399 760 постов20 подписчиков
22:56, 26 августа 2012

I Have A Dream by Martin Luther King, Jr.

Blog post image

Ни­же мы при­лага­ем речь, став­шей клас­си­кой ора­торс­ко­го ис­кусс­тва. В честь ее ав­то­ра каж­дый тре­тий по­недель­ник ян­ва­ря в США от­ме­ча­ют на­ци­ональ­ный празд­ник.
Эту речь слу­шали 300 ты­сяч аме­рикан­цев в 1963 го­ду во вре­мя мар­ша на Ва­шинг­тон у под­ножья па­мят­ни­ку Лин­коль­ну.
При­зывая лю­дей до­бивать­ся ра­венс­тва мир­ны­ми пу­тями, она пре­ум­но­жила энер­гию дви­жения за граж­данс­кие пра­ва в об­щест­ве. Ре­зуль­та­том этой борь­бы ста­ло соз­да­ние Ак­та о пра­вах, ко­торый одоб­ри­ли и при­няли в Конг­рес­се.
Аме­рика наш­ла в се­бе си­лы зап­ла­тить по век­се­лю, га­ран­ти­ровав­ше­му спра­вед­ли­вость для всех аме­рикан­цев. К со­жаленью, ав­тор не ус­пел уви­деть ис­полне­ния сво­ей меч­ты, но его де­ти вмес­те с мил­ли­она­ми дру­гих де­тей Аме­рики ста­ли сви­дете­лями боль­ших пре­об­ра­зова­ний прог­ресса об­щест­ва и го­сударс­тва.

I am hap­py to jo­in with you to­day in what will go down in his­to­ry as the gre­atest de­mons­tra­ti­on for fre­edom in the his­to­ry of our na­ti­on.

Fi­ve sco­re years ago, a gre­at Ame­rican, in who­se sym­bo­lic sha­dow we stand to­day, sig­ned the Eman­ci­pati­on Proc­la­mati­on. This mo­men­to­us dec­ree ca­me as a gre­at be­acon light of ho­pe to mil­li­ons of Neg­ro sla­ves who had be­en se­ared in the fla­mes of wit­he­ring in­justi­ce. It ca­me as a jo­yous da­yb­re­ak to end the long night of the­ir cap­ti­vity.

But one hund­red years la­ter, the Neg­ro still is not free. One hund­red years la­ter, the li­fe of the Neg­ro is still sad­ly cripp­led by the ma­nac­les of seg­re­gati­on and the cha­ins of disc­ri­mina­ti­on. One hund­red years la­ter, the Neg­ro li­ves on a lo­nely is­land of po­ver­ty in the midst of a vast oce­an of ma­teri­al pros­pe­rity. One hund­red years la­ter, the Neg­ro is still lan­gu­is­hed in the cor­ners of Ame­rican so­ci­ety and finds him­self an exi­le in his own land. And so we’ve co­me he­re to­day to dra­mati­ze a sha­meful con­di­ti­on.

In a sen­se we’ve co­me to our na­ti­on’s ca­pital to cash a check. When the arc­hi­tects of our re­pub­lic wro­te the mag­ni­ficent words of the Cons­ti­tuti­on and the Dec­la­rati­on of In­de­pen­dence, they we­re sig­ning a pro­mis­so­ry no­te to which eve­ry Ame­rican was to fall he­ir. This no­te was a pro­mise that all men, yes, black men as well as whi­te men, wo­uld be gu­aran­te­ed the «una­li­enab­le Rights» of «Li­fe, Li­ber­ty and the pur­su­it of Hap­pi­ness.» It is ob­vi­ous to­day that Ame­rica has de­fa­ul­ted on this pro­mis­so­ry no­te, in­so­far as her ci­tizens of co­lor are con­cerned. Ins­te­ad of ho­noring this sac­red ob­li­gati­on, Ame­rica has gi­ven the Neg­ro pe­op­le a bad check, a check which has co­me back mar­ked «in­suffi­ci­ent funds.»

But we re­fuse to be­li­eve that the bank of jus­ti­ce is bank­rupt. We re­fuse to be­li­eve that the­re are in­suffi­ci­ent funds in the gre­at va­ults of op­portu­nity of this na­ti­on. And so, we’ve co­me to cash this check, a check that will gi­ve us upon de­mand the ri­ches of fre­edom and the se­curi­ty of jus­ti­ce.

