БАЯН -ДОЧЬ ХАНА? Краеведческое исследование.

2844
2
0
32

Мавзолей «ханской дочери». В начале июля этого года, по дороге из п. Мариновка (Амантай аулы) Акмолинской области в Астану, мой собеседник, почетный строитель г. Астаны – Нурлан Омирзаков предложил...

Мавзолей «ханской дочери».

В начале июля этого года, по дороге из п. Мариновка (Амантай аулы) Акмолинской области в Астану, мой собеседник, почетный строитель г. Астаны – Нурлан Омирзаков предложил мне посетить развалины достаточно крупного в свое время мавзолея (кумбеза), который находиться в Астраханском районе, близ поселка Жамбыл, невдалеке от трассы.

В последний раз это место Нурлан посещал лет 10 назад. В то время  один из местных жителей поведал ему историю о том, что здесь захоронена некая дочь хана и было это очень давно, лет 200 назад, а может и того более. Примерно через 10 минут после того как мы спустились с трассы  на обычную грунтовую дорогу мы увидели невысокую сопку с группой старых могил в центре которых находился достаточно крупный мавзолей или точнее его развалины.

К удивлению, на входе в кумбез,  мы обнаружили следующую современную мемориальную плиту.

По словам Нурлана, десять лет назад ее не было.

Неподалеку были установлены еще несколько плит.

 

Ученые знают, как трудно бывает установить даты жизни и смерти исторических личностей в период до XIX века, когда такого рода информация фиксировалась очень редко. Уверенно можно говорить только о годах жизни крупных исторических персонажей, хотя и в этих вопросах часто имеют место дискуссии.  А в данном случае, мы столкнулись с точными датами, включая числа и месяцы.

Наше удивление увеличилось еще больше, когда со слов местных жителей выяснилось, что установка этих мемориальных плит была осуществлена приезжими людьми, чьих имен их никто не знает. Также удалось узнать, что содержание надписей этих памятных свидетельств было составлено неким экстрасенсом, бывшим жителем этого поселка, якобы сумевшим наладить связь с духами усопших.

Излишне, наверное, говорить о недопустимости столь невежественного подхода к историческим памятникам. Между тем и сам мавзолей, и исторические источники хранят много информации, которая позволяет нам вполне четко прояснить вопрос о том, чей прах покоится под этими старинными стенами.

 

Кумбез.

Размеры мавзолея, по сравнению с другими постройками XVIII – начала XIX веков, довольно внушительны. Ширина и длина практически квадратного основания, составляет около 12 метров. Толщина стены у основания 1.5 метра, далее вверх стены сужается. По высоте сохранившихся стен (около 5 метров), можно предположить, что в первоначальном виде кумбез, был высотой до 10 метров. По рассказам аксакалов еще в 50-е годы прошлого века были видны остатки крыши (купола) сооружения.

 

 

Основной материал кладки – обожженные глиняные кирпичи округленной формы. В качестве раствора, по всей видимости, была использована особая смесь, так как в местах соединений присутствуют конские волосы, ветки и какой-то еще, более темный материал в отличие от кирпичей.

По внушительным размерам сооружения можно с уверенностью говорить о высоком социальном статусе погребенного человека. Представляется довольно сомнительным предположение, что столь крупный мавзолей был воздвигнут в честь, практически неизвестной, в истории женщины (девушки). Хотя возможно, что тело дочери (внучки) могло быть погребено в уже существующем мазаре, но к этому вопросу я вернусь немного позже.

 

Письменные источники.

Прояснить картину позволяют письменные источники. По 10-ти верстной карте съемок второй половины XIX века, данная сопка обозначена под названием Даирхан.

 

По более поздней (подробной) 10-верстной карте 1900 года, на данном месте четко обозначена могила Даирхан. На картах того периода обозначались только крупные мазары являющиеся существенными ориентирами, поэтому можно не сомневаться, что на карте был обозначен исследуемый нами мавзолей, в ту пору сохранявшийся еще во всем своем величии.

