Письмо.
Приглушенные звуки музыки плавно распространялись по полутемному залу тихого уютного кафе в центре города. Официанты бесшумно передвигались от столика к столику, угадывая желания клиентов. Тусклый свет пробивался сквозь легкую дымку ментоловых сигарет, скрывающую лица посетителей. В углу сидели трое друзей, которые неторопливо просматривали меню.
- Добрый вечер! Что будете заказывать? – склонившись, спросил официант.
- Давай-ка нам сначала водочки, холодненькой и огурчиков с грибочками маринованными, икорки не забудь! Да, и побыстрее, - поторапливал Алимжан Тохтарович, начальник местной почты, - горячее позже закажем.
- Алике, что за спешка такая? Куда торопимся? – с удивлением и не узнавая своего старинного друга, спросил Сакен Жусупович, успешный предприниматель, - Повод-то какой? Зачем ты нас сегодня всех собрал?
- Какая разница зачем?! Важнее с кем! Молодец, Алимжан, что собрал, давно не виделись! – поддержал разговор Марат Аргынбаевич, банкир местного банка - А то все работа, да работа! Расслабиться некогда.
Тихая музыка сменилась громкими звуками настраиваемых инструментов. На маленькой сцене готовились к выступлению артисты. В зале зажглись разноцветные огни. Зазвучали попурри прошлых лет.
- Эх, родные мои! Как я рад вас всех видеть! – продолжал Марат Аргынбаевич, разливая из бутылки «Финляндии», матовое стекло которой было покрыто мелкими капельками воды. – Это ж сколько лет прошло как мы закончили университет? Лет двадцать! Боже, а какие мы старые стали!
За окном мелькали разноцветные огни фар проезжающих машин. На перекрестке одинокий светофор безропотно менял цвета. Пушистый снег посыпал тротуары, серебрясь и переливаясь от многочисленных огней большого города.
- Друзья мои, предлагаю тост! – взял инициативу в свои руки Алимжан Тохтарович, - Помните, когда–то в далекие, но такие близкие «лихие» девяностые, в голод и холод, когда не было ни тепла, ни света, когда кругом лопались не только фирмы и предприятия, но и батареи в наших квартирах, когда мы рады были варенному луку на столе, мы мечтали о будущем. И тогда, вот также втроем желали под «Рояль» китайского розлива, чтобы у каждого из нас было три дорогих вещи – это семья, крыша над головой и машина. Причем не просто тачка, а обязательно «Мерседес»! Так вот, мечта наша сбылась только у меня! Слава Всевышнему, семьи создали! Крыша над головой у каждого есть! А вот «Мерседес» есть только у меня! Вот, Сакен, ездишь на «Инфинити», Марат на «Лексусе»!
- Да, брось, ты, Алике! Все путем! И ты будешь ездить на «Ферарри», перебил Марат Аргынбаевич, - ты мне лучше скажи за что пьем-то? Ты повышение получил или в Астану собрался?
- Астана? – выпивая стакан томатного сока, Алимжан ответил – Столица! Знаете ли, провинциальные города обладают удивительной способностью удерживать тех, кто здесь промедлил. Раньше надо было уезжать, сейчас кому мы там нужны… А собрал я вас вот для чего…
На прошлой неделе, как вы знаете, отправили меня в командировку в Алматы на семинар связистов. Поговаривают, что в ведомственном министерстве средства не освоили, а на носу конец года, так вот и решили провести «Всереспубликанский семинар связи». Кого с кем связать хотели я так и не понял. Лет пять назад я бы с удовольствием принял участие, но сейчас это столько сил отнимает. В общем, отмучился я недельку на никому ненужном семинаре и возвращаюсь вчера обратно поездом. В купе попался весельчак, всю дорогу только анекдоты и травил. Как только узнал, что я по части почты работаю, так тут же анекдот в тему рассказал – мужик работает у дома на своем участке, а в это время из соседнего дома выбегает его соседка – блондинка, открывает свой почтовый ящик, заглядывает туда, захлопывает и убегает обратно в дом. Немного погодя соседка вновь выбегает, опять заглядывает в почтовый ящик и снова убегает в дом. Когда все повторяется в третий раз, мужик не выдерживает и спрашивает у блондинки «В чем дело, соседка?! Что-нибудь случилось?» На что блондинка отвечает «Это точно, что-то случилось. Мой дурацкий компьютер все время сообщает – «Вы получили почту» - вот я и бегаю, а почты никакой нету…» И все в таком духе. Весело было в купе.
