродный брат Гариф - джазовый музыкант, который живет и занимается творчеством в европейской столице Брюсселе, только мне, как любя говорит мой отец, слон на ухо наступил.
Шежіре
Это последний лист шежіре нашего рода, начиная с Жанжігіта - сына легендарного Шойқары-батыра, который прославился и разбогател в походах против джунгарским захватчикам. Здесь и мой отец Алмас Ордабаев и его два брата - Булат (Болат), которого уже нет в живых и Малик (Мәлік) Ордабаевы.
Кровавая колонизация Российской империей
Приход царской армии в Центральную Азию а последующая русская колонизация XIX века все более нарушали традиционный образ жизни казахов и постепенно вытесняли коренное население с лучших пастбищ и наследственных территорий. Поселенцы из России претендовали на новые и новые пахотные земли. Столыпинские аграрные реформы в конце XIX века узаконили изъятие казахских земель. Попросту говоря, Российская империя, как пишут учебники, "административно отчуждала наиболее плодородные угодия у местного кочевого населения" и наделяла земельными участками переселенцев. В результате жестокой колонизаторской политики царской России кыргызы на севере современного Кыргызстана и казахи из Южного Казахстана уже от начала двадцатого века массово покидали родные края и переселялись в Китай.
Столетие самого массового антиколониального восстания в Российской империи
Восстание коренных народов Средней Азии и Казахстана против российских властей, русских крестьян-переселенцев и семиреченских казаков в 1916 году можно считать самым крупным антиколониальным выступлением в истории Российской империи.
Поводом для восстания был указ царского правительства от 25 июня 1916 года «О привлечении мужского инородческого населения империи для работ по устройству оборонительных сооружений“. Указ касался прежде всего узбеков, таджиков, туркмен, казахов и кыргызов. 4 июля 1916 года вспыхнуло восстание в Ходженте Самаркандской области. Через несколько дней и недель восстание перекинулось на Самарканд, Ферганскую долину, Семиречье, приаральские степи, во все концы Туркестанского края – от Каспия до границы с Китаем, то есть на все среднеазиатские колонии Российской империи с населением более 10 миллионов человек. Между Верным, Ташкентом и Россией восставшие прервали телеграфную связь.
Уркун - «Большой исход»
Восстание было подавленно с необыкновенной жестокостью. Карательные акции царского самодержавия против национального освободительного движения вынудили бежать в Китай по разным источникам от 300 000 до полмилиона казахов и кыргызов. Только из Семиреченской области в Китай бежали 332 тысячи человек. Около 250 тысяч кыргызов и казахов во время Великого Уркуна погибли.
Уркун - «Большой исход»
Будущий глава Временного правительства Александр Керенский прибыл на поезде в Ташкент и Самарканд, чтобы расследовать подавление восстания. В своем выступлении в Думе Александр Керенский не побоялся сравнить действия царских войск с террором турецких властей против армянского населения. «Очень трудно будет нам говорить теперь "о турецких зверствах в Армении"; очень трудно будет нам говорить "о немецких зверствах в Бельгии", когда того, что происходило в горах Семиречья, никогда, может быть, мир до сих пор не видел!» возмущался Керенский на заседании Думы.
От Царя к Ленину
Спустя полтора месяца после доклада Александра Керенского Николай II отрекся от престола, грянула Февральская революция, Керенский возглавил Временное правительство. Повстанцы на территории нынешнего Казахстана сопротивлялись c оружием в руках вплоть до Февральской революции 1917 года. В октябре того же года большевики арестовали членов Временного правительства в Зимнем дворце, Дума была распущена и большевики захватили власть. В стране вместо демократии европейского образца установилась большевистская диктатура а власть перешла к Советам. Это было началом произвола и красного террора.
Советская власть, объявившая войну «правящим классам», жестоко обошлась с семьей моего деда, но мой отец и его два брата долгое время ничего не знали об этом. Мои бабушки и дедушки, как и многие другие выходцы из семей с достатком, боясь, что малые дети могут сболтнуть лишнего, абсолютно ничего не говорили ни своим детям, нашим родителям, ни внукам о своих предках и трагических страницах семейной истории. Опасными были не только сведения о подвергнутых репрессиям родственниках (если преследовались, так было за что!), но и данные о социальном происхождении. Поэтому все мои предки представали в анкетах крестьянами или мелкими служащими.
Братья Ордабаевы. Слева направо: Алмас, Малик, Булат. 1947 год
Красный террор глазами ребенка
Лишь где-то в конце 70-х - «вегетарианских» брежневских – мой дедушка кое-что рассказал своему старшему сыну - моему отцу.