 

Таким образом, историческое название мавзолея можно считать установленным. Остается вопрос: можно ли узнать какая личность была в нем погребена? Для этого от карт перейдем к информации о расселении казахских племен и родов. По сведениям полковника Красовского (1860-е годы) эта местность находилась на границе Кулан-кыпчакской и Керейской волостей. Рядом также находилась Тортаульская волость (род Аргын-Суюндык).

Из источников известно, что в середине 1770-х годов, казахские роды Тортауыл, часть рода Каракесек, Каракерей, Конырат избрали своим ханом Даир-султана, сына Барак-хана. Позже, после смерти Абылай-хана Даир-хан претендовал на титул хана всего Среднего жуза. То есть это была действительно крупная историческая фигура, пользовавшаяся авторитетом среди значительной части местного населения.

Даир-хан, последние годы жизни провел среди подвластных родов Среднего жуза и умер в 1786 году. Дети и внуки Даир-хана в первой половине XIX века являлись волостными управителями этих же родов. В 1832-1838 годах Байгара Даирханов являлся волостным управителем Малай-Жадыгер-Тортаульской волости, в 1838-1839 годах он стал волостным Кыргыз-Тортаульской волости. В 1832-1840 годах внуки Даир-хана Кушик Айшуаков, Касым Айшуаков, Жанай Айшуаков являлись управителями трех волостей – Малай-Калкаман, Алеке-Байдалы и Койлыбай-Шагырайской. В 1841-1851 годах Кушик Айшуаков и Жанай Айшуаков являлись управители Тортаул-Алеке-Байдалы-Алтайской волости.

Все перечисленные факты, на мой взгляд, дают полное основание сделать вывод что сохранившийся мавзолей является местом последнего упокоения Даир-хана, сына Барак-хана и внука Турсын-хана. В связи с этим считаю необходимым более подробно осветить биографию этой, безусловно, незаурядной личности.

 

Даирхан Баракханулы (1720-1786)[1].

Наиболее полная информация о Даир-хане изложена в трудах К.Н. Хафизовой, в связи с чем, хочу воспользоваться выдержками из них:

«Скупые сведения о Даире и Тауке разбросаны в разных китайских и русских документах. Даир был третьим сыном султана Барака и мужем старшей дочери хана Абылая и вообще старшим по возрасту султаном влиятельнейшего клана. Султан Даир (умер в 1786 г.), очевидно, был не намного моложе хана. И уж, конечно, он был старше всех его сыновей. По русским материалам, султан Даир, как сын хана Барака и внук хана Турсуна, боролся за ханский трон еще с Абылаем в начале 70-х годов XVIII века. Капитан Андреев в своей рукописи счел нужным подробно остановиться на султане Даире. После смерти тестя, Даир не только не отказался от своей цели, но еще более окреп в своем намерении. Отец султана Даира – Барак, избирался на краткий срок ханом Старшего жуза, но его правление было  неэффективным и недолгим. А внешнеполитическая деятельность хана Турсуна была связана, преимущественно, со среднеазиатскими ханствами. Поэтому политическое наследство Даира было не очень богатым, хоть и географически достаточно обширным. Ставка Даира находилась на восточном побережье Аральского моря, в низовьях Сыр-Дарьи (Ерофеева, 1997, с. 83 и 123), но часть подвластных ему племен кочевали на землях, примыкавших к новой границе Китая. Даир поддержал Абылай хана в его вооруженных столкновениях с кокандским беком Ирдана, пополнив своим отрядом его войско (АВП РИ, ф. ККД, 1766–1769, д. 18, л. 96). Хан Абылай доверял своему зятю, тот был в курсе его международных связей, как и его старший брат Ханбаба. Абылай защищал интересы Даира перед цинским правительством. В 1779 году он намеревался отправить посольство в Пекин, которое должно было подать жалобу на илийского цзянцзюня за набеги на подвластные Даиру кочевья на границе с Китаем, а также угон скота и людей (ККД, 1779–1780, д. 1, л. 221 об.). Он, как и другие потомки хана Абулмамбета, наряду с родами Старшего жуза в Южном Казахстане, правил аулами и в восточных районах, прилегающих к китайским владениям в Монголии и Тарбагатае. Обоснованием для своих прав на трон султан Даир в письме к Цяньлуну указал следующие: 1) бесспорно высокое происхождение; 2) возраст и 3) то обстоятельство, что Абылай якобы еще при своей жизни объявил его своим наследником и тому были свидетели. Известно, что Абылай хан заранее распределил казахские улусы между своими сыновьями в Центральном и Восточном Казахстане и добился официального признания его преемниками сначала султана Габбаса, а потом – Вали султана.
Не ограничившись тем, что он добился избрания на ханство со стороны небольшого числа подвластных, Даир на этот раз пытался привлечь на свою сторону правительства России и Китая. Он сумел отправить письма русской императрице Екатерине II и цинскому императору Цяньлуну. Письмо в Россию датируется 29 июня 1781 года. Естественно, что Даир султан, как и другие претенденты на наследство хана Абылая, не нашел поддержки ни у России, ни у Цинской империи. Он был мало известен своими делами России и Китаю, намного уступая в этом, к примеру, Абулфеизу.
В такой ситуации Россия и Китай одинаково признали наследственные права Вали хана на ханство, проигнорировав притязания других чингизидов: Болата, Тауке и Даира.

