что

свою жизнь в 22 года я считала, что любовь существует. моя мама рассказывала мне их историю с отцом много раз и я думала, что, да, любовь есть, но часто она ведет людей через темнейшие места. она может уйти, иногда сделав тебе лучшим человеком, но чаще оставив в тебе разлом, заглядывая в который ты будешь видеть горящую бездну. до сих пор самые популярные истории и песни складывают о любви, о страданиях, которые она навлекает на людей, и о минутах, когда эти страдания не кажутся такой уж большой ценой.

я не задумывалась всерьез о том, встречу ли я того, кого полюблю так, как мама описывает свои чувства к отцу. у меня были подростковые влюбленности, это было что-то, что не касалось ни объекта любви, ни кого-либо еще - это была стремление испытать чувство, а не чувство само по себе.

а сегодня я поняла кое-что. на самом деле я не верю, что когда-нибудь это произойдет в моей жизни. любовь подразумевает умение испытывать чистую эмпатию, отвергнув собственное тело, непреодолимое стремление к другому человеку всем своим сознанием. ведь это любовь? мое тело - тяжелое, неудобное тело, в котором я не могу уместиться (или которое, наоборот, слишком мне просторно?) всегда держит меня, словно пес, из тех, чьи челюсти не разожмешь и после смерти. вцепившись мне в горло мертвой хваткой оно тащит меня изо дня в день, изо часа в час. я не могу стряхнуть осознание собственного тела с себя, отвергнуть эту крайнюю степень эгоизма.

даже свою мать, свою чудесную маму люблю ли я за то, что она самое прекрасное создание в этой вселенной, самая добрая, преданная женщина, прошедшая через все темные места ради нас с братом? или за то, что она вскармливала мое тело, залечивала его раны и баюкала его?

все эти пустые разговоры, смешки, глупости, которыми я заливаю всех своих друзей, всех своих родных,  пустоголовая, завернутая в собственное смеющееся и торжествующее тело, увиливающая от всего, что тяжелее подушки, набитой перьями. это невыносимо. и каждый раз, еще до того, как я могу осознать, мое тело отвергает любую тяжесть, и ощеренная пасть у моей шеи щелкает клыками.

я никогда не полюблю никого, потому что я выбрала легость, с которой я могу справиться, собирая жизнь по верхам, избегая опасностей и ранящих тем, прикрываясь даже в самые серьезные минуты поверхностой театральщиной.