kk
Экономика 
Экономика 
Экономика 
1 100 постов328 подписчиков
Посты о мировом состоянии экономики и крупнейших компаниях мира влияющих на нее.
1

Куда девалось «бумажное» молоко?

А если без уклонов?

С планами развития молочной отрасли в Павлодарской области вроде всё в порядке, хотя молочные заводы региона и не работают до сих пор на полную мощность, но зато идёт строительство современных молочных ферм, все больше в стаде процент высокоудойного, породистого скота. Темпы набраны неплохие. Если не учитывать пока ещё не очень высокие показатели надоев, то в Павлодарской области уже немало сделано для развития молочной отрасли, естественно, при использовании крестьянами инструментов государственной поддержки, отмечает собкор «КазахЗерно.kz»(А если без уклонов?).

Однако руководство области работает над тем, чтобы достичь качественного рывка. Тем более что у нас с постоянным расширением площадей орошаемого земледелия открываются хорошие перспективы в деле выращивания белковых и сочных кормов. В области увеличивается поголовье коров, в том числе высокоудойных, есть 26 крупных и средних молочных ферм, больше всего в районе Теренколь, где есть восемь таких ферм. Работают современные молочные комплексы, например, ТОО «Уштерек» сельской зоны Аксу, где есть ферма на 600 коров, в ТОО «Галицкое» -на 1120 голов, две средние фермы в павлодарском районе, называемые комплексами. В прошлом году модернизировали четыре МТФ и эта работа продолжилась в нынешнем году. Кстати, нынче вводятся в строй ещё пять современных молочных ферм – от 200 до тысячи коров. В «Уштереке» — на 500 голов, в ТОО «Astyk-PV» — на 600 голов, в знаменитом ТОО «Кирова» Павлодарского района добавляют ферму на 500 голов, а в ТОО «Галицкое» — на тысячу голов. То есть, процесс идёт.

А в Министерстве сельского хозяйства опять озаботились развитием семейных ферм от 50 коров и больше, считая, что именно они могут стать локомотивом увеличения производства молока в стране. Недавно там даже заявили, что инвестиции, кредиты и госсубсидии должны идти в производство и насыщение внутреннего рынка, а не на неведомые нужды хозяев фермерского бизнеса. Так заявил министр сельского хозяйства Казахстана Сапархан Омаров, который начал еженедельные встречи с представителями отраслевых ассоциаций и перерабатывающих предприятий. Раньше подобной активности не замечалось.

Кто способен извлекать корысть из общественных дел, способен и на окрадывание могил.

А что в этом нового? Ещё Умурзак Шукеев, прежний министр МСХ РК, заявлял, что основу национальной стратегии будут составлять семейные фермы: в скотоводстве на 50-100 коров, а не крупные производства. Для стимулирования товаропроизводителей на повышение качественного состава поголовья пошло субсидирование приобретения племенного крупного рогатого скота молочного направления из-за рубежа. Для развития молочного скотоводства реализуется кредитная программа, предусматривающая создание семейных молочно-товарных ферм.

Но в министерстве неожиданно прозрели, что у нас есть сельхозпродукция, которой остро не хватает, в смысле собственного производства. Хотя ведь нам уже давно приходится импортировать тысячи тонн недостающих продуктов питания. В этом списке и молоко, вместе со всей «молочной линейкой». Более того, молоко оказалось одним из самых дефицитных товаров с точки зрения наполнения местного рынка отечественными производителями. По некоторым расчётам, потребность казахстанского молочного рынка говорит о необходимости нарастить производств молока в пределах миллиона тонн! Как же так, ведь мы столько говорили о молочных реках в стране? А между тем, продолжаем завозить большие партии обработанного жидкого молока и сливок, кисломолочных продуктов и сухого молока, чуть меньше – сыра и творога, сгущённого молока, сливочного масла и мороженного. Притом, что загруженность наших молокозаводов не превышает 60 %. К слову, в Павлодарской области этот процент выше, в сезон наши предприятия загружены процентов на 90.

Сегодня власть, наконец, дала ясный сигнал – надо развивать не только мясное, но и молочное скотоводство, для этого в области есть хорошие перспективы. Ведь даже при незагруженности молочных предприятий, они в области продолжаются модернизироваться, ставят новое оборудование. Например, АО «Сут»проводит плановую модернизацию производства, закупает новое оборудование, инвестируя в это 280 с половиной миллионов тенге. ТОО «Молком-Павлодар» проводит плановую модернизацию, закупает оборудование и технику на 37,7 миллиона тенге. ТОО «Павлодармолоко» реализует проект «Плановая реконструкция и модернизация отделения приёмки молока, заквасочного и компрессорного цехов с заменой компрессоров». Общая стоимость проекта 85,2 миллиона тенге. ТОО «BestMilk» планирует запуск нового творожного цеха, проводится модернизация аппаратного цеха. Сейчас закупается новое оборудование: гомогенизатор и пастеризационная установка с пультом. Сумма инвестиций — 27,5 миллиона тенге. Значит. переработчики хотят быть готовыми к увеличению закупок сырья у местных фермеров.

