КАТАСТРОФА или БЛАГО?
На Ютубе вышел видеоролик «Кто убил СССР» от Дмитрия Муратова –главного редактора «Новой газеты». Понятно, что это взгляд из Москвы. Но ведь в многонациональном СССР были ещё 14 союзных республик...
На Ютубе вышел видеоролик «Кто убил СССР» от Дмитрия Муратова –главного редактора «Новой газеты» и нобелевского лауреата. Эпиграфом служит видеоцитата со словами Путина: «Крушение СССР – крупнейшая геополитическая катастрофа века. Для российского народа это стало настоящей драмой».
Далее речь о том, что в 1991 году был подготовлен к подписанию новый Союзный Договор, по которому у республик соблюдался бы суверенитет, гарантирующий национальное своеобразие, развитие, образование, языковую культуру. А обновленный Союз, как единый центр, гарантировал бы законность, охрану границ и оборону. Да, уж, прямо по Черномырдину: "Никогда такого не было и вот – опять". Что тут нового? Это же старые песни о главном для наивных. Хорошо известно, что Конституция СССР 1936 года была самой демократической конституцией в мире. И что? Разве она обеспечила республикам суверенитет, демократию и свободу?
Однако подписание такого замечательного Договора было сорвано августовским путчем, что и стало «убийством СССР», – с трагическими нотками в голосе уверяет Муратов, приводя даты и факты образования ГКЧП и перечисляя фамилии Крючкова, Язова и прочих путчистов. Пусть так, но к чему такой трагизм?
Понятно, что это взгляд из Москвы и изложение точки зрения метрополии. Но ведь в многонациональном СССР были ещё 14 союзных республик, а в РСФСР – 16 автономных. И то, что для метрополии было «геополитической катастрофой», для периферии, по крайней мере, для союзных республик стало благом, дарованным свыше, а «настоящая драма» русского мира прозвучала гимном свободы для других народов. В этом контексте хочется представить взгляд на те же события с другого конца «нерушимого» Союза, например, из Алматы.
После августа 1991-го все руководители союзных республик были рады избавиться от диктата Москвы и уносили столько суверенитета, сколько могли унести. Но вовсе не потому что после ГКЧП у них, как у слепых котят, спала пелена с глаз. Блокировать аэродромы, изолировать президента, запугивать и арестовывать политиков – вся эта стандартная практика КГБ была хорошо известна прожжённым аппаратчикам и давно отработана в Венгрии, Чехословакии, Афганистане (она же впоследствии была применена и в Киеве, но неудачно). Однако на Польшу с «Солидарностью» тогда ни денег, ни дерзости не хватило, и Восточная Европа воспользовалась ослаблением железной хватки последователей железного Феликса. Как же республикам не воспользоваться? Так было во все времена, во всех других империях: слабеет центр – отпадают провинции. Ничего беспрецедентного! Лишь один Назарбаев, которому светило кресло премьер-министра ССР (Союза Суверенных Республик), тянул до последнего. Казахстан объявил о независимости лишь в декабре, после Беловежских соглашений, когда уже весь мир вздохнул с облегчением, когда «всё прогрессивное человечество» кричало «Ура!» и в воздух чепчики бросало.
Прибалты, кавказцы, азербайджанцы, молдаване, немцы, евреи радовались открыто, украинцы – с недоверием, тюрки-азиаты – с подозрением. Конечно, несмотря на внутреннее ликование, многие опасались, что это недоразумение или подстава КГБ. Начнёшь в воздух чепчики бросать – и тут же заметут под фанфары. Но слава богу, оказалось, что приговор окончательный и обжалованию не подлежал.
Далее. Утверждать, что СССР убил августовский путч и его руководители – это также как утверждать, что Февральская революция в царской России произошла из-за убийства Распутина; или что Американская революция случилась из-за «Бостонского чаепития». Подобные примеры мелких поводов-триггеров для крупных исторических событий можно множить и множить. Даже в Советском Союзе их хватало с лихвой. «Декабрьские события» 1986 года в Алма-Ате, «Трагедия 9 апреля» в Тбилиси в 1989-м, «Кровавый январь» в Баку в 1990-м, «Январские события» в Вильнюсе в 1991-м. Простое перечисление этих столкновений в столицах союзных республик с добавлением провозглашения независимости Литвы в марте 1990-го, происходивших до августовского путча, делает очевидной политическую тенденцию: распад зрел до августа 1991-го. Путч лишь ускорил неизбежное. Вот и Аркадий Дубнов – политолог и специалист по Центральной Азии утверждает, что не путч был триггером, а осознание народами своей национальной идентичности.
То же самое было и в Югославии, только с кровью. Основной распад произошёл в 1992-м, но тогда Сербия, как метрополия, смогла удержать Черногорию. Однако в 2006-м микроскопическая Черногория всё равно отделилась. Причем всё это происходило при социализме с «человеческим лицом» в цивилизованной европейской стране с однородной культурой, общим сербохорватским языком и общей религией, за исключением Боснии. Что уж говорить о диком Советском Союзе, раскинувшемся на огромных просторах Евразии, с совершенно разными народами, культурами и языками.
Даже, если бы Союзный Договор был подписан, это стало бы лишь инъекцией морфия умирающему. Больная социалистическая экономика давно сидела на нефтяной игле. Её доконал смертельный инфаркт, причина которого по словам Егора Гайдара: «это, конечно, никакие не Беловежские соглашения и не августовские события». Бывший российский премьер-министр уверяет, что судьба страны была решена в 1985-м, когда Саудовская Аравия прекратила политику сдерживания добычи нефти и начала восстанавливать свою долю на рынке. А это привело к обрушению цен на нефть. Вот тогда солнце империи и покатилось к закату.
В наступивших сумерках, хотя Перестройка и блеснула улыбкой прощальной, прелести «совка» проступили более отчетливо. Хорошо помню нищенские зарплаты, галопирующую инфляцию, пустые полки магазинов, «железный занавес», войну в Афганистане, воровство и пьянство, анекдоты про КПСС, унизительные очереди за туалетной бумагой или колбасой, тотальную ложь везде и во всём. А разоблачительные статьи в журналах, публикации ранее запрещённой литературы, фильм «Покаяние», бурные застолья с проклятиями центру за бойню на «Новой» площади в 1986-м, слова песни Виктора Цоя: «Красное солнце сгорает дотла... Перемен требуют наши сердца. Перемен требуют наши глаза», - будили национальное самосознание. Кроме партноменклатуры, мало кто хотел забывать национальное прошлое и становиться безликим «советским народом». Ну, какой бы Союзный Договор поднял цену на нефть, обеспечил колбасу в магазинах или отменил пьянство и русификацию? Что за иллюзии?
Даже, если бы путч удался, то и это – мертвому припарки. Да, гайки бы закрутили, агония протянулась бы чуть дольше, но рано или поздно резьбу бы сорвало. Страна была уже не та, что в 37-м. Верхи не могли, а низы не хотели, режим бы смели, но с большой кровью.
Но произошло то, что произошло. Поводов было много. А главные причины: осознание народами национальной идентичности, крах социалистической экономики и, как вишенка на торте, падение цен на нефть, - сошлись в точке бифуркации. Не было бы счастья, да несчастье помогло. Какая из постсоветских республик жалеет о своей независимости? Кто, кроме «русского мира», мечтает вернуться в «совок»?
Если Муратов прав, а он, наверняка, прав в перечне фамилий, дат и фактов, то тех, кто «убил СССР» надо не клеймить и осуждать, а наоборот, благодарить за поспешные и непрофессиональные действия: за то, что письменного приказа на штурм Белого дома в Москве не последовало, за то, что страна избежала «кровавого августа 1991», за отключение чемоданчика с «красной кнопкой». Страна лишилась «системы ядерного сдерживания» аж на 73 часа. Ой-ой-ой, какая трагедия! Отключилась «ядерная дубинка», предназначенная для шантажа и запугивания остального мира. Да пропади пропадом этот дьявольский гаджет ещё на 100 лет – «всё прогрессивное человечество» вздохнуло бы с облегчением.
А вскоре режим-хулиган, 70 лет державший в напряжении мировое сообщество, соавтор Второй Мировой, надзиратель над Восточной Европой, спонсор международного коммунистического терроризма, ГУЛАГ для своих сограждан, колос на глиняных ногах окончательно рухнул. На начавшемся виртуальном параде суверенитетов республики шли с плакатами «Viva ГКЧП!», «Viva Беловежские соглашения!». Символом Союза были не «Рабочий и Колхозница», а чекисты и генералы. Чекисту Крючкову и генералу Язову следовало бы поставить памятник в таком же стиле с щитом и мечом (символ КГБ) в руках и с надписью на постаменте: «Ликвидаторам СССР от благодарных потомков».
