Yvi — эстафета: Мои три книги, скорее три автора, торкнувшие мое мышление

Нежный Ком 2017 M11 10
794
11
19
0

После прочтения всего Кастанеды, хотела найти нового автора для чтения, только уже художественная вымышленная книга уже никак не проглатывалась как раньше.

Добрый день! Хочу перехватить эстафету у @dr_Motor .

Как писал, в своем посте Александр, он же @dr_Motor у меня есть определенные авторы, которые изменили мое мышление, Карлос Кастанеда один из них. Но пост не будет про Кастанеду. Просто я делю свое чтение на до и после Кастанеды. До Кастанеды мне нравилась художественная литература, как-то в пятом классе почитав Артура Конан Дойла, допытывала отца, где тот солдат, о котором писал Дойл. Он сказал, что это выдумка, не было такого французкого солдата, меня это очень задело, зачем нужно выдумывать, я же поверила! Было обидно даже, читать чужую выдумку, пусть даже Артура Конан Дойла. Поэтому к Шерлоку Холмсу не подхожу годами, я же кино смотрела, успокаиваю себя.

Но моя тяга к чтению все равно не улетучилась, после бригадира Жерара, я читала немало выдуманных историй до 30 + лет. В какой-то год нашла в интернете всю серию книг Кастанеды, и меня понесло. После прочтения всего Кастанеды, хотела найти нового автора для чтения, только уже художественная вымышленная книга уже никак не проглатывалась как раньше (брат иногда шутил, что я читаю по диагонали).

 

Вот мои топ 3 автора, на ваш суд:

 

Искала что-то про эзотерику, и решила прочесть Эрнста Мулдашева, его к тому моменту пару раз видела на ютубе, и всегда думала, что это какой-нибудь чудак, оказалось, куда интереснее чудака, он же офтальмолог, признанный светила науки, а пишет эзотерику. Его книга "В поисках города Богов" стала отправной точкой к исследованию истории человечества. Всегда волновал вопрос почему мы люди так мало знаем о своей истории? Хотя претендуем на роль самых умных тварей планеты. Тот же крокодил имеет родословную в миллионы лет. А мы умнее крокодила, но с историей чуть более 5000 лет. Э.Мулдашев как раз раскрывает тайну нашей человеческой истории.

 

Как-то один друг сказал есть такая книга, "Сэнсэй". Нашла электронную книгу, начала читать, книга не идет, совсем не мой стиль, какие-то жаргоны, малышня, школьники. И вдруг открывается такая философия, меня опять накрыло. Короче прочла всю серию "Сэнсэй" Анастасии Новых. До сих пор кажется, что писала не женщина, неженское дело так четко писать, хотя кто его знает. Очень советую эту книгу для ищущих людей. Главное раскрывается тема религии, что де не надо делить людей по религиозным признакам. Но каждому обществу дана подходящая вера для нахождения себя.

Из современных казахских писателей меня поразила Мадина Омарова. Ее сказка-повесть "Ғажайып көл" о подростках. Поражает мальчик, попавший в параллельный мир в поисках мамы, и жанр джиннов, о которых рассказывала моя апа так конкретно совпал с моим воображением, тоже побаивалась провалиться в параллельный мир людей. Хотя кто его знает, может этот мир и вправду существует... Мамма мия.

 

Как найду время напишу про топ казахских писателей, которые перевернули мое сознание не меньше Карлоса Кастанеды.

