Невиновный за решёткой
Недавно состоялось заседание Судебного жюри при Высшем Судебном Совете, после которого семеро судей получили выговоры и другие дисциплинарные взыскания за грубое нарушение законности при ведении судебных дел. Приятно, что такое понятие, как «судебный произвол» не является повсеместной характеристикой казахстанской фемиды, и справедливость все же торжествует, в конечном счете, хотя бы в виде замечания зарвавшемуся судье. Но сколько еще дел требуют вмешательства высших судебных инстанций только потому, что районные и прочие «поместные» судьи то ли не сочли нужным обстоятельно разбираться с вверенными им процессами, то ли преднамеренно действовали в чьих-то интересах.
Вот только один такой пример. Третий год находится в заключении молодой человек по имени Бек Раушанбек, обвиненный в преступлении, которое он, при объективном рассмотрении всех обстоятельств дела, не совершал.
Не желая мириться с несправедливостью и в надежде, что столь откровенное проявление необъективности со стороны казахстанской фемиды является единичным случаем, недоразумением регионального масштаба, сторона защиты Раушанбека подготовила ходатайство в кассационную коллегию по уголовным делам Верховного суда РК.
Никто не был убит!
Как так получилось, что молодой, никогда ранее не судимый человек оказался приговорен к 11 годам и 3 месяцам заключения?
Бек Раушанбек
Это произошло в ночь с 11 на 12 августа 2017 года в Кызылорде. По версии следствия и, к сожалению, согласно выводам судебных органов, в ту ночь Раушанбек за рулем автомобиля в компании с несовершеннолетним Арыстановым Б., а также Мардеевым И., Аминовым Д. и Кимом А. разъезжал по городу, слушал музыку.
Где-то в половине четвертого ночи неподалеку от одного из городских кафе они заметили компанию из трех парней и четырех девушек. После чего, как утверждают следователи, Раушанбек остановил машину, в шутку пригласил девушек в салон. Это не понравилось их спутникам, вспыхнула сначала словесная перепалка, а затем групповая драка.
По версии обвинения, в ходе этой драки, Раушанбек достал из салона автомобиля нож «бабочку» и начал наносить им тяжкие телесные повреждения двоим из троих потерпевших: Сарсембину А. – в область левой части шеи, а Сейтжанову С. – в область левой части живота.
Чем же в этот момент, по версии следствия, занимались остальные фигуранты дела, участвовавшие в групповой драке на одной с Раушанбеком стороне? Они, как утверждается, применяли насилие и причиняли потерпевшим «легкие телесные повреждения». Например, камнями швырялись.
Место происшествия
То есть, по картине, расписанной обвинением, Раушанбек выглядит чуть ли не как кровожадный маньяк, неуравновешенный тип, которого хлебом не корми, но дай кого-нибудь порезать-загубить.
Суд вынес Раушанбеку приговор по ст. 99 ч. 2 п.п. 1 и 9 УК РК подкрепленной ст. 24 ч. 3 УК РК. То есть дело было представлено так, будто Раушанбек пытался не просто порезать потерпевших, а умышленно хотел их убить, но не довел дело до конца.
Подчеркнем – никто не был убит! Сарсембин и Сейтжанов получили тяжкие ранения, но остались живы.
Дочь начальника ДВД Кызылординской области Малика Мухитова, насмерть сбившая внука Олжаса Сулейменова Искандера, получила два года в колонии общего режима. Боксер Данияр Укибаев получил 6 лет за убийство на глазах семьи автослесаря Сычева. Житель Аксу Жандос Мухаметжанов умышленно похитил и зверски убил отца троих детей, за что был приговорен к 9 годам. Актюбинец Бахыт Орынбасаров, собственноручно задушивший свою невесту, получил 10 лет колонии.
А Раушанбек, который никого не убивал, которому только недавно исполнилось 18 и который раньше никогда не привлекался к ответственности получил приговор на более 11 лет заключения. И это – далеко не единственная аномалия, что любой разумный человек, подробно изучив все обстоятельства дела, может заметить.
Парадоксы следствия и процесса
На протяжении всего процесса и до сих пор сторона защиты настаивала и настаивает: нет никаких достоверных доказательств совершения этого преступления Беком Раушанбеком. Создается впечатление, что суд вынес приговор, основываясь исключительно на обвинительных материалах следствия, противоречивых показаниях свидетелей и на вызывающих сомнение в достоверности заключениях экспертиз, при этом откровенно проигнорировав все аргументы защиты. А их было много!