В Или хорошо знали старшего брата Даира – султана Ханбаба, многие годы бывшего посредником в дипломатических связях дома Абылая с Китаем. Через него велась их тайная переписка, тайные встречи и переговоры, в его ставке останавливались по пути посольства той и другой стороны. Однако, как писал Даир султан в письме к императору Цяньлуну, к тому времени Ханбаба, имевший, по его мнению, больше прав на трон, чем он сам, также умер. Письмо Даира, написанное на чагатайском языке, доставили его сын Маймутэ[2] (в китайской транскрипции) и сопровождавший его старшина Малтабар, награжденный за свои заслуги или посреднические услуги павлиньим пером пятой степени. Даир сообщал об избрании его ханом после смерти Аблая (Алтан-Очир, У Юаньфэн, 1998, с. 56). Однако, он, согласно правилам восточного этикета, заявил, что без признания его титула императором, он не смеет называть себя казахским ханом. Маймутэ сообщил следующие резоны отца. У казахского народа было три известных хана: один из них Барак (ум. в 1750 г.) – отец Даира, после него правил Абулмамбет, Абулмамбета сменил Абылай. После их смерти, а также смерти Ханбабы в Степи не осталось никого из старшего поколения. Даир в Степи был признанным знатоком родословной чингизидов, однако здесь либо он слукавил, либо переводчик допустил ошибку, Абулмамбет был избран ханом раньше Барака. К тому же, в русской родословной указан всего один брат Даира – Букей султан, судьба которого была счастливее даировской. Он получил ханское звание от России и был соправителем Вали хана в 1816–1819 гг. Но эта родословная была уточнена, по которой сыновья Барака упоминались в следующей последовательности: Сигай (Шыгай), Даир, Ханбаба, Букей, Маман, Ханходжа. Однако вернемся к конкурентам Вали хана.
Признание Даира представляется очень важным для понимания реального значения ханского титула, доставшегося Вали и отличия его ханского титула от ханских званий других правителей. Что касается детей Даира, один из них был упомянутый в китайском документе Маймутэ. Русские источники называют еще двух сыновей султана Даира – Майлы, который служил султаном Каркаралинского окружного приказа и Бешагач (Бешагаш), который был отправлен в Омск. Еще один случай того, что семьи правителей Среднего жуза не отказывались от отношений с обеими державами. Однако отец Барака не мог иметь отношений с Китаем, так как умер до гибели Джунгарского ханства. Отец же Вали хана стоял у истоков казахско-цинских отношений, сам Вали при поездке в Пекин в 1769 г. был представлен императору Цяньлуну. Как уже неоднократно отмечалось, вопрос о наследнике хана заранее обговаривался с цинским правительством. Он был одним из важных в казахской дипломатии того периода. В связи с этими обстоятельствами, письмо Даира командиру Сибирского корпуса генерал-майору Н. Г. Огареву с его родословной дополнено напоминанием о связях хана Барака с Россией, об определении ему жалованья в 200 рублей. Как сообщал Даир султан, его кандидатуру на ханство поддерживал Старший жуз в связи с тем, что он был потомком Турсуна. Однако на ханство он был избран небольшим числом подвластных ему найманов и аргынов, так как последние годы пребывал, преимущественно, в пределах Среднего жуза. А в исконных землях Старшего жуза, граничащих с Синьцзяном, усиливалось господство абылаевичей и крепли их отношения с Илийским генерал-губернаторством. В письме в Россию, Даир с глухим недовольством упомянул, что Абылаю в свое время удалось захватить трон лишь в связи с малолетством сыновей Барака.
Итак, трон достался Вали нелегко, согласно степной демократии на трон претендовало несколько знатных людей. Клан Абулмамбета не сумел выставить одну кандидатуру, не смог объединиться вокруг него, а потому потерпел поражение.»