Оцените пост

16

Комментарии

1
Книга Анастасии Новых "Сэнсэй" (около 7-8 книг, первые 4 основные) - это просто кладезь различной информации и знаний. Мне, наоборот, показалось что по стилю книгу написала именно женщина))... "главное раскрывается тема религий..." - по-моему это не главная тема в книгах, по крайней мере, это далеко не единственная мысль, впрочем каждому свое.
1
— А что случилось на Фаэтоне? — с интересом спросил Костик.
— Глупость.., — с горечью ответил Сэнсэй. — Если к сегодняшнему дню прибавить ещё сорок три дня, то ровно пять тысяч сто пять лет назад произошло уничтожение одной из прекрасных планет нашей галактики — Фаэтона.
Наш Философ тут же почему­то поспешно принялся за расчёты, причём вслух.
— Так, сегодня у нас двадцать восьмое июня тысяча девятьсот девяносто первого года плюс сорок три дня и минус пять тысяч сто пять лет назад. Это будет... Это было...
Но не успел наш Философ подсчитать, как получил замечание от Андрея:
— Давно это было! — сказал парень тоном, не допускающим возражения, очевидно, чтобы Костик прекратил философствовать и не мешал слушать.
На что Сэнсэй ответил:
— Почему давно? Это было практически недавно. Пять тысяч лет — это абсолютно не сроки по космическим меркам.
— Значит, Фаэтон в действительности существовал? — недоверчиво спросил Николай Андреевич.
— Да. Это была пятая планета нашей Солнечной системы. Её орбита находилась между Марсом и Юпитером. Фаэтон был довольно крупной планетой, по массе практически в семнадцать раз превышающей массу Земли. Эта была великолепная планета, атмосфера которой была схожа с атмосферой Земли. На ней располагались красивые океаны, чудесная суша. Один год на Фаэтоне длился двести шестьдесят (260) фаэтонских дней. Если перевести это в эквивалент земного времени, то один год на Фаэтоне — это одна тысяча восемьсот девяносто восемь земных дней (1898).
— То есть, один год на Фаэтоне, это приблизительно наших пять лет, — уточнил Николай Андреевич.
— Точнее 5,2. Один день на Фаэтоне составлял 175,2 земных часов. На этой планете одни сутки разделялись на двадцать равных частей, то есть на двадцать часов, по земным меркам один час у них составлял 8,76 земных часов или 525,6 земных минут. В принципе Фаэтон, как планета, имела огромный запас энергии и она могла бы ещё существовать и существовать.., если бы не глупость человеческая.
— А что, люди были на Фаэтоне? — в удивлении проговорил Виктор. — В смысле земляне?
— Мы не единственный вид, относящийся к человекоподобным. Фаэтон тоже был населён человекоподобными и гораздо раньше Земли.
— А как это понять человекоподобными? — спросил Славик. — Это существа наподобие человека?
— Да. Проще говоря, это разумная жизнь, которая имеет человекоподобную форму и создана из смешивания духовного начала с животным началом, то есть материальным. Человекоподобные могут немного отличаться друг от друга по форме материи, то есть тела, но все живут по тем же законам синтеза духовного и материального.
— То есть кроме тела они имеют душу, — уточнил Стас.
— Безусловно.
— Значит, в Солнечной системе первой планетой, заселённой людьми, был Фаэтон, — напомнил Стас, видимо желая услышать об этом поподробнее.
— Да. Последняя цивилизация на Фаэтоне просуществовала одиннадцать тысяч пятьсот лет (11500) по фаэтонским измерениям или же по земным — пятьдесят девять тысяч восемьсот лет (59800) до гибели планеты. И это была довольно развитая цивилизация, которая намного опережала нашу по уровню развития. Люди с Фаэтона неоднократно посещали Землю и контактировали с землянами, делились с ними своими Знаниями, в том числе и такими, фундаментально важными для понимания образования структуры Вселенной, как аллат. Более того, земляне были свидетелями и аннигиляции Фаэтона. В тот день на Фаэтоне погибло семь миллиардов людей­фаэтонцев. Причём взрыва как такового не было. Сфера просто распалась.
— Что значит распалась? — недоверчиво покосился на Сэнсэя Николай Андреевич.
— Материя Фаэтона свернулась без выброса энергии.
— Не понял, — с заинтересованностью проговорил Николай Андреевич. — Без выброса энергии?
— Это явление ещё не изучено современными физиками и астрономами. Хотя они при исследовании космоса иногда сталкиваются с подобными необъяснимыми пока для них явлениями перехода видимого вещества в тёмную материю без выброса энергии. Хотя всё это естественно. Ведь каковы на сегодняшний день познания людей в области физики? — Сэнсэй взял горстку песка и показал его нам на раскрытой ладони. — Вот вся известная людям физика! А это, — он кивнул на песчаный берег, уходящий под кромку моря, — то, что ещё неизвестно о ней людям. Скрытое же под водой гораздо больше того, что сегодня им неведомо, и оно находится за гранью понимания материального мира, за гранью того, что человек может понять своим ограниченным материей мозгом.