Раушанбек не был инициатором драки. В этот злополучный вечер он даже не собирался никуда выезжать. Но ему позвонил Дамир Аминов, с которым Бек познакомился не так давно, и уговорил покататься по городу. Приехав на встречу вместе с несовершеннолетним Арыстанбековым, Раушанбек обнаружил, что Аминов пришел не один, а привел еще и Кима и Мардеева, которых Бек видел первый раз в жизни. Во время поездки Ким сидел на переднем сидении. Он похвалялся тем, что имеет вспыльчивый характер и даже может кого-нибудь покалечить. В подкрепление своих слов он достал нож «бабочку» и протянул ее Беку, выражаясь в том смысле, что этим ножом он может кого-нибудь покалечить, так как не отвечает за себя. Бек с любопытством покрутил нож в руках, но затем вернул его Киму.
Похожий "нож-бабочка" был у А. Кима
Возле того самого кафе они увидели девушек и решили с ними позаигрывать. Их спутников-парней не заметили, так как те шли чуть поодаль. Заметив, что с их подругами кто-то разговаривает, эти ребята подбежали и, ругаясь матом, набросились на соперников. Завязалась словесная перепалка, которая быстро переросла в драку.
Далее процитируем приговор суда: «… Тогда Раушанбек, вооружившись ножом “бабочка”, вышел из машины и схватил потерпевшего А. Сарсембина за ворот левой рукой, а правой воткнул ему в шею нож. Увидев это, друзья потерпевшего стали разнимать их. Однако Раушанбек стал ножом преследовать других и нанес несколько ножевых ранений Сейтжанову».
Удивительно, что расписывая, якобы, преступные действия Раушанбека, суд так подробно остановился на том, какими именно руками орудовал Бек. Ведь и в ходе следствия, и в ходе процесса был напрочь проигнорирован тот факт, что Раушанбек с рождения является… левшой! Все попытки матери и педагогов Бека «переучить» его владеть правой, а не левой рукой не увенчались успехом.
Из данных стационарных медицинских карт потерпевших следует, что Сейтжанову было нанесено «ранение левой поясничной области снизу вверх и справа налево и 4 колото-резаных ранения на спине», а Сарсембину -«колото-резаное ранение внутренней сонной артерии слева». Это значит, что тот, кто наносил удары ножом, орудовал правой рукой. Если бы ранения причинил Раушанбек, он бы, как и положено левше, держал нож в своей рабочей левой руке.
Это важное обстоятельство могла бы подтвердить судебно-медицинская экспертиза, о которой ходатайствовала сторона защиты. Но суд проигнорировал этот запрос.
Как не был удостоен внимания и другой факт – Раушанбек с раннего детства увлекался восточными единоборствами и даже был победителем соревнований различного уровня. Зачем человеку, который голыми руками способен отправить соперника в нокаут, использовать в драке оружие?
А использовать нож мог его непосредственный владелец – Андрей Ким. Он – правша. Когда подозреваемых, после инцидента, задержали и доставили в ГУВД, они между собой начали выяснять, кто же применил нож. И Ким сознался, что это сделал он. Об этом говорится как в показаниях Раушанбека, так и в показаниях участника драки Арыстанбекова. Но суд эти свидетельства проигнорировал.
Когда Ким сидел в СИЗО, он признался своему сокамернику по имени Шамиль, что это именно он, а не Раушанбек, применил нож во время драки. Но суд и этот факт не удостоил вниманием.
Сами потерпевшие Сарсембин и Сейтжанов не смогли точно сказать, кто именно наносил им ножевые ранения. Но при этом утверждали, что в руках у Раушанбека ножа они не видели. Кстати, оба потерпевших на суде заявили, что не имеют претензий к Раушанбеку и просили не наказывать его. Суд остался глух к их просьбе.
Удивительные метаморфозы
Девушки, из-за которых и вспыхнула драка, утверждали, что удары ножом наносил парень в белой футболке и темной куртке. Нож он держал в правой руке. Подруги указали на Раушанбека. Но дело в том, что Раушанбек в этот вечер был одет так же, как и Ким. У обоих примерно одинаковые рост, цвет волос и телосложение. На дворе ночь, уличное освещение, девушки находятся в состоянии алкогольного опьянения, да еще и переживают шок от происходящего. Одинаково одетых Раушанбека и Кима они видят впервые. Тут не мудрено запутаться! Однако суд эти нюансы не счел достойными внимания.
