Кыпчакское кладбище в Венгрии

"Аруах, укажи мне дорогу на Балатон!" О.Сулейменов.

24 августа из Будапешта я написал на своей страничке в ФБ: «Был на месте битвы кипчакского кирайа Ласло Четвертого с уазиром Ай-Темиром, своим собратом. Наместник Бога -Человека из апельсинового Вечного Града устроил сечу сию, ибо правил Ласло страной готической, где все должны были поклоняться Богочеловеку, но верили кипчаки лишь Богу Небесному - Тенри. Во время шайкаса хлынула с неба вода стеной. И битва... не это, так другая, не другая, так третья... конца этому нет... не закончилась и по сей день. Зачем брат на брата поднимает меч? Непостижимо...».

«Кирайя» - так на мадьярском звучит общеевропейский «король», а Ласло – это тот самый «Кыпчак Ласло» или Ладислас Четвертый в венгерском королевском реестре (см. мой пост «Кыпчакский король Венгрии»), внук знаменитого Белы Четвертого, принявшего в своей неофитской христианской стране более двухсот тысяч наших предков кыпчаков,  тенгрианцев-митраистов по вере и сути.

Из поэмы Магомед Батрутдинова  «Куманы и мадьяры»: «Бела: Какому Богу служите вы?  - Котэн: По милости Небесного Тенгри Живем во имя чести и свободы». Поэтично, но точно. Такой диалог вполне мог состояться между королем-апостолом и ханом Котэном.

Памятник королю Бела IV и хану Котэну, сыну Суттея, при въезде в Карцаг.

Завоевавшие легко, с налету, Центральную Европу, кочевники-мадьяры, в скором времени вовлеченные  в систему христианских взаимоотношений кралей и королев, выбрали таки не православие, как болгары хана Аспаруха,  а католицизм, и оказались с тех пор «самыми западными» в плане культуры и мировоззрения среди месива народов центральной и восточной части Европы, края недовозделанного "истинного" Christianismo. От радости Папа Всеобщий даровал мадьярским королям из тюркской династий Арпад титул Апостола с правом самим назначать епископов своих. Таких привилегий не было тогда ни у одного из христианско-католических королей Запада. С тех пор все мадьярские кирайя из рода Алмаша-Арпада на каменных изваяниях своих держат в священных десницах равноапостольские кресты.

Сент Иштван, в миру тюркский воин Уайк, сын Гезы

Почему мадьяры, нынешние и те, annorum, зовут кыпчаков «кунами»? Их самих-то в те запредельные времена звали «турками» византийцы, германцы и арабы «стоглазые». Принято считать, что это усеченный от «куманы», европейского названия кыпчаков, но я вычитал у всезнающего Шараф ал-Заман Тахир Марвази, в его «Табаи ал-хайуан» - «Природа животных» (все-таки, мы  - это они?), где есть дополнение по этнографии и истории, в главе о тюрках: «Среди тюрков есть группа людей, которые называются кун... Они – христиане несторианского толка… Из их числа Икинджи ибн Кочкар Хорезмшах. Их преследовал народ кай…» И т.д., тюрки преследовали тюрков, и дошли куны до западного края  turk alemi.

Чего же пошел-то Ласло, прозванный «Куном»,  против братьев своих, с кем у него в тамырах-венах одна кровь?  И командовал же супротивной армией дядя его (по одной версии) Ай-Темир (в источниках: Oldomir - Aldemir - Aitemir). Почему же пошел против своего nagashi и юрта своего (nagashiuirt) этот юноша в одежде казахских патша? Папа заставил его, по сути, своими «Cum hora undecima». С тех пор стрелка времени у кыпчаков всегда на XI…

Ласло IV. Художник Геза Самоджи.