We ha­ve al­so co­me to this hal­lo­wed spot to re­mind Ame­rica of the fi­er­ce ur­gency of Now. This is no ti­me to en­ga­ge in the lu­xury of co­oling off or to ta­ke the tran­qui­lizing drug of gra­du­alism. Now is the ti­me to ma­ke re­al the pro­mises of de­moc­ra­cy. Now is the ti­me to ri­se from the dark and de­sola­te val­ley of seg­re­gati­on to the sun­lit path of ra­ci­al jus­ti­ce. Now is the ti­me to lift our na­ti­on from the qu­ick­sands of ra­ci­al in­justi­ce to the so­lid rock of brot­herho­od. Now is the ti­me to ma­ke jus­ti­ce a re­ali­ty for all of God’s child­ren.

It wo­uld be fa­tal for the na­ti­on to over­lo­ok the ur­gency of the mo­ment. This swel­te­ring sum­mer of the Neg­ro’s le­giti­mate dis­content will not pass un­til the­re is an in­vi­gora­ting autumn of fre­edom and equa­lity. Ni­nete­en six­ty-three is not an end, but a be­gin­ning. And tho­se who ho­pe that the Neg­ro ne­eded to blow off ste­am and will now be con­tent will ha­ve a ru­de awa­kening if the na­ti­on re­turns to bu­siness as usu­al. And the­re will be ne­it­her rest nor tran­qui­lity in Ame­rica un­til the Neg­ro is gran­ted his ci­tizens­hip rights. The whirl­winds of re­volt will con­ti­nue to sha­ke the fo­un­da­ti­ons of our na­ti­on un­til the bright day of jus­ti­ce emer­ges.

But the­re is so­met­hing that I must say to my pe­op­le, who stand on the warm thre­shold which le­ads in­to the pa­lace of jus­ti­ce: In the pro­cess of ga­ining our righ­tful pla­ce, we must not be gu­il­ty of wrong­ful de­eds. Let us not se­ek to sa­tis­fy our thirst for fre­edom by drin­king from the cup of bit­terness and hat­red. We must fo­rever con­duct our strugg­le on the high pla­ne of dig­ni­ty and dis­cipli­ne. We must not al­low our cre­ati­ve pro­test to de­gene­rate in­to phy­sical vi­olen­ce. Aga­in and aga­in, we must ri­se to the ma­jes­tic he­ights of me­eting phy­sical for­ce with so­ul for­ce.

The mar­ve­lo­us new mi­litan­cy which has en­gulfed the Neg­ro com­mu­nity must not le­ad us to a dist­rust of all whi­te pe­op­le, for ma­ny of our whi­te brot­hers, as evi­den­ced by the­ir pre­sen­ce he­re to­day, ha­ve co­me to re­ali­ze that the­ir des­ti­ny is ti­ed up with our des­ti­ny. And they ha­ve co­me to re­ali­ze that the­ir fre­edom is inext­ri­cab­ly bo­und to our fre­edom.

We can­not walk alo­ne.

And as we walk, we must ma­ke the pled­ge that we shall al­wa­ys march ahe­ad.

We can­not turn back.

The­re are tho­se who are as­king the de­vote­es of ci­vil rights, «When will you be sa­tis­fi­ed?» We can ne­ver be sa­tis­fi­ed as long as the Neg­ro is the vic­tim of the uns­pe­akab­le hor­rors of po­lice bru­tali­ty. We can ne­ver be sa­tis­fi­ed as long as our bo­di­es, he­avy with the fa­tigue of tra­vel, can­not ga­in lod­ging in the mo­tels of the high­wa­ys and the ho­tels of the ci­ti­es. *We can­not be sa­tis­fi­ed as long as the neg­ro’s ba­sic mo­bili­ty is from a smal­ler ghet­to to a lar­ger one. We can ne­ver be sa­tis­fi­ed as long as our child­ren are strip­ped of the­ir self-ho­od and rob­bed of the­ir dig­ni­ty by a sign sta­ting: «For Whi­tes On­ly.»* We can­not be sa­tis­fi­ed as long as a Neg­ro in Mis­sissip­pi can­not vo­te and a Neg­ro in New York be­li­eves he has not­hing for which to vo­te. No, no, we are not sa­tis­fi­ed, and we will not be sa­tis­fi­ed un­til «jus­ti­ce rolls down li­ke wa­ters, and righ­te­ous­ness li­ke a migh­ty stre­am.»?