Вообще с этими девушками, как при досудебном расследовании, так и в ходе судебного процесса и во время рассмотрения апелляции, происходили удивительные метаморфозы.
Так, одна из них при первом допросе заявила, что не видела, кто именно нанес удар ножом Сарсембину. Но буквально пару часов спустя, она, вдруг, указала на Раушанбека. Однако эти противоречия в ее показаниях не смутили следствие и суд.
Другая девушка перед рассмотрением дела в апелляционной инстанции во всеуслышание заявила, что будет давать показания о невиновности Раушанбека. Но ее допрос отложили на следующий день. Она не явилась. Позже выяснилось, что ее вызвали к следователю в ДВД области и провели «беседу», после чего девушка от дачи оправдывающих Раушанбека свидетельств отстранилась.
Вообще, показания всех девушек были полны противоречий и иногда не совпадали даже с данными экспертиз. Однако это не помешало следственным органам положить их свидетельства в основу обвинения, а суду обосновать приговор.
Это еще не все «странности», сопровождавшие судебный процесс над Раушанбеком. Так суд почему-то проигнорировал документальные свидетельства о невиновности Раушанбека.
Буквально через несколько минут после начала драки, туда на место прибыл патрульный экипаж. Полицейские схватили Раушанбека и посадили его в «уазик». Никаких колюще-режущих предметов при этом у Бека не обнаружилось.
А драка между тем продолжалась! И это хорошо видно на записи с камеры наблюдения центрального оперативного управления ГУВД. Раушанбек уже в патрульной машине, а, якобы, тяжело раненый им Сейтжанов с голым торсом продолжает бегать между дерущимися и наносить им удары. Никаких ран и крови на его теле не видно. Зато хорошо видно Андрея Кима, который продолжал активно наносить удары соперникам. Он сам подтвердил это при просмотре видеозаписи во время заседания. Но суд «не заметил» всех парадоксов, связанных с видеозаписью.
Немало вопросов возникло у стороны защиты и в отношении судебно-биологических эспертиз, которых было проведено аж целых две: одна в Кызылорде, другая – в Шымкенте. Обвинение и суд в подтверждение виновности Раушанбека сослались на обнаружение экспертами на поверхности ножа потожировых наслоений, принадлежащих Раушанбеку. Но Бек и не скрывал, что держал этот нож, находясь в машине еще до драки. Помимо следов Бека на рукоятке нашли генетический материал, который мог принадлежать и другим участникам драки. Это подтвердилось во время рассмотрения апелляции. Эксперт из Шымкента рассказала, что на ноже были обнаружены бионаслоения еще 5 или 6 лиц. Но так как следственные органы предоставили на экспертизу только образцы биоматериала Раушанбека и Аминова, только их и смогли распознать эксперты. Почему следователи не дали биоматериал Андрея Кима? Не потому ли, что ими двигало не желание установить истину, а намерение осудить конкретно Раушанбека и выгородить Кима?
Уровень квалификации экспертов также вызвал сомнения у защиты. Так, в выводах первой экспертизы было указано, что у фигуранта дела Мардеева третья группа крови. Но на самом деле она у него четвертая! Что это за экспертиза, которая не может даже группу крови правильно установить?
На этом «чудеса» экспертиз не заканчиваются. При проведении исследования на вещах Раушанбека вдруг обнаружилась кровь. Но никого не смутил тот факт, что при задержании никакой крови на вещах Раушанбека не было. Об этом свидетельствует протокол осмотра после задержания участников драки. У всех были изъяты вещи, и только, как следует из протокола, на одежде у Андрея Кима имелась кровь.
Это обстоятельство указывает на то, что следственные органы не только стремились «подогнать» доказательную базу под обвинение Раушанбека с выгораживанием Кима, но и, вероятно, откровенно фальсифицировали вещественные доказательства.
Таким образом, в деле Бека Раушанбека хватает противоречий и сомнений. Согласно уголовно-процессуальному законодательству РК все сомнения должны трактоваться в пользу обвиняемого. На деле же суд счел эти неполноценные доказательства достаточными для осуждения молодого человека.