Самым жутким в его рассказе была та чудовищная безжалостность, с которой красные расправились с родителями, братьями и сестрами моего дедушки. На глазах у самых младших сыновей Ордабая – Баймуханбета и Кашкымбая – были расстреляны мать, отец, семеро старших братьев и сестер. Младших оставили в живых, как неспособных принести вред советской власти.
Оглушенный этой «новостью», мой отец ни о чем больше дедушку не спрашивал. Теперь спросить не у кого.
Долгое время мы были убеждены, что причиной жестокой расправы над семьей Ордабая была должность Сарманбета и одного из братьев Ордабая - они были волостными. Уже в 90-е годы, когда начали публиковаться закрытые ранее в спецхранах материалы, мой отец прочитал, что так называемое басмаческое движение (борьба против советской власти в среднеазиатских республиках) охватило не только Таджикистан и Узбекистан, но и юг нашего Казахстана. Кроме того, в сборнике материалов по Семиречью мой отец нашел подробные сведения об организованном сопротивлении в долине реки Чу, где и случилась расправа с семьей моего дедушки. После работы в архивах отец уверен, что такая бесчеловечность со стороны красных, помимо жестокосердия жалких плебеев к „инородцам“, была вызвана еще и возможным сопротивлением, оказанным нашими предками новым властям.
Баймухан Ордабаев
В 20-е годы, после нескольких лет жизни у родственников, мой дедушка попадает в детский дом в Алма-Ату. Для него это был шанс найти место в новом мире. На базе показательного детдома организуется школа, где должна была готовиться молодежь для поступления в ВУЗы страны. Из его одноклассников самыми известными людьми стали Куляш Байсеитова – совершенно гениальная певица, обладавшая волшебным голосом с сугубо казахской техникой звукопорождения, и Ануарбек Умбетбаев, которого иногда называли казахским Козловским.
Кровью и голодом
В начале 30-х годов Казахстан пережил одну из самых страшных трагедий. Окончательное решение вопроса борьбы с казахским «кулацким элементом» в процессе коллективизации привело к массовому голоду среди скотоводческого населения. В то время большинство казахов вели кочевой образ жизни и без скота кочевники были обречены на смерть. Допустимое количество скота в личном хозяйстве определялось по меркам российских земледельческих хозяйств, а это в 10-20 раз меньше самого необходимого для скотоводов.
Отобранный у казахов скот просто подыхал от бескормицы и вслед за животными гибли люди. Жалкие, несчастные люди, бросив все, отправились в поисках еды в сторону оседлых земледельческих районов. Те, кто жил ближе к границе, бежали в соседние Кыргызстан, Узбекистан, Туркменистан и даже в Китай и Монголию. Но те, кто жил в центральных районах страны, были обречены; Центральный Казахстан понес колоссальные людские потери. По оценкам Валерия Михайлова - автора книги «Хроника Великого джута», которая вышла в Казахстане в мае 1990 года, казахский народ потерял от 30 до 40 процентов своей численности.
Мой дедушка, как грамотный человек, работал в комиссии по ликвидации последствий голода. Он рассказывал о множестве случаев людоедства, эпидемиях, поражавших целые области. Он сталкивался со случаями, когда обезумевшие от голода и горя люди набрасывались на приготовленную для них пищу и тут же умирали, набив желудок. Рядом с каждым голодающим должны были находиться по два здоровых человека. Они должны были медленно отпаивать их сначала чуть подслащенной водой, а потом начинать кормить небольшими порциями каши, удерживая от быстрого насыщения. Да, сколько же трагедий и треволнений выпало на долю поколения наших отцов и дедов! Какие только катаклизмы, судьбоносные кровопролитные события не испытала казахская земля!
С жертвами сталинский режим никогда не считался. Люди для них были только «человеческим материалом», который было можно и нужно приносить в жертву идеям торжества мирового пролетариата, а по-настоящему правящей верхушке во главе со Сталиным. А несогласных – просто уничтожали не только пулями и лагерями, но и голодом. Именно об этом думал мой отец, когда работал над созданием Мемориала жертвам политических репрессий в Астане.
Мера цивилизованности общества определяется не валовым внутренним продуктом и не высотой самого высокого небоскреба, но отношением к людям, уважением достоинства личности, прав и свобод человека. Государство должно служить интересам людей, не наоборот. Политические репрессии не должны повториться.