I am not un­mind­ful that so­me of you ha­ve co­me he­re out of gre­at tri­als and tri­bula­ti­ons. So­me of you ha­ve co­me fresh from nar­row ja­il cells. And so­me of you ha­ve co­me from are­as whe­re your qu­est — qu­est for fre­edom left you bat­te­red by the storms of per­se­cuti­on and stag­ge­red by the winds of po­lice bru­tali­ty. You ha­ve be­en the ve­terans of cre­ati­ve suf­fe­ring. Con­ti­nue to work with the fa­ith that une­ar­ned suf­fe­ring is re­demp­ti­ve. Go back to Mis­sissip­pi, go back to Ala­bama, go back to So­uth Ca­roli­na, go back to Ge­or­gia, go back to Lo­uisi­ana, go back to the slums and ghet­tos of our nort­hern ci­ti­es, kno­wing that so­mehow this si­tu­ation can and will be chan­ged.

Let us not wal­low in the val­ley of des­pa­ir, I say to you to­day, my fri­ends.

And so even tho­ugh we fa­ce the dif­fi­cul­ti­es of to­day and to­mor­row, I still ha­ve a dre­am. It is a dre­am de­ep­ly ro­oted in the Ame­rican dre­am.

I ha­ve a dre­am that one day this na­ti­on will ri­se up and li­ve out the true me­aning of its cre­ed: «We hold the­se truths to be self-evi­dent, that all men are cre­ated equ­al.»

I ha­ve a dre­am that one day on the red hills of Ge­or­gia, the sons of for­mer sla­ves and the sons of for­mer sla­ve ow­ners will be ab­le to sit down to­get­her at the tab­le of brot­herho­od.

I ha­ve a dre­am that one day even the sta­te of Mis­sissip­pi, a sta­te swel­te­ring with the he­at of in­justi­ce, swel­te­ring with the he­at of opp­res­si­on, will be trans­for­med in­to an oasis of fre­edom and jus­ti­ce.

I ha­ve a dre­am that my fo­ur litt­le child­ren will one day li­ve in a na­ti­on whe­re they will not be jud­ged by the co­lor of the­ir skin but by the con­tent of the­ir cha­rac­ter.

I ha­ve a dre­am to­day!

I ha­ve a dre­am that one day, down in Ala­bama, with its vi­ci­ous ra­cists, with its go­ver­nor ha­ving his lips drip­ping with the words of «in­terpo­siti­on» and «nul­li­fica­ti­on» — one day right the­re in Ala­bama litt­le black bo­ys and black girls will be ab­le to jo­in hands with litt­le whi­te bo­ys and whi­te girls as sis­ters and brot­hers.

I ha­ve a dre­am to­day!

I ha­ve a dre­am that one day eve­ry val­ley shall be exal­ted, and eve­ry hill and mo­un­ta­in shall be ma­de low, the ro­ugh pla­ces will be ma­de pla­in, and the cro­oked pla­ces will be ma­de stra­ight; «and the glo­ry of the Lord shall be re­ve­aled and all flesh shall see it to­get­her.»?

This is our ho­pe, and this is the fa­ith that I go back to the So­uth with.

With this fa­ith, we will be ab­le to hew out of the mo­un­ta­in of des­pa­ir a sto­ne of ho­pe. With this fa­ith, we will be ab­le to trans­form the jang­ling dis­cords of our na­ti­on in­to a be­auti­ful symp­ho­ny of brot­herho­od. With this fa­ith, we will be ab­le to work to­get­her, to pray to­get­her, to strugg­le to­get­her, to go to ja­il to­get­her, to stand up for fre­edom to­get­her, kno­wing that we will be free one day.

And this will be the day — this will be the day when all of God’s child­ren will be ab­le to sing with new me­aning:

My co­unt­ry ’tis of thee, swe­et land of li­ber­ty, of thee I sing.

Land whe­re my fat­hers di­ed, land of the Pilg­rim’s pri­de.

