История одного гея. Часть 1.
Я только вчера зарегистрировался на этом сайте, хотя уже давно хотел завести блог. Не знал, что в Казахстане есть своя блог-платформа. Дело в том, что уже много лет я живу в Великобритании и почти не слежу за происходящим в казахстанском интернете. Но две недели назад я ненадолго сюда вернулся, и сразу нахлынули воспоминания о том, как мне жилось в этом городе.
В своём блоге я хотел бы написать серию постов о моём взрослении в Алматы. Дело в том, что на моё становление очень сильно повлиял тот факт, что я гей. В обычной жизни я не очень люблю говорить об этом. Думаю, любому человеку хочется, чтобы его воспринимали по другим параметрам – по тому, что он делает, чего добился в жизни, какой он приятный собеседник или хороший друг. Но всё же чувствую потребность написать о своей жизни в Алмате, осветив именно аспект моей нетрадиционной ориентации. Спустя 10 лет, что меня здесь не было, многое изменилось, но, по словам знакомых, до сих присутствует дискриминация. Мне бы хотелось рассказать о своём опыте от первого лица. Вдруг моя история поможет подросткам, которые не уверены в себе, боятся мнения окружающих, вселит в них надежду. Если это вы – знайте, все с вами в порядке.
Мои родители весьма обеспеченные люди, отец занимал важный пост в гос.службе КазССР в советское время. Да и после перестройки удачно адаптировался к рынку. Мама была преподавательницей в университете, преподавала историю. Сначала родился я, потом две моих младших сестры. В детстве мы совсем не ладили с ними, это уже потом подружились и стали чаще видеться, навещать друг друга. В детстве же я терпеть не мог, когда родители говорили, что я должен защищать своих сестрёнок. Мы же не на войне, думал я. К тому же средняя сестра Майра была рослая и сильная. Скорее это я, рыхловатый, застенчивый ребёнок с избыточным весом, нуждался в её защите.
В пятом классе я влюбился. Причем даже не в новенького, а в парня из параллельного класса. Мы вместе занимались лыжами. Школьный физрук вёл секцию лыж по выходным, и мы оба в неё записались. Я – неохотно, но мои родители настояли. Тогда они были ещё увлечены стереотипами о мужественности и хотели сделать из меня настоящего спортивного советского парня. Миша, парень который мне понравился, был крепким и загорелым, каждое лето он ездил в «Артек», а его родители были дипломатами и семья часто переезжала. У него были красивые линейки - из Ливии, ластик с нарисованной собачкой – из Польши, для советских детей – неслыханные сокровища, и они делали его самым популярным мальчиком во всей параллели.
Миша был смелым и разговорчивым, а я закомплексованным и жалким. Мы были совсем разные, но, оказалось, жили в одном доме. Поэтому после секции мы возвращались домой вместе. Мало кто в классе общался со мной, так что я был удивлён тому, что Миша почему-то с удовольствием рассказывал мне истории о своих путешествиях. Наверно ему просто хотелось похвастаться перед кем-то, ведь всех остальных в классе уже начинали раздражать его бесконечные рассказы. Стоял морозный воздух, снег скрипел под ногами, и я был влюблён. До сих пор помню то ощущение.
В шестом классе Миша снова переехал, я сильно тосковал.
Продолжение следует