Послушаем «пенсильванского ястреба» (но не турула – togrula), последовательно бросающего вызов «венгерскому туранизму», профессора Саундерса, автора книги с примечательным названием "THE DEVIL'S HORSEMEN» - "Дьявол (всех) всадников" («Дьявольские Всадники»): «Ласло или Ладислас IV, который поднялся на трон Cвятого Стефана в 1272 г., в возрасте десяти лет, был сыном принцессы языческих куман. Мальчик показал сильную склонность к родне его матери, окружил себя любовницами куманками, приветствовал предложенную ему Ногаем поддержку, бросил вызов духовенству и магнатам, арестовал папского легата, и фактически отрекся от христианской веры ради азиатского шаманизма. Римский Папа Николай IV осудил его измену и проповедовал крестовый поход против него в I288 г. Христианские или феодальные армии охотились на их отступнического суверена по всему его королевству, пока в 1290 г Ладислас не был убит разочаровавшимся куманом в возрасте двадцати восьми лет. После двадцати лет анархии, древняя династия Арпадов была уничтожена в 1310 г. и под новой династией Ангевинов (чужеземная для мадьяр династия всем известных французских Анжу) Венгрия направилась назад  (все же - «назад»?) к христианству и к цивилизации» (J.Saunders "The History of the Mongol Conquests" PENN, University of Pensylvania Press, Philadelphia. Paperback edition, 2001). Или вот из того же пресловутого "Всадников Дьявола": «... под влиянием своей матери, отверг все западные порядки своих придворных и стал известен как "Ладислас Куман". После того, как он повзрослел, его сопротивление его баронам, и епископам стало более сильным, и когда они провели закон, требующий от него привести его куман к Христианству, он арестовал папского легата, заключил в тюрьму свою христианскую жену, Изабеллу Анжуйскую, женился на двух куманских принцессах (как же, язычник!; между тем у него одна любимая навсегда - кыпчачка Едуа) из двора Ногая и переселился в куманский лагерь. Бароны подняли армию, Архиепископ Грана проповедовал крестовый поход...» Саундерс немного горячится, оттого перевирает. Никаких «христианские или феодальные армии охотились на отступнического суверена по всему его королевству», конечно же, не было, Ласло был хозяином в своей стране (это тот самый Ласло, который в столь юном возрасте сокрушил (опять же с помощью своих nagashi) несокрушимого Оттокара – «Короля-Императора Отто»). И как хозяин решил снова привести своих братьев силой к «вере Святого Иштвана». Иначе не быть было ему дальше в своей готической стране кралем – кирайем – королем с благословения Всеобщего.

Венгрия и вправду страна готическая, с памятниками, с храмами и замками. Последних много понастроили магнаты по Всей Великой Мадьярской Равнине, Татрах и Матрах, в страхе перед kingdom(ами) Ногая и Мамая.

Замок Корвин (Хуньяди), Трансильвания. Сейчас здесь проводятся рыцарские турниры для туристов.

Человека, который привел  меня к месту жестокой сечи братьев с братьями (и в армии Ласло было ой как много кыпчаков) в местечке Ходьмезовашархей недалеко от города Сегед, звали Андраш Мандоки. Мандоки – от названия жайляу Mandyk (manai, ainala). «Мы – потомки кыпчаков племени TOksOba (именно так, с двумя ударениями в одном слове) рода  Jalair. Мы были atkamineri НодьКуна», - сказал он, и глаза его заблестели. Андраш – родной племянник великого Коныра Мандоки. В детстве приводил его сюда не раз знаменитый дядя, показывал и рассказывал много. Теперь он рассказывал это мне. «Sol jak – это кирайя, on jak – kunok», - сказал он. Мы стояли на хорьгане (қорған) и Андраш поводил  руками в сторону небольшого селения  Kuntelep («қыпшақ жері», перевели мне), увлекаясь беседой, лицо его раскраснелось. Мне показалось, что он снова здесь со своим дядей Коныром. Іштуан Қоңыр қозым-ай, бәйгеден озған бозым-ай...

С Андрашем Мандоки

В разгар битвы пошел стеной ливень, и кыпчаки из легкой конницы Ай Темира одетые в кожу и войлок, враз намокли, и руки, держащие мечи и луки, стали неподъемными. И стрелы далеко не улетали. Вот было где разгуляться тяжеловооруженным кipchak warriors кирайя Ласло...

Всадник легкой кыпчакской кавалерии

Кipchak warrior, рыцарь - erseri

Ласло, по прозвищу "Cun", после битвы той прожил недолго, и был подло убит в шатре своем... Смерть его покрыта мраком неведения до сих пор. Саундерс пишет о подосланном римским легатом кыпчакском убийце, кто-то пишет о кубке с ядом, но отовсюду маячит зловещая тень архиепископа Граны, папского посланника.

"Надежда всех кыпчаков" Кун Ласло, убитый, в своем шатре.

Запад долго не мог "переварить" кыпчакский мятежный дух свободы совести, и лишь к пятнадцатому веку начали начали куны принимать «реформатство», наиболее возможное «еретическое» направление в christianae fidei – христианской вере. Поэтому так сильно отличаются погосты Карцага от других погостов Венгрии. Учение Жана Кальвина пришлось по душе навсегда оставшимся тенгрианцами в душе недавним кочевникам. Инквизиция, францисканцы, доминиканцы – это не про них и не для них... По преподобному Кальвину установления прежних  «вселенских» церковных соборов «погрешимы», значит недействительны. Понятие прихода условна, церковная обрядность противоестественна, поэтому у кальвинистов во время службы не играет «божественная» музыка, не возжигаются свечи. Все это облегчало не принявшим душой католицизм  номадам принять формальную сторону христианства. У кальвинистов, как в тенгрианстве и исламе, отсутствует институт монашества, потому что, по их мнению, Бог создал мужчин и женщин для создания семьи и рождения детей, ибо сказано: «утешайся женой юности твоей, груди ее да упоявают тебя во всякое время, любовью ее услаждайся постоянно» (Прит. 5:18—19). Кальвинисты отрицают  помощь «божьих людей» - духовенства - в спасении души. Это может только Он. Он один. Ибо Он правит миром, все в мире все происходит по воле Его. И никто не разделяет с Ним власти. Это Идея Свободного Человека. Как в тенгрианстве и в исламе. И так же, как в тенгрианстве и в исламе, все предопределено.  У кальвинистов сильна доктрина предопределения, то, что мы называем  tagdyr или «жазмыштан озмыш жоқ»: исходящая от Божьей воли предустановленность жизни человека (и мира), его спасение или осуждение. А также силен у них  культ труда. Кыпчаки на всем протяжении своей истории в католической христианской стране так и не надели на себя ярмо крепостничества, потому что невозможно было их представить рабами. Но чтобы выжить, им нужно было много и производительно работать. И тут доктрина Жана Кальвина подстегнула их, «басына тымақ киіп алып, ұйықтай бермей» надо было работать, ибо по делам твоим определяется, истинна твоя вера или нет. Есть дела, значит есть вера. Понять это можно одним простым уравнением, выведенным одним из идеологов реформатства: вера = спасение + дела, а не вера + дела = спасение. В православии, да и католичестве, утверждается как раз обратное: «работа (почему-то особенно собственное дело) — греховная суета, служение Мамоне». В кальвинизме совершенно другие представления о труде в свое благо.

Трудолюбие кыпчаков помогло им даже выкупить свои земли обратно. Когда после ухода турок Венгрия оказалась под властью австрийцев,  император Леопольд Первый продал Куншаг - Кыпчакию Тевтонскому Ордену. Но даже при немцах куны сохранили свои привилегии, затем ценой упорного труда выкупили у них дарованную им мадьярскими королями и Богом земли за 155 000 форинтов, а Карцаг – Город Степной Лисы – тевтонцы оценили  отдельно в 17 800 форинтов. До сих пор общественный статус кыпчакских семей в Карцаге определяется вкладом их предков за выкуп родных степей. Кальвинисты прославляют Бога через свой труд. «Ни один день нашей жизни не должен быть потрачен бессмысленно. Даже в отдыхе следует соблюдать благоразумие». Может этим и объясняется поразившие меня, привыкшего к ночному шуму, та тишина и тот покой в Карцаге, города немаленького, что удивленно отразилось в моей записи от 18. 08. на ФБ: «Сейчас в стольном граде Карцаге, городе Степной Лисы, тихо, в 22.00 все закрыто... только мамочки ездют по тихим улочках на великах... Но здесь частичка нашей истории, здесь живут наши братья по крови. Присутствует во мне чувство причастности к ним, сопричастности с ними, иже с ними...».

В одно их следующих утр мы поехали на кыпчакский погост, где покоятся бренные тела и витают бессмертные души братьев наших – кунов Средиземья... Вы видели христианское кладбище без крестов? Вот оно:

Справа и слева на заднем фоне видны фейвы - деревянные столбы, напоминающие казахские кулпытасы. Их тут много - древних, почерневших от времени и покосившихся, и совсем недавних. На переднем плане на надгробном камне выбито имя женщины, с датой рождения, но без указания времени упокоения. Ожидающая  хозяйку надгробная плита, немного жутковато... Был в нашем ауле странный старик, я слушал его беседы с моим отцом, они были  мудры, но многие считали его қияли, не от мира сего. Так оно и было, он выбрал себе заранее место последнего пристанища и построил на нем мазар. Думаю, у него не было родных, детей, иначе кто бы ему позволил... А тут таких, фатально ждущих плит, много:

Ковач Ласло и Шоке Роза. Они еще живы, но готовы уйти... Жазмыштан озмыш жоқ.

Очень много на плитах тюркских имен: Қабай, Жабай, Төкеш, Ердөш, Бұзоқ, Кіш:

На многих изображена лошадь, спутник номада в Ином мире,

но почти на всех - чаша, Чаша Грааля. Ведь чаша сия неупиваемая есть, внутренне-ментальное, сердце человека, где Отец Небесный возжигает огонь свой:

И на многих выбито Дерево Плачущее - Ива, называемая казахами Мәжнун Тал - Majnun Tal:

Другое плачуще-стелющееся растение - арча, тут она везде; с торчащими из ее кущ фейвами-кулпытасами:

Увидев, уже на выходе,  недавнюю фейву-кулпытас и деревянную ограду, с нашим орнаментом и кереге, мне стало уж вовсе грустно.

Присев на корточки,  kunirente протянув: Агу-зу биллахи минаш-шайтанир-раджим Бисмиллахир рахманиир рахим... попросил для них и для нас всех - милости Аллаха  Всевышнего, и добавил словами древними, кыпчакскими: Bizin atamiz kim-sin kokte / sentlensin senin adin... / (Отче наш на небесах - Да святится имя Твое ...)... qutqar bizni ol jamannan/ sen barsin bu kuchli bu cin iygi tenri amen...