От правды не убежишь
ВНИМАНИЕ!
Все персонажи и описываемые события являются вымышленными.
Любое совпадение с реальными людьми или событиями, является случайностью.
Я сидел в кабинете, разглядывая маленькую фигурку Абая. Известный деятель в чапане и с домброй в руках, вот уже семь лет неизменно сопровождал меня. Кочуя из кабинета в кабинет, поднимаясь по карьерной лестнице, я дослужился до капитана полиции. Менялись погоны, офисные столы, мягкость кресел, неизменным оставался лишь он. Я всегда размышлял, что он сказал бы о ситуации в стране. Кто прав на самом деле?! Только я взял в руки фигурку, как вдруг в кабинет ворвался Жанибек.
- Старший лейтенант Ханов, вас не учили стучать?! – басом проговорил я.
- Прошу прощения, но там… там, - Жанибек пытался перевести дыхание. – Там это, сержант Тлеуов звонил. Ну, с марафона…
Я поставил фигурку Абая на стол, и прикрыв дверь, налил стакан воды.
- На, вот, выпей. Зачем так бежать было, мог бы по рации…
- Нет-нет, брат, там акция. Плакат повесили.
- Какой такой плакат? Митинги снова? – насторожился я.
- Нет. Тлеуов передал, что по пути следования бегунов, какая-та молодежь вывесила плакат. Я как узнал, сразу к тебе.
Я почесал подбородок и одобрительно похлопал младшего брата по плечу.
- Молодец, все правильно сделал. Рассказывай в подробностях.
- Так вот, активисты по-видимому вывесили плакат с надписью: «От правды не убежишь» и ниже еще что-то про выборы. Сейчас вспомню, - Жанибек все никак не мог отдышаться, в паузах попивая воду.
- То есть плакат призывает к выборам, я правильно понял?
- Точно! Вспомнил! «У меня есть выбор» на русском и «За честные выборы» на казахском. Еще перед ними такие решеточки.
- Хэштеги?! – уточнил я.
- Да, точно, они самые.
Жанибек убрал стакан, взглянул на запертую дверь и тихонько спросил:
- Что будем делать?
- Что сказал сержант Тлеуов?
- Сказал, что ничего противозаконного они не делают, просто стоят, бегунам не мешают, мероприятия сорвать не пытаются. Он поэтому и сообщил нам, так как не знают, как реагировать.
- Это плохо. Если мы ничего не предпримем, тогда эта акция пройдет незаметно для людей. Нужно как-то придать огласке все это действо, - задумался я.
- Ну-да, - вздохнул Жанибек, - зная народ, если мы не пытаемся воспрепятствовать, никто даже и не заметит. Будто ничего и не было. Может пару дней пообсуждают и забудут.
- Вот, поэтому, братишка, мы с тобой и нужны. Надо создать резонанс! Задержим их, дальше как получится.
- Думаешь этого будет достаточно? Сколько уже людей задерживаем, потом отпускаем. Народ начал привыкать к такому, - с грустью в голосе произнес Жанибек.
- Здесь, ты прав. Тогда попробуем посадить на десять-пятнадцать суток.
- Ты с ума сошел, Керей?
- Нет! Людям надо дать толчок, чтобы даже далекие от политики представители заинтересовались проблемами в стране. Пока не знаю, как это провернуть?! Но, думаю, просто заменю в протоколе надпись на плакате. Напишу что-нибудь неприятное.
- Если правда всплывет, тебе несдобровать.
- Я знаю, Жани, но сам понимаешь. Если мы не вмешаемся, то людям будет наплевать: кто там вышел, с каким плакатом, зачем они это сделали и так далее. Все бесследно исчезнет в пустоте. А так, люди увидев действия с нашей стороны, заинтересуются и смогут их услышать. Ведь так важно быть услышанными…
Жанибек вздохнул, опустив голову. Порой мне жаль, что втянул его во все это, но один я бы точно не справился.
- Капитан Ханов, Лейтенант Ханов, что по поводу активистов? – неожиданно вошел начальник департамента.
- Так точно. Мы с лейтенантом Хановым разбирали ситуацию. Акция имеет прямой политический посыл и связана с предстоящими выборами.
- Политический?!
- Так точно, на данный момент собираемся выезжать и доставить активистов в отделение!
- Молодцы, быстро работаете. Добро, - улыбнулся начальник и захлопнул дверь.
Жанибек обернулся ко мне, его полные страха глаза будто смотрели мне в душу. Я решил настроить его.
- Лейтенант Ханов, вы же помните. Что бы не случилось мы не друзья им, действовать по ситуации, максимально нейтрально относиться к задержанным. Ни в коем случае не проявлять заинтересованность. Как приняли?
- Так точно, Керей, так точно…
- Ты же знаешь, братишка, никто не должен знать об этом.
- Да, я знаю, но… Но, если вдруг правда вскроется, то власть нас будет считать предателями, а народ даже знать нас в глаза не будет. Хотя ведь мы герои и благодаря нам люди начинают проявлять гражданскую позицию в конце концов. А мы… мы, в итоге останемся никем. Мы из своих среди чужих, превратимся в чужих среди своих. Керей, мы не сможем долго помогать. Правда однажды выйдет наружу.
- Ты прав. За все придется отвечать. Но, наше дело правое, помни это! А то, что правда всплывет? Хм, как там было? – я обернулся к Жанибеку. - От правды не убежишь, так ведь?!
Он засмеялся, после чего одобрительно кивнул и мы, надев фуражки, выехали на место событий. В кабинете остался одинокий молчаливый Абай.