From eve­ry mo­un­ta­in­si­de, let fre­edom ring!

And if Ame­rica is to be a gre­at na­ti­on, this must be­come true.

And so let fre­edom ring from the pro­digi­ous hill­tops of New Hamp­shi­re.
Let fre­edom ring from the migh­ty mo­un­ta­ins of New York.
Let fre­edom ring from the he­igh­te­ning Al­leghe­ni­es of Penn­syl­va­nia.
Let fre­edom ring from the snow-cap­ped Roc­ki­es of Co­lora­do.
Let fre­edom ring from the cur­va­ce­ous slo­pes of Ca­lifor­nia.

But not on­ly that:

Let fre­edom ring from Sto­ne Mo­un­ta­in of Ge­or­gia.
Let fre­edom ring from Lo­okout Mo­un­ta­in of Ten­nessee.
Let fre­edom ring from eve­ry hill and mo­lehill of Mis­sissip­pi.
From eve­ry mo­un­ta­in­si­de, let fre­edom ring.

And when this hap­pens, when we al­low fre­edom ring, when we let it ring from eve­ry vil­la­ge and eve­ry ham­let, from eve­ry sta­te and eve­ry ci­ty, we will be ab­le to spe­ed up that day when all of God’s child­ren, black men and whi­te men, Jews and Gen­ti­les, Pro­tes­tants and Cat­ho­lics, will be ab­le to jo­in hands and sing in the words of the old Neg­ro spi­ritu­al:

Free at last! Free at last!

Thank God Al­migh­ty, we are free at last!

Lin­coln Me­mori­al, Wa­shing­ton D.C.

August 28, 1963

пе­ревод на русс­кий язык:

Пять де­сят­ков лет на­зад ве­ликий аме­рика­нец, под чьей сим­во­личес­кой сенью мы се­год­ня соб­ра­лись, под­пи­сал Прок­ла­мацию об ос­во­бож­де­нии нег­ров. Этот важ­ный указ стал ве­личест­вен­ным ма­яком све­та на­деж­ды для мил­ли­онов чер­ных ра­бов, опа­лен­ных пла­менем ис­пе­пеля­ющей несп­ра­вед­ли­вос­ти. Он стал ра­дост­ным расс­ве­том, за­вер­шившим дол­гую ночь пле­нения.

Но по про­шест­вии ста лет мы вы­нуж­де­ны приз­нать тра­гичес­кий факт, что негр все еще не сво­боден. Спус­тя сто лет жизнь нег­ра, к со­жале­нию, по-преж­не­му ка­лечит­ся кан­да­лами сег­ре­гации и око­вами диск­ри­мина­ции. Спус­тя сто лет негр жи­вет на пус­тынном ост­ро­ве бед­ности пос­ре­ди ог­ромно­го оке­ана ма­тери­аль­но­го проц­ве­тания. Спус­тя сто лет негр по-преж­не­му то­мит­ся на зад­ворках аме­риканс­ко­го об­щест­ва и ока­зыва­ет­ся в ссыл­ке на сво­ей собс­твен­ной зем­ле. Вот мы и приш­ли се­год­ня сю­да, что­бы под­черк­нуть дра­матизм пла­чев­ной си­ту­ации.

В ка­ком-то смыс­ле мы при­были в сто­лицу на­шего го­сударс­тва, что­бы по­лучить на­лич­ные по че­ку. Ког­да ар­хи­тек­то­ры на­шей рес­публи­ки пи­сали прек­расные сло­ва Конс­ти­туции и Дек­ла­рации не­зави­симос­ти, они под­пи­сыва­ли тем са­мым век­сель, ко­торый предс­то­яло унас­ле­довать каж­до­му аме­рикан­цу. Сог­ласно это­му век­се­лю, всем лю­дям га­ран­ти­рова­лись не­отъем­ле­мые пра­ва на жизнь, сво­боду и стрем­ле­ние к счастью.