Сэнсэй замолчал, автоматически пересыпая песок из руки в руку. А Николай Андреевич снова подытожил его слова:
— Значит, на Фаэтоне видимая материя перешла в тёмную невидимую материю без взрыва.
— Совершенно верно. 92% всей массы Фаэтона практически перешло в тёмную материю, без выброса энергии, то есть произошёл своего рода переход одной энергии в другую, своеобразный процесс нейтрализации. А 8% массы просто откололось, что и составляет сейчас так называемый пояс астероидов, расположенный между планетами Марс и Юпитер. Но астероидами, то есть отдельными «малыми планетами» как таковыми, они не являются, поскольку все обладают мощной остаточной энергией, сходными характеристиками, указывающими на однородность происхождения, и так далее. У них энергетическая масса больше чем физическая, поэтому эти остатки до сих пор не разлетелись, их не притянул мощный Юпитер и двигаются они по той же орбите, где некогда находился Фаэтон со своим сильным полем притяжения... Из­за того что был незначительный откол массы, произошёл выброс фотонов, который и породил яркую вспышку. И эти события сохранились в памяти людей, запечатлённые в том числе и в сказаниях о Фаэтоне.
— О, а что даже есть сказания о Фаэтоне? — удивился Костик.
— У древних греков сохранился миф, дошедший до них от пращуров, о сыне бога Солнца Гелиоса, которого звали Фаэтон. Так вот, согласно мифу, Фаэтон не был бессмертным в отличие от своего отца, поскольку был рождён смертной нимфой Клименой, дочерью морской богини Фетиды. Как гласит легенда, однажды Фаэтон попросил своего отца хотя бы один раз доверить ему управление золотой колесницей Солнца, в которой Гелиос совершал свой ежедневный путь по небесной дороге. И Гелиос выполнил просьбу своего сына. Однако Фаэтон потерял путь среди небесных созвездий, а огненные кони, почувствовав слабую руку возничего, понеслись без разбору дороги. Огненная колесница опасно приблизилась к Земле. Пламя от неё охватило Землю. Горели леса, растрескивались от жары скалы, вода закипала в морях и реках. Гибли животные, птицы и рыбы. Гибли люди и целые города. Взмолилась тогда Гея — богиня Земли и попросила защиты у Зевса­громовержца, повелителя богов. И поразил Зевс молниями колесницу Гелиоса, чтобы спасти Землю от гибели. Фаэтон, с охваченными пламенем кудрями, пронёсся по небу и упал на краю ойкумены в воды далёкой северной реки Эридан. Вот такая история.
0
(Платон «Тимей», 3 век до н.э.) Критий: Я расскажу то, что слышал как древнее сказание из уст человека, который сам был далеко не молод. Да, в те времена нашему деду было, по собственным его словам, около девяноста лет, а мне – самое большее десять. Мы справляли тогда как раз праздник Куреотис на Апатуриях, и по установленному обряду для нас, мальчиков, наши отцы предложили награды за чтение стихов. Читались различные творения разных поэтов, и в том числе многие мальчики исполняли стихи Солона, которые в то время были еще новинкой. И вот один из членов фратрии, то ли впрямь по убеждению, то ли думая сделать приятное Критию, заявил, что считает Солона не только мудрейшим во всех о прочих отношениях, но и в поэтическом своем творчестве благороднейшим из поэтов. А старик – помню это, как сейчас, – очень обрадовался и сказал, улыбнувшись: «Если бы, Аминандр, он занимался поэзией не урывками, но всерьез, как другие, и если бы он довел до конца сказание, привезенное им сюда из Египта, а не был вынужден забросить его из-за смут и прочих бед, которые встретили его по возвращении на родину, я полагаю, что тогда ни Гесиод, ни Гомер, ни какой-либо иной поэт не мог бы превзойти его славой». «А что это было за сказание, Критий?» – спросил тот. «Оно касалось, – ответил наш дед, – величайшего из деяний, когда-либо совершенных нашим городом, которое заслуживало бы стать и самым известным из всех, но по причине времени и гибели совершивших это деяние рассказ о нем до нас не дошел». «Расскажи с самого начала, – попросил Аминандр, – в чем дело, при каких обстоятельствах и от кого слышал Солон то, что рассказывал как истинную правду?» «Есть в Египте, – начал наш дед, – у вершины Дельты, где Hил расходится на отдельные потоки, ном, именуемый Саисским; главный город этого нома – Саис, откуда, между прочим, был родом царь Амасис. Покровительница города некая богиня, которая по-египетски зовется Hейт, а