О покорении Самарканда Российской империей
А.Семенова «Покоритель и устроитель Туркестанского края, генерал-адъютант К. П. Фон-Кауфман I-й». (МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ БИОГРАФИЧЕСКОГО ОЧЕРКА), 1910 год
«…Получая тревожные сведения о сосредоточении бухарцев у Кара-Тюбе, Кауфман послал туда полковника Абрамова разбить неприятеля и возвратиться в Самарканд. В Самарканде, за выступлением отряда Абрамова, осталось лишь 555 человек войска во главе с Константином Петровичем, справедливо полагавшим, что достаточно его личного присутствия для удержания города в повиновении.
И это было среди десятков тысяч фанатически настроенных обитателей Самарканда, где горячая проповедь безпощадного ”джихада” неудержимо лилась под сводами темных медресе и мечетей и на залитом солнцем Ригистан, где забитые и трусливые евреи опять спешили надеть свои символы рабства, грубые веревочные пояса, и вместе с малочисленной колонией персиан с страхом ожидали за свою преданность к русским поголовного истребления.
Фото Леона (Лев Семенович) Барщевского (1849-1910) "Около Самарканда"
Но движение Абрамова к Кара-Тюбе было неудачно и Абрамов должен был возвратиться в Самарканд, при чем под самым городом был встречен вооруженными массами горожан; последние вступили в бой с русскими, но вскоре бежали в город, где почти на каждом шагу были построены баррикады. Обо всем этом, однако, горсть гарнизона с генерал-губернатором и командующим войсками ничего не знала до самого вступления Абрамова в Самарканд.
Н. Н. Каразин "Взятие Махрама".
Только тогда поняли, какая опасность угрожала немногочисленным русским войскам, забравшимся в глубь враждебно настроенной страны, отрезанным от Ташкента. Приходилось поэтому заботиться об укреплении должным образом самаркандской цитадели и об ориентировке среди создававашихся почти ежедневно различных затруднений. Но обстоятельства настолько осложнялись с каждым днем, что Кауфман не успел и половины своих планов привести в исполнение. 29-го мая от генерала Головачева было получено известие о скоплении больших бухарских сил на Зерабулакских высотах и что наш незначительный там отряд вот уже четыре дня как сильно стеснен.
Оставив в самаркандской цитадели около 600 человек и два орудия, Кауфман с остальными войсками и артиллерией поспешно двинулся к Катта-Кургану.
В. Верещагин "Сдавайся - убирайся к черту".
Происшедший затем 2-го июня бой, — бой на Зерабулакских высотах, — слишком хорошо известен, чтобы рассказывать его здесь. Достаточно сказать, что 1.700 русских штыков и 320 шашек обратили в дикое и нестройное бегство десятки тысяч неприятеля.
После Зерабулакской победы многие начальники войсковых частей советовали командующему войсками идти дальше в глубь страны, чтобы разом покончить с сопротивлением эмира, но Кауфмана безпокоили необезпеченность тыла и судьба Самарканда. Предчувствие не обмануло победителя под Зерабулаком.
В. Верещагин "Нападают врасплох".
Медленно подвигался русский отряд из Катта-Кургана назад к Самарканду, повсюду встречая очень мало жителей и совершенно ничего не зная о том, что ничтожная горсть русских, засевших в цитадели, осаждается скопищами найманов, кара-калпаков, китай-кипчаков и разных других племен. Они собрались к Самарканду в числе нескольких десятков тысяч (до 65-ти) при появлении шахрисябзских войск Джура-Бия; жители же Самарканда побуждаемые страхом, а более всего фанатизмом, отворили ворота полчищам Джура-Бия и вместе с ними штурмовали цидатель Самарканда.
Фото: "Ферганская девочка из рода Найман" (Узбекистан)
Горсть защитников самаркандской цитадели во главе с доблестными полковником Назаровым и майором Штемпелем тщетно посылали за помощью к Кауфману: посланцы или попадали в руки неприятеля, или просто перебегали к нему. И лишь 7 июня, когда отряд Кауфмана был в 18 верстах от Самарканда, было получено донесение майора Штемпеля о критическом положении самаркандского гарнизона.
Фото: "Джура бий", из туркестанского альбома фон Кауфмана.
На другой день победитель под Зерабулаком с своим отрядом вступил в Самарканд; Джура-Бий с своими войсками поспешно отступил, едва узнал о приближении Кауфмана к Самарканду; лишь горожане да жители окрестных кишлаков продолжали штурмовать цидатель. И под грохот орудий, среди ужасающей обстановки, изможденные, измученные 7-мидневною осадою, храбрые защитники Самарканда встречали своего желанного освободителя; встретили далеко не все, ибо одной четверти гарнизона не суждено было увидаться с возвратившимися из-под Катта-Кургана товарищами.
Фото: "Бухара после штурма Красной Армией 1 сентября 1920 года".
”Страшную, потрясающую картину, — говорит очевидец, — представляла самаркандская цитадель возвратившемуся из Катта-Кургана отряду. Дымящияся груды рухнувших саклей, которые мы поджигали на вылазках, обгорелые, обезображенные трупы, разбросанные между развалинами и издававшие нестерпимый смрад, заражавший воздух, исхудалые и закоптелые лица защитников, державшихся на ногах только вследствие нравственного напряжения, — вот что представилось отряду 8-го июня. Свежие следы борьбы были красноречивым доказательством ее упорности”…».