За три часа до нашей станции поезд, как обычно, остановился в Жарыке. Простояли минут двадцать. Только поезд тронулся, как дверь в купе открылась и к нам впорхнула такая пташка! Вся в мехах, аромат духов заполнил купе, перебивая вагонный запах. Она легко присела, закидывая элегантно ногу на ногу. «Ай, да мед, ай да лебедь белая» - вскрикнул весельчак при виде новой попутчицы. Вслед за ней в купе протиснулась огромная бычья голова, принадлежавшая верзиле с детским лицом. Он виновато искал место, куда бы притулиться, неуклюже ввалился в купе, наступив на ногу весельчаку, отчего он снова вскрикнул, но уже от боли «ай да мед. Ай да и медведь идет!».
На некоторое время в купе воцарилась тишина, лишь весельчак поглаживал свою отдавленную ногу. Маленькие глазенки верзилы виновато бегали по детскому лицу. Я очаровано смотрел на обаятельную попутчицу. Осмотревшись по сторонам, попутчица неожиданно протянула руки ко мне и словами «Алимжан Тохтарович! Родненький! Как я рада вас встретить!»
Весельчак удивлено посмотрел на нас «Ай да мед, ай да книжный переплет!» Верзила насторожился.
- Баканай! – обратилась она к верзиле, - Это мой начальник, когда-то я работала под его началом в одном из почтовых отделений. Серьезный мужчина, верный семьянин. У нас все в отделе в него были влюблены, а он ни на кого не обращал внимания! Ровно в шесть вечера убегал за детишками в садик. Детки, поди уже выросли, большие стали?
- Да, уже школу заканчивает старший, младший в восьмом… - напрягал, я память и никак не мог вспомнить неожиданную попутчицу. Да и не было у нас таких красавиц в отделе.
- Вспомнили? Гульжан я, два года мы вместе работали, пока вас в головное отделение не перевели. Вот тогда мы все ревели, по-настоящему, мы все вас так любили!
- Налей-ка еще, Саке! – попросил Алимжан Тохтарович. – И знаете, вспомнил! Была у нас Гульжан! Скромная, симпатичная, стройная. Клиенты, завидев ее, голову теряли, все в женихи просились. Но я ведь уже женатый был на тот момент, да и девочка она совсем еще была.
Выпив залпом рюмку, Алимжан продолжил.
До моей станции оставалось часа три. Время пролетело незаметно. Весельчак больше не шутил. Верзила уткнулся в айфон, лишь изредка поглядывая в нашу сторону. Гульжан без умолку рассказывала о себе. Из ее рассказа, я узнал, что после моего ухода недолго проработала в том почтовом отделении, перешла секретарем на фирму Баканая, которой он руководил. Недолго думая вышла замуж за Баканая, который имел успешный бизнес, построенный еще в девяностые. Жила в роскошном особняке в столице в «золотом квадрате». Воспитывает двух детей – мальчика и девочку, чьи милые фотографии тут же показала в телефоне.
Поезд уже подъезжал к моей станции. За окнами мелькали огоньки станционных домиков. Вагоны судорожно притормаживали, раскачиваясь все сильней. Гульжан вызвалась проводить меня, сказав мужу «Посиди здесь, я сейчас вернусь». Баканай безропотно повиновался. Попрощавшись с весельчаком, мы вышли в холодный и прокуренный тамбур. Никого не было.
Вдруг Гульжан начала с пылом говорить:
- Дорогой, любимый Алимжан Тохтарович, все эти годы я только и жила вами! Вижу, вы с трудом вспомнили меня. А я помнила вас все это время. Я никогда, слышите, никогда не встречала в жизни такого как вы! Я не могу сейчас объяснить вам ничего, но мое сердце всегда принадлежало только вам. Может быть и телом я сейчас Баканая…
Поезд резко остановился. Из вагона выбежал заспанный проводник. Спешно открыл двери.
- Мне пора, только и смог я вымолвить.
- Да, конечно! Но только можно я исполню свое желание? Она тут же прильнула к моим губам.
- А теперь прощайте!
Я повиновался и спустился на перрон.
- Вы не выйдете? Не подышите свежим воздухом? – спросил проводник. Протирая поручни, покрытые инеем.
- Нет, теперь это не моя станция. Алимжан Тохтарович! И простите меня за то глупое письмо! Вы его, наверное, давно сожгли. И правильно сделали. Будьте счастливы и она вернулась в купе.
Поезд тронулся. Вагоны толкаясь и раскачиваясь весело набирали ход. Я стоял одиноко на перроне. Мимо меня мчались вагоны с мелькающими огоньками в купе. Я еще долго провожал красные огоньки хвостового вагона…
- Вот почему я вас и собрал, друзья! В жизни так бывает, что кое-что в ней нельзя исправить, это можно только пережить.
За окном проносились машины, причудливо отражаясь в окнах кафе. На перекрестке светофор одиноко мигал желтым цветом.
Алимжан достал портмоне, в одном из уголков которого бережно достал мятый исписанный мелким почерком лист бумаги и в который раз перечитал письмо. Теперь он знал от кого оно.