Данная информация Клары Шайсултановны достаточно подробно раскрывает личность некогда влиятельного хана, части родов Среднего жуза – Даир-хана. Есть лишь одна поправка[3] ,что в архивных документах описывающих восхождение Даир-хана упоминается род Тортауыл относящийся к отделению Мейрам сопы-Суюндык , а не отделения Тортауыл -рода Найман.

 

Предки и потомки.

Шежире Даирхана: Даир-хан-Барак-хан-Турсын-хан-Кудайменде-Бокей-Кайнар-кошек (Кушик-султан)-Ондан-султан-Шыгайхан-Жадик-султан-Жанибекхан[4]. Далее ветка Даирхана восходит к легендарному Урысхану и «покорителю вселенной»-Шынгысхану. Род Даирхана – Торе[5].

Дети Даира:  1. Ералы. 2. Айшуак 3. Байшыгыс. 4. Мамыт.5.Бодегара. 6.Байгара. 7. Шешенкара. 8. Малкара. 9. Жолдыкара. 10. Жайык. 11. Майлы.

Есть некоторые архивные сведения о детях и его внуках:

1830 г. – Байгара Даиров  имеет две юрты, 8 верблюдов, 600 лошадей, 30 коров и 50 овец. В составе семьи двое сыновей (Сапак и Арыстан) и 5 человек женского пола. Рядом проживает семья племянника –Жангира Айшуакова .

 

1830-1840 гг. Дети Айшуака: Кушик, Жанай, Касым, Жадай, Жангир, Кулжан, Алшынбай, Клымбек.

Султаны Даировы[6] : Тойшы, Сатыбалды, Айтей.

Султаны Даировы являлись активными участниками восстания Кенесары Касымова. Вот некоторые архивные сведения о них:

«В Кокчетавский округ был послан коллежский регистратор Казачинский, обрисовавший характерную картину тех дней. Он сообщал об откочевке к Кенесары султанов Даировых, недавно принявших присягу на верность России. Султаны не придавали какого-то особенного значения ритуалу присяги и с легкостью ей изменили, присоединившись к  Касымову»,  «Для наказания султанов Байгары Даирова и Джаная Айчувакова , присоединившихся к Кенисаре, был сформирован отряд под командою генерального штаба штабс- капитана Мачульского. Отряд был командирован 6 октября из Кокчетава, в составе 200 казаков и направился к Улутавским горам вблизи которых обнаружил аулы мятежников. Напав на них ночью, отряд захватил 23 человека в плен, 3017 лошадей, 150 голов рогатого скота, 220 верблюдов и 400 баранов.
Это был последний поиск против отложившихся киргизских волостей, предпринятых на правом фланге киргизской степи в 1839 г.».

После этих событий Байгару Даирова отстраняют от должности волостного управителя. Братьям Кушику и Жанаю удается сохранить свои позиции еще до 1851 года.

Потомки Даир-хана пользовались определенным влиянием и в более позднее время. В 1889-1910 годах правнук Даира – Журка Жанторин ( Айшуаков),несколько раз избирается бием аула № 2 Терсакканской волости и позднее аула №1 Кызылкольской волости Атбасарского уезда.

Статистические сведения 1909 года. Кызылкульская волость. Аул № 1.:

Жанторе Жанай, Абылай Кулжан, Оспан Алшынбай, Булкар Касым, Бегимбек Клымбек.

 

Кем была Баян (Баянсулу).

Как уже было сказано в начале данного очерка, я не знаю, какими сведениями, кроме откровений загадочного экстрасенса