Се­год­ня ста­ло оче­вид­ным, что Аме­рика ока­залась не в сос­то­янии вып­ла­тить по это­му век­се­лю то, что по­ложе­но ее цвет­ным граж­да­нам. Вмес­то то­го что­бы вып­ла­тить этот свя­той долг, Аме­рика вы­дала нег­ри­тянс­ко­му на­роду фаль­ши­вый чек, ко­торый вер­нулся с по­мет­кой «нех­ватка средств». Но мы от­ка­зыва­ем­ся ве­рить, что банк спра­вед­ли­вос­ти обанк­ро­тил­ся. Мы от­ка­зыва­ем­ся ве­рить, что в ог­ромных хра­нили­щах воз­можнос­тей на­шего го­сударс­тва не­дос­та­ет средств. И мы приш­ли, что­бы по­лучить по это­му че­ку — че­ку, по ко­торо­му нам бу­дут вы­даны сок­ро­вища сво­боды и га­ран­тии спра­вед­ли­вос­ти. Мы при­были сю­да, в это свя­щен­ное мес­то, так­же для то­го, что­бы на­пом­нить Аме­рике о нас­то­ятель­ном тре­бова­нии се­год­няшне­го дня. Сей­час не вре­мя удов­летво­рять­ся уми­рот­во­ря­ющи­ми ме­рами или при­нимать ус­по­ко­итель­ное ле­карс­тво пос­те­пен­ных ре­шений. Нас­та­ло вре­мя вый­ти из тем­ной до­лины сег­ре­гации и всту­пить на за­литый солн­цем путь ра­совой спра­вед­ли­вос­ти. Нас­та­ло вре­мя отк­рыть две­ри воз­можнос­тей всем Божьим де­тям. Нас­та­ло вре­мя вы­вес­ти на­шу на­цию из зы­бучих пес­ков ра­совой несп­ра­вед­ли­вос­ти к твер­дой ска­ле братс­тва.

Для на­шего го­сударс­тва бы­ло бы смер­тель­но опас­ным про­иг­но­риро­вать осо­бую важ­ность дан­но­го мо­мен­та и не­до­оце­нить ре­шимость нег­ров. Зной­ное ле­то за­кон­но­го не­доволь­ства нег­ров не за­кон­чится, по­ка не нас­та­нет бод­ря­щая осень сво­боды и ра­венс­тва. 1963 год — это не ко­нец, а на­чало. Тем, кто на­де­ет­ся, что нег­ру нуж­но бы­ло вы­пус­тить пар и что те­перь он ус­по­ко­ит­ся, предс­то­ит су­ровое про­буж­де­ние, ес­ли на­ша на­ция возв­ра­тит­ся к при­выч­ной пов­седнев­ности. До тех пор по­ка нег­ру не бу­дут пре­дос­тавле­ны его граж­данс­кие пра­ва, Аме­рике не ви­дать ни без­мя­теж­ности, ни по­коя. Ре­волю­ци­он­ные бу­ри бу­дут про­дол­жать сот­ря­сать ос­но­вы на­шего го­сударс­тва до той по­ры, по­ка не нас­та­нет свет­лый день спра­вед­ли­вос­ти.

Но есть еще кое-что, что я дол­жен ска­зать мо­ему на­роду, сто­яще­му на бла­годат­ном по­роге у вхо­да во дво­рец спра­вед­ли­вос­ти. В про­цес­се за­во­ева­ния при над­ле­жаще­го нам по пра­ву мес­та мы не долж­ны да­вать ос­но­ваний для об­ви­нений в неб­ла­говид­ных пос­тупках. Да­вай­те не бу­дем стре­мить­ся уто­лить на­шу жаж­ду сво­боды, вку­шая из ча­ши го­речи и не­навис­ти.

Мы долж­ны всег­да вес­ти на­шу борь­бу с бла­город­ных по­зиций дос­то­инс­тва и дис­ципли­ны. Мы не долж­ны поз­во­лить, что­бы наш со­зида­тель­ный про­тест вы­родил­ся в фи­зичес­кое на­силие. Мы долж­ны стре­мить­ся дос­тичь ве­личест­вен­ных вы­сот, от­ве­чая на фи­зичес­кую си­лу си­лой ду­ха. За­меча­тель­ная во­инс­твен­ность, ко­торая ов­ла­дела нег­ри­тянс­ким об­щест­вом, не долж­на при­вес­ти нас к не­дове­рию со сто­роны всех бе­лых лю­дей, пос­коль­ку мно­гие из на­ших бе­лых братьев осоз­на­ли, о чем сви­детель­ству­ет их при­сутс­твие здесь се­год­ня, что их судь­ба тес­но свя­зана с на­шей судь­бой и их сво­бода не­из­бежно свя­зана с на­шей сво­бодой. Мы не мо­жем ид­ти в оди­ночест­ве.