Круговая порука и заговор
Но по какой причине следственные органы и суд так стремились осудить Раушанбека, напрочь игнорируя все доказательства его невиновности? Вполне вероятно, здесь имела место «круговая порука», стремление вывести из-под ответственности «своих» людей. Основания для таких подозрений есть:
Один из фигурантов – родственник следователя по этому делу (!) Марата Алиева, второй фигурант – родной племянник тогда еще начальника управления собственной безопасности Кызылординской областной прокуратуры, а затем прокурора Байконыра Азамата Ахметова. Кстати, это именно тот самый прокурор, который в прошлом году попал на скандальную видеозапись в сауне – с застольем и девицами легкого поведения. А судья, занимавшийся этим делом, Думан Алиев – близкий друг и бывший коллега по работе в прокуратуре Азамата Ахметова.
В близких родственных отношениях с одним из фигурантов дела состоит еще один высокопоставленный сотрудник МВД, полковник Кызылординского областного ДВД Бахыт Жаркынбаев.
О каком объективном и непредвзятом рассмотрении дела можно говорить при таких связях?
Кстати, фигурант дела Андрей Ким, который при действительно объективном расследовании должен был сейчас быть на месте Раушанбека, вновь совершил преступление (кража) и в данное время находится под подпиской о невыезде. Двое других фигурантов и приятелей Кима – Аминов и Мардеев – также подозреваются в совершении кражи.
А возможно, причина целенаправленной травли Раушанбека кроется еще глубже. Дело в том, что отец Бека – Раушанбек Мамбетов владел бюро ритуальных услуг и относился к числу успешных предпринимателей Кызылорды. Своего сына он посвящать в тонкости похоронного бизнеса не хотел. Поэтому после окончания школы Бек сразу уехал учиться в Чехию. Но случилась трагедия – в течении одного года скончались оба его родителя. Бек вынужден был вернуться в Кызылорду, в том числе, чтобы вступить в права наследования. И тут выяснилось, что у него, оказывается, есть ранее неизвестные родственники, которые подходили с соболезнованиями, а попутно проявляли интерес к доставшемуся Беку ритуальному предприятию. Один из этих новоявленных родственников и познакомил Раушанбека с Дамиром Аминовым, со звонка которого и начался тот злополучный вечер в жизни Бека.
Что это может значить? Вполне вероятно, вся эта история с осуждением Бека Раушанбека была затеяна искусственно. И выманили парня из дома тогда, специально, чтобы подставить, упрятать на долгий срок за решетку, а затем прибрать к рукам доставшийся ему по наследству доходный бизнес. Косвенно на эту версию указывают следующие обстоятельства. Вскоре после того, как суд вынес Раушанбеку обвинительный приговор, на популярном интернет-ресурсе по продаже недвижимости появилось объявление с выставленным на продажу участком, на котором располагалось то самое предприятие ритуальных услуг, принадлежавшее Раушанбеку Мамбетову. Родственники Бека обратили на это внимание, и вскоре объявление исчезло, а указанный в нем телефон оказался выключенным. Второй момент: как выяснилось, на протяжении всех этих лет кое-кто из «участливых» родственников Бека, оказывается, склонял его к признанию вины, дескать, это поможет скостить срок. В то время как остальные родственники продолжают настаивать на невиновности Раушанбека и верят, что справедливость, в конце концов, восторжествует.
Последний шанс на справедливость
Надежды на апелляционную комиссию не оправдались – приговор суда первой инстанции был оставлен без изменений. После этого Бек Раушанбек, находясь в следственном изоляторе, попытался совершить суицид и вскрыл себе вены, потеряв веру в справедливость и объективность казахстанской фемиды.
За Бека Раушанбека вступались видные деятели науки и культуры Казахстана, такие как народный писатель РК А. Нурпеисов, народный артист СССР А. Ашимов, академики Т. Шарманов и К. Ормантаев, общественные деятели К. Аухадиев и М. Ауэзов. Ознакомившись со всеми обстоятельствами дела, они поняли, о каком вопиющем факте несправедливости, грязным пятном оседающем на репутации государства, идет речь. Они составили коллективное письмо-обращение в адрес Президента РК с просьбой оказать содействие в оправдании невинно осужденного молодого человека.
Теперь вся надежда на кассационную коллегию Верховного Суда РК. Председатель Верховного Суда и Генеральный прокурор РК Жакип Асанов, высказываясь о необходимости модернизации правоохранительной системы Казахстана, говорил о принципе «Лучше освободить 10 виновных, чем осудить одного невиновного».
Что же, при объективном, непредвзятом пересмотре дела Бека Раушанбека, у казахстанской фемиды есть возможность подтвердить приверженность этому принципу и доказать, что установление истины и торжество справедливости в нашей стране – не пустые слова!