О казаках — «воздерженцах»
Сначала о Потанине. Это о нем один из вождей Алаша (Қазақ - один из шести сыновей Алаша) Ахмет Байтурсын, Ақан, написал: Atakty Sibir uly kart Potanin… Атақты Сібір ұлы қарт Потанин, Ер сүйсе, сендей сүйсін ел Отанын. "Қазақсың, қалмақсың" деп алалау жоқ, Отаның тең көресің барша жанның. – Знатный сын Сибири (Сибирского Юрта) – Потанин… Любить Родину как ты, может только истинный (истый) er (Мужчина, Герой, Защитник)… Не делишь (аутентичное «не пестришь» ты), не разделяешь людей на ("поганых") калмаков и казаков… Видишь ты в равенстве: их Родину - и свою…».
Отсюда, Kazakka Potaninnyn aty ardakty - «любо (братцы) казахам имя Потанина».
Ақан - Ахмет Байтурсын.
Григорий Николаевич Потанин, "сибирский автономист" - истинный тамыр казаков-казахов. Человек, в котором с детства жил дух пионерства, открытий и авантюризма.
Как-то друг его детства Чокан (Валиханов) привел его (и других приятелей кадетов), после того, как прочитали все вместе «путешествие Палласа в старинном переводе... в высшей степени сенсационное чтение», со страниц которого пахнуло на них душистым жусаном - «ароматом полыни, степных губоцветных…»
...привел их Чокан на берег Иртыша, взором затуманенным оглядел эту великую реку Юрта Сибирского, и сказал им всем, показав сначала на правую ногу свою, затем на левую: Будут они бродить и странствовать по странам всяким разным, чудесным...
Кадет Чокан.
И, возможно, этот «последний царевич кайсацкий» сказал еще: «Будем мы, братец Гриша, делать это вместе...»
Судьба - tagdyr - распорядилась иначе...
После преждевременной и ранней смерти друга Потанин, выполняя наказ и его, много путешествовал по Азии, над которой висела в ту пору «таинственная завеса» и которая «исследована (была) никак не более Африки Внутренней» (Валиханов). Не манила Потанина Африка к себе, тянуло его в Сибирь и в Центральную Азию, потому как «тяга на Восток жила в нем инстинктивно, она влекла в путешествия в неведомые уголки Монголии, Тибета, Китая», и эти «продолжительные путешествия смогли, если не до конца, но удовлетворить (в нем) инстинкт кочевника». И «вкусил он уже (с наслаждением) те древа знаний (которых жаждал)», и «движение в пространстве шло у него параллельно с движениями мысли» (Ж.О. Артыкбаев).
"Я люблю родину и сознательно, и инстинктивно, а потому я сделался сибирским автономистом". Потанин Г. Н.
И стал Григор Потанин в своих сочинениях, излагая сказки и легенды казаков (казахов), употреблять повсюду местоимение «мы». Казак, он сам много думал о значении слова этого: что же могло оно означать?
И пишет он в своей «Причине…» («Причина возникновения казак-киргизов»): «Все (они), будучи холостяками, часто производили барамту. Другие народы называли их казаками. Слово Казак не есть имя человека; это прозвание народа. По персидски в книге Гаясульафат слово «казак» значит «гоняющий лошадь». В древнем яне ногайцев казак значило «холостой», «безродный», в древнем турецком значило «свободный», «вольный». И дальше в примечаниях «Причин» продолжает: "Товарищи Алаша-хана (вдоволь «нюхавшие траву евшан»-полынь) были все холостяки, занимавшиеся набегами". «Причина» уверяет, что слово казак на древненогайском языке значило «холостой»; отсюда, она хочет вывести имя народа Казак. Казаки Запорожской Сечи также были холостяки. Безбрачие было правилом и у уральских казаков; по преданию, они считали своим долгом, пожив с женщиной, убивать их. Это обычай будто бы сохранялся до атамана Гугни, который так был увлечен красотой своей жены, бабушки Гугнихи, что не решился убить ее, с тех пор упрочилась семья в уральской казачьей общине. Песня о Стеньке Разине, который был донской казак, и персидской царевне демонстрирует то же самое воззренье. Ермак, завоеватель Сибири, по одному памятнику, который я теперь указать не могу, требовал полового воздержания от своей дружины; нарушителей этого казачьего обета садили в мешок с камнем и опускали в глубокую воду. Былина приписывает соблюдение подобного воздержения (это не опечатка, именно так прописано Потаниным) «старому казаку» Илье Муромцу. Поэтому, вероятно, ему и смерть была не писана, что он был половой аскет. Ту же заповедь торжественно налагает на себя атаман Касьян с товарищами, сорока каликами. Мангульский богатырь Гэсэр также избегает сношений с женщиной; он убегает от преследований своей жены (Танг.-тиб. окр., II, то и след.). В казак-киргизском преданий батыр Сартактай (алт. Сартактай-Кэзэр, вероятно, тот же Гэсэр; см. Танг.-тиб. Окр.,II., 301) был в состоянии поднимать на свои каменные плечи каменную гору, пока ни он, ни его брат не разделяли ложа с женщиной, но первое нарушение этой заповеди имело последствием, что гора подавила их (Очерки, IV, 286)».
Казаки всегда делили сущность человека – адама на два составляющие: жан – духовное, первостное; помещен же он (жан, дух-рух) в тән – тело; материальное, вторичное; называется последнее еще словом низким «нәпсі», которого - тию керек - держать надо «в узде», не давая ему волю, чтобы было оно (тело-тән) в "воздержении", в аскетстве - чистым, незамаранным, незапятнанным
Выходит, «қазақ» - чистота не только духа-руха, но и тела - символ воздержания.