по-эллински, как утверждают местные жители, это Афина: они весьма дружественно расположены к афинянам и притязают на некое родство с последними. Солон рассказывал, что, когда он в своих странствиях прибыл туда, его приняли с большим почетом; когда же он стал расспрашивать о древних временах самых сведущих среди жрецов, ему пришлось убедиться, что ни сам он, ни вообще кто-либо из эллинов, можно сказать, почти ничего об этих предметах не знает. Однажды, вознамерившись перевести разговор на старые предания, он попробовал рассказать им наши мифы о древнейших событиях – о Форонее, почитаемом за первого человека, о Ниобе и о том, как Девкалион и Пирра пережили потоп; при этом он пытался вывести родословную их потомков, а также исчислить по количеству поколений сроки, истекшие с тех времен. И тогда воскликнул один из жрецов, человек весьма преклонных лет: «Ах, Солон, Солон! Вы, эллины, вечно остаетесь детьми, и нет среди эллинов старца!» «Почему ты так говоришь?» – спросил Солон. «Все вы юны умом, – ответил тот, – ибо умы ваши не сохраняют в себе никакого предания, искони переходившего из рода в род, и никакого учения, поседевшего от времени. Причина же тому вот какая. Уже были и еще будут многократные и различные случаи погибели людей, и притом самые страшные – из-за огня и воды, а другие, менее значительные, – из-за тысяч других бедствий. Отсюда и распространенное у вас сказание о Фаэтоне, сыне Гелиоса, который будто бы некогда запряг отцовскую колесницу, но не смог направить ее по отцовскому пути, а потому спалил все на Земле и сам погиб, испепеленный молнией. Положим, у этого сказания облик мифа, но в нем содержится и правда: в самом деле, тела, вращающиеся по небосводу вокруг Земли, отклоняются от своих путей, и потому через известные промежутки времени все на Земле гибнет от великого пожара. В такие времена обитатели гор и возвышенных либо сухих мест подвержены более полному истреблению, нежели те, кто живет возле рек или моря; а потому постоянный наш благодетель Hил избавляет нас и от этой беды, разливаясь. Когда же боги, творя над Землей очищение, затопляют ее водами, уцелеть могут волопасы и скотоводы в горах, между тем как обитатели ваших городов оказываются унесены потоками в море, но в нашей стране вода ни в такое время, ни в какое-либо иное не падает на поля сверху, а, напротив, по природе своей поднимается снизу. По этой причине сохраняющиеся у нас предания древнее всех, хотя и верно, что во всех землях, где тому не препятствует чрезмерный холод или жар, род человеческий неизменно существует в большем или меньшем числе. Какое бы славное или великое деяние или вообще замечательное событие ни произошло, будь то в нашем краю или в любой стране, о которой мы получаем известия, все это с древних времен запечатлевается в записях, которые мы храним в наших храмах; между тем у вас и прочих народов всякий раз, как только успеет выработаться письменность и все прочее, что необходимо для городской жизни, вновь и вновь в урочное время с небес низвергаются потоки, словно мор, оставляя из всех вас лишь неграмотных и неученых. И вы снова начинаете все сначала, словно только что родились, ничего не зная о том, что совершалось в древние времена в нашей стране или у вас самих. Взять хотя бы те ваши родословные, Солон, которые ты только что излагал, ведь они почти ничем не отличаются от детских сказок. Так, вы храните память только об одном потопе, а ведь их было много до этого; более того, вы даже не знаете, что прекраснейший и благороднейший род людей жил некогда в вашей стране. Ты сам и весь твой город происходите от тех немногих, кто остался из этого рода, с но вы ничего о нем не ведаете, ибо их потомки на протяжении многих поколений умирали, не оставляя никаких записей и потому как бы немотствуя. Между тем, Солон, перед самым большим и разрушительным наводнением государство, ныне известное под именем Афин, было и в делах военной доблести первым, и по совершенству своих законов стояло превыше сравнения; предание приписывает ему такие деяния и установления, которые прекраснее всего, что нам известно под небом». Услышав это, Солон, по собственному его признанию, был поражен и горячо упрашивал жрецов со всей обстоятельностью и по порядку рассказать об этих древних афинских гражданах. – Жрец ответил ему: «Мне не жаль, Солон; я все расскажу ради тебя и вашего государства, но прежде всего ради той богини, что получила в удел, взрастила и воспитала как ваш, так и наш город.
1
Как приятно читать знающего.
1
Спасибо) но я не знающий, я любопытный))
Показать комментарии
Дальше