И на­чав дви­жение, мы долж­ны пок­лясть­ся, что бу­дем ид­ти впе­ред.

Мы не мо­жем по­вер­нуть на­зад. Есть та­кие, ко­торые спра­шива­ют тех, кто пре­дан де­лу за­щиты граж­данс­ких прав: «Ког­да вы ус­по­ко­итесь?» Мы ни­ког­да не ус­по­ко­им­ся, по­ка на­ши те­ла, отя­желев­шие от ус­та­лос­ти, выз­ванной дол­ги­ми пу­тешест­ви­ями, не смо­гут по­лучить ноч­лег в при­дорож­ных мо­телях и го­родс­ких гос­ти­ницах. Мы не ус­по­ко­им­ся, по­ка ос­новным ви­дом пе­ред­ви­жений нег­ра ос­та­ет­ся пе­ре­езд из ма­лень­ко­го гет­то в боль­шое. Мы не ус­по­ко­им­ся, по­ка негр в Мис­си­сипи не мо­жет го­лосо­вать, а негр в Нью-Йор­ке счи­та­ет, что ему не за что го­лосо­вать. Нет, нет у нас ос­но­ваний для ус­по­ко­ения, и мы ни­ког­да не ус­по­ко­им­ся, по­ка спра­вед­ли­вость не нач­нет стру­ить­ся, по­доб­но во­дам, а пра­вед­ность не упо­добит­ся мощ­но­му по­току.

Я не за­бываю, что мно­гие из вас при­были сю­да, прой­дя че­рез ве­ликие ис­пы­тания и стра­дания. Не­кото­рые из вас при­были сю­да пря­миком из тес­ных тю­рем­ных ка­мер. Не­кото­рые из вас при­были из районов, в ко­торых за ва­ше стрем­ле­ние к сво­боде на вас об­ру­шились бу­ри прес­ле­дова­ний и штор­мы по­лицей­ской жес­то­кос­ти. Вы ста­ли ве­тера­нами со­зида­тель­но­го стра­дания. Про­дол­жай­те ра­ботать, ве­руя в то, что не­зас­лу­жен­ное стра­дание ис­ку­па­ет­ся.

Возв­ра­щай­тесь в Мис­си­сипи, возв­ра­щай­тесь в Ала­баму, возв­ра­щай­тесь в Лу­изиану, возв­ра­щай­тесь в тру­щобы и гет­то на­ших се­вер­ных го­родов, зная, что так или ина­че эта си­ту­ация мо­жет из­ме­нить­ся и из­ме­нит­ся. Да­вай­те не бу­дем стра­дать в до­лине от­ча­яния.

Я го­ворю вам се­год­ня, друзья мои, что, нес­мотря на труд­ности и ра­зоча­рова­ния, у ме­ня есть меч­та. Это меч­та, глу­боко уко­ренив­ша­яся в Аме­риканс­кой меч­те.

У ме­ня есть меч­та, что нас­та­нет день, ког­да на­ша на­ция восп­ря­нет и до­живет до ис­тинно­го смыс­ла сво­его де­виза: «Мы счи­та­ем са­мо­оче­вид­ным, что все лю­ди соз­да­ны рав­ны­ми».

У ме­ня есть меч­та, что на крас­ных хол­мах Джорд­жии нас­та­нет день, ког­да сы­новья быв­ших ра­бов и сы­новья быв­ших ра­бов­ла­дель­цев смо­гут усесть­ся вмес­те за сто­лом братс­тва.

У ме­ня есть меч­та, что нас­та­нет день, ког­да да­же штат Мис­си­сипи, пус­тынный штат, из­не­мога­ющий от на­кала несп­ра­вед­ли­вос­ти и уг­не­тения, бу­дет прев­ра­щен в оазис сво­боды и спра­вед­ли­вос­ти.

У ме­ня есть меч­та, что нас­та­нет день, ког­да чет­ве­ро мо­их де­тей бу­дут жить в стра­не, где о них бу­дут су­дить не по цве­ту их ко­жи, а по то­му, что они со­бой предс­тав­ля­ют.