Более того, переработчики сегодня готовы платить за качество сырья. При этом, как не раз повторил мне директор ТОО «Победа» Александр Поляков, если вести дело правильно, то молочный бизнес становится довольно прибыльным делом. И об этом говорит не только Поляков, такого же мнения и другие крестьяне, всерьез занявшиеся молочным бизнесом. Павлодарские фермеры считают производство молока высокорентабельным бизнесом, а значит, его надо развивать. Тем более что в области есть немало примеров того, как молочное производство в крупных хозяйствах ставится на промышленную основу. Но только ли в «семейных фермах» дело?

Не исключаю, возможно, и настало время обратить внимание на малые «семейные фермы» в отрасли молочного животноводства, но вот с утверждением о том, что именно они и должны стать основными донорами наших молокоперерабатывающих предприятий готов поспорить. Так уже было совсем недавно, когда мы возвеличивали значимость личных хозяйств, продающих молоко сборщикам со своих подворий. Может, стоит вспомнить, как ещё полтора года назад бывший министр сельского хозяйства РК Умирзак Шукеев призывал перестать верить в миф о том, что основную животноводческую продукцию в Казахстане поставляют ЛПХ, то есть карликовые личные подсобные хозяйства. Ведь сплошь и рядом приходилось слышать: мол, личные подворья кормят всю страну. Слышать даже от работников областных ведомств. А они опирались на статистику, которая, как оказалось, опиралась на некие отчёты и расчёты. Помнится, дошли до того, что кооперация ЛПХ начала ставиться в пику кооперации крупных агрохолдингов с малыми профессиональными фермерскими хозяйствами.

Хотя во всем времена, да и сейчас тоже, личные подворья для сельчан – это, прежде всего, возможность прокормить себя и свою семью, особенно в сёлах, где трудно найти постоянную работу. Это здорово помогло Казахстану в 90-е годы, когда сельчанам, прежде работавшим в крупных хозяйствах и в одночасье лишившимся оплачиваемой работы, приходилось выживать именно за счёт личных подсобных хозяйств. Вот тогда и пошли приписки в полный рост, потому что чиновникам в то время и рапортовать-то было не о чем, кроме как во многом о фейковых результатах работы этих самых ЛПХ.

Теперь оказалось, что рынок и ЛПХ – понятия несовместимые, а помогала из года в год продвигать миф, на мой взгляд, официальная статистика. Углублюсь ещё немного в недалёкую историю. По официальным данным Комитета статистики Миннацэкономики РК за 2017 год, производство молока в стране достигало почти пяти с половиной миллионов тонн. И три четверти этого молока якобы дали личные подсобные хозяйства. Этому сразу нельзя было верить, хотя бы потому, что на переработку в Казахстане тогда шло лишь 1 миллион 400 тысяч тонн молока в год. Ну и где же тогда это самое молоко из ЛПХ? Сами всё выпили или телятам выпоили? Ни один мало-мальски разбирающийся в сельском хозяйстве человек в это не мог поверить, а в министерствах верили…

И вот теперь, как оказалось, в Казахстане ощущается нехватка молока собственного производства. А где же официальная статистика, ещё недавно показывавшая совершенно иную картину – свыше 5 миллионов тонн молока в год? И куда девалось остальное «бумажное» молоко? Да всё очень просто, его не существовало в природе, можно предположить. Что оно было просто приписано. По привычке.

Ясно, что прошлые надежды на ЛПХ не оправдали себя. И не только потому, что личные подворья – это не субъект аграрного бизнеса, у которого нет ни земли, ни кормов, ни ветеринарного контроля, ни возможности формировать товарные партии сельхозпродукции. Но и с точки зрения современного развития отрасли, да и общества в целом. Теперь ищут панацею в «семейных» фермах, как правило, мелких. Почему? Говорят, что так субсидии можно распределять более равномерно, не делая крен строго в одну отрасль – например, мясного животноводства. То есть, вознамерились теперь не забывать и о молочном направлении. Тем более что внутренний рынок нуждается в недорогом и качественном молоке.

К тому же, полагают в минсельхозе, помогая малым «семейным фермам», государство меньше рискует напороться на нецелевое расходование субсидий, потому что как раз малые организованные хозяйства – те же семейные молочные фермы, вряд ли будут отделять свой бизнес от самих себя, как это часто делают более крупные игроки – набирая кредиты в банках параллельно с государственными субсидиями, имея перед собой лакомые рынки сбыта, но все равно вечно нуждающиеся в помощи и поддержке. Интересно, а наших нуворишей, так называемое мясное лобби, минсельхоз, утверждая вышесказанное, тоже имел в виду?

Во всяком случае, теперь в ведомстве говорят, что процесс «отделения себя от своего бизнеса» достигает у некоторых наших крупных производителей крайних форм, когда живые деньги слабо и неохотно инвестируются в собственное предприятие, иногда выводятся за границу ради подготовки плацдарма для эмиграции собственников.

В министерстве во время встречи с производителями оговорились, что предпочтение к семейным фермам не говорит о том, что те же крупные и средние молочно-товарные фермы не должны пользоваться государственной поддержкой, тем более что, что часть из них имеют в структуре своего бизнеса и молокоперерабатывающие мощности. Просто субсидии могут быть расставлены без обязательной привязки малых семейных ферм к молочно-товарным фермам, потому как зачастую на практике многие из них и так договариваются между собой, исходя из географической территориальной близости: по таким вопросам как поставка кормов и семени для искусственного осеменения, ветеринарных препаратов и «ремонтного молодняка», вместо выбывших коров.

Честно говоря, очередной «приоритет» минсельхоза всё-таки не может не вызывать вопросов. Во-первых, фетишизация семейных ферм не приведёт ли к ситуации с восхвалением личных подсобных хозяйств, вылившейся потом в банальные приписки? Во-вторых, а кто подсчитывал и сравнивал эффективность крупных молочных комплексов, которые формируют мировой рынок, и семейных малых ферм по 50 голов в каждой? В-третьих, не скажется ли увлечение «малыми формами» на качестве молока? Ну и в-четвёртых, кто-нибудь спросил переработчиков, с кем им лучше работать – с сотнями мелких ферм или с крупными, проверенными и надёжными поставщиками?

В Павлодарской области, слава Богу, имеют собственное представление о том, куда идти, руководство области активно поддерживает открытие именно средних и крупных МТФ современного типа. Хотя семейные фермы тоже могут работать, кто ж им запретит? Поэтому радует, что в развитие животноводства на павлодарщине за последние три года вложено 12,1 миллиарда тенге причём, если в 2018 году 3,4 миллиарда, то нынче – 4,8 миллиарда тенге. Племенное поголовье скота в прошлом году увеличилось на 10,7 тысячи, то есть почти на четверть по сравнению с позапрошлым годом. Прирост производства молока за три года – пять процентов. И это, надо полагать, только начало. Кстати, за девять месяцев поголовье крупного рогатого скота опять приросло – на 3,6 процента.

Однако, средний надой молока по области остаётся низким, и это ещё без серьёзного учёта всё в тех же личных хозяйствах. То есть, надаиваем пока по 2600 литров молока в год в среднем от коровы, а значит, с советского времени ушли не очень далеко, хотя и закупаем импортный скот.

Почему? Всё дело в технологии, которая должна учитывать все факторы: условия содержания, породность и, конечно же, кормовую базу молочного животноводства. Как говорил мне руководитель одного из самых продвинутых хозяйств нашей области Александр Касицын, мало импортировать технику или породистый скот. Для достижения успеха надо в полной мере покупать и импортировать технологии. Ведь в развитых странах удой от шести до десяти тысяч литров – это уже реальность.

Импортируя западные технологии и скот, все равно столкнёмся с проблемой обеспечения технологически выверенных рационов для скота. Надо, чтобы всем стало понятно: решающим направлением развития молочного скотоводства и повышения его конкурентоспособности станет теперь создание кормовой базы. Один из путей решения проблемы – использование возможностей поливного земледелия. Необходимо резко увеличить на орошаемых участках плантации кормовых культур, это, кстати, поможет разработать сберегающие землю севообороты. Есть и еще одна цель: увеличив производство кормов, хозяйства, занимающиеся орошением, задумаются над созданием собственных ферм.

Пойти на диверсификацию орошаемого клина области вынуждает создавшаяся ситуация: пока производство картофеля и овощей значительно превышает в процентном отношении долю орошаемых земель под кормовыми культурами. Тем более что, увлекшись монокультурами, наши крестьяне производят столько картофеля и моркови, что стали испытывать серьезные проблемы с их реализацией. Вот и напрашивается вывод: необходимость диверсификации орошаемых земель назрела объективно. Для повышения продуктивности животноводства нужно увеличить производство полноценных, сбалансированных по белку, витаминам и минеральному составу растительных кормов – за счет расширения орошаемых земель, на которых выращивали бы кукурузу, однолетние и многолетние, бобовые культуры, люцерну. Рекомендуются при этом на орошаемых землях кормовые севообороты, направленные на выращивание силосных культур, однолетних и многолетних трав с технологически выверенными в каждом отдельном хозяйстве схемами чередования культур. В самом деле, мы можем переломить ситуацию с кормами, ведь те же фермеры, использующие орошение, могли бы продавать такие корма, заключив заранее договоры с молочными хозяйствами. Да и сами могли бы заняться животноводством. Кстати, в Павлодарской области можно найти немало примеров соединения орошения с ведением молочного скотоводства, они говорят об эффективности современных технологий, которые мы берём на Западе. Тем более что именно на орошаемых землях, при применении прогрессивных технологий заготовки и хранения кормов, можно значительно увеличить выход кормов в расчете на любую единицу площади. А это выльется в снижение себестоимости кормов, а значит, и себестоимости молока. Молока, которое всегда востребовано на рынке в любом количестве.

Развитие животноводства сдерживает отсутствие пастбищ

В Туркестанской области фермеры и сельское население активно занимаются откормом скота. Но, как говорят сельчане, они могли бы давать стране гораздо больше мяса, если бы местные власти активнее решали проблемы с пастбищами, а министерство сельского хозяйства помогало субсидиями, передает собкор «КазахЗерно.kz».

Так, в Мактааральском районе, в КХ «Кудайберген» в нынешнем году получен небывалый показатель в производстве мяса — 31,5 тонна. Несколько лет назад хозяин КХ — Тыстыбай Сырайлов вложил 120 млн. тенге и построил откормочную ферму на 400 голов КРС. В этом году возвел хранилище для кормов. Есть у Тыстыбая и собственные поля, где он выращивает для скота люцерну. А вот с пастбищами — проблема.

«В ближайшие годы планирую увеличить стадо до тысячи голов, чтобы наконец-то «дорасти» до субсидий, — рассказывает фермер. — Ведь по нынешним условиям с меньшим поголовьем уже никто не может рассчитывать на поддержку государства. Но накормить такое количество скота, имея лишь десять гектаров земли — проблематично, а закупать корма — затратно. Были бы пастбищные угодья, частично бычки питались бы там, но для нас это недосягаемая роскошь».

При этом, только в Мактааральском районе Туркестанской области действует более 150 откормочных площадок. Всего же по области насчитывается 22 откормплощадки вместимостью тысяча голов, на которых содержится 29980 голов КРС, 11 откормплощадок вместимостью от 400 и более голов с общей численностью КРС -5600 голов, 9153 откорм. Площадки вместимостью от десяти до 400 голов, на которых содержится 118804 головы КРС. В следующем году планируется открытие еще 20 откормочных площадок: в Сарыагашском районе, городах Кентау и Арысь.

«У нас небольшая откормплощадка прямо во дворе дома, — говорит житель села Карабулак Сайрамского района Адугапир Абдуманапов. — Земли, чтобы выращивать корма, нет, а цены на них нынче взлетели до небес. Поэтому и себестоимость мяса растет. А что нам делать: или цену поднимать, чтобы хоть какую-то прибыль иметь, или продавать все и идти становиться на учет как малообеспеченные. Ведь сейчас нас в основном только приусадебное хозяйство и кормит. Глава государства говорит, что местные власти должны находить и изымать неиспользуемые земли рядом с населенными пунктами, чтобы создавать общественные пастбища, но у нас я такой работы не вижу».

Как сообщили в управлении сельского хозяйства Туркестанской области, в прошлом году в область было завезено 1350 голов племенного скота. В этом — 3910.

«К сожалению, значительно снизился закуп фермерами иностранного племенного маточного поголовья, — говорит руководитель отдела животноводства Ерболат Жанибеков. — Субсидии уже не покрывают расходов фермеров на такой закуп. Ведь если еще в прошлом году племенную корову можно было приобрести в пределах до 500 тысяч тенге, то сейчас дешевле чем за 700 тысяч уже ничего стоящего не найти. А план по закупу Министерство сельского хозяйство постоянно увеличивает. Как и кто его будет выполнять при таких условиях — не понятно». Вот и получается, что государственные программы по развитию животноводства как бы есть. Есть и план, который спускается в область и, соответственно — в районы. А помощь и поддержка фермерам, готовым работать в этом направлении, обеспечивать население доступным качественным мясом и увеличивать экспортный потенциал — оставляет желать лучшего.