У ме­ня есть меч­та се­год­ня.

У ме­ня есть меч­та, что нас­та­нет день, ког­да в шта­те Ала­бама, гу­бер­на­тор ко­торо­го ны­не за­яв­ля­ет о вме­шатель­стве во внут­ренние де­ла шта­та и неп­ризна­нии дей­ствия при­нятых конг­рес­сом за­конов, бу­дет соз­да­на си­ту­ация, в ко­торой ма­лень­кие чер­ные маль­чи­ки и де­воч­ки смо­гут взять­ся за ру­ки с ма­лень­ки­ми бе­лыми маль­чи­ками и де­воч­ка­ми и ид­ти вмес­те, по­доб­но братьям и сест­рам.

У ме­ня есть меч­та се­год­ня.

У ме­ня есть меч­та, что нас­та­нет день, ког­да все ни­зины под­ни­мут­ся, все хол­мы и го­ры опус­тятся, не­ров­ные мест­нос­ти бу­дут прев­ра­щены в рав­ни­ны, иск­рив­ленные мес­та ста­нут пря­мыми, ве­личие Гос­по­да предс­та­нет пе­ред на­ми и все смерт­ные вмес­те удос­то­верят­ся в этом.

Та­кова на­ша на­деж­да. Это ве­ра, с ко­торой я возв­ра­ша­юсь на Юг.

С этой ве­рой мы смо­жем вы­рубить ка­мень на­деж­ды из го­ры от­ча­яния. С этой ве­рой мы смо­жем прев­ра­тить нест­рой­ные го­лоса на­шего на­рода в прек­расную сим­фо­нию братс­тва. С этой ве­рой мы смо­жем вмес­те тру­дить­ся, вмес­те мо­лить­ся, вмес­те бо­роть­ся, вмес­те ид­ти в тюрь­мы, вмес­те за­щищать сво­боду, зная, что од­нажды мы бу­дем сво­бод­ны­ми.

Это бу­дет день, ког­да все Божьи де­ти смо­гут петь, вкла­дывая в эти сло­ва но­вый смысл: «Стра­на моя, это Я те­бя, слад­кая зем­ля сво­боды, это я те­бя вос­пе­ваю. Зем­ля, где умер­ли мои от­цы, зем­ля гор­дости пи­лиг­ри­мов, пусть сво­бода зве­нит со всех гор­ных скло­нов».

И ес­ли Аме­рике предс­то­ит стать ве­ликой стра­ной, это долж­но про­изой­ти.

Пусть сво­бода зве­нит с вер­шин изу­митель­ных хол­мов Нью-Хэмп­ши­ра!
Пусть сво­бода зве­нит с мо­гучих гор Нью-Йор­ка!
Пусть сво­бода зве­нит с вы­соких Ал­ле­генс­ких гор Пен­силь­ва­нии!
Пусть сво­бода зве­нит с зас­не­жен­ных Ска­лис­тых гор Ко­лора­до!
Пусть сво­бода зве­нит с изог­ну­тых гор­ных вер­шин Ка­лифор­нии!
Пусть сво­бода зве­нит с го­ры Лу­ка­ут в Тен­несси!
Пусть сво­бода зве­нит с каж­до­го хол­ма и каж­до­го бу­гор­ка Мис­си­сипи!
С каж­до­го гор­но­го скло­на пусть зве­нит сво­бода!

Ког­да мы поз­во­лим сво­боде зве­неть, ког­да мы поз­во­лим ей зве­неть из каж­до­го се­ла и каж­дой де­ревуш­ки, из каж­до­го шта­та и каж­до­го го­рода, мы смо­жем ус­ко­рить нас­тупле­ние то­го дня, ког­да все Божьи де­ти, чер­ные и бе­лые, ев­реи и языч­ни­ки, про­тес­танты и ка­толи­ки, смо­гут взять­ся за ру­ки и за­петь сло­ва ста­рого нег­ри­тянс­ко­го ду­хов­но­го гим­на: «Сво­бод­ны на­конец! Сво­бод­ны на­конец! Спа­сибо все­могу­щему Гос­по­ду, мы сво­бод­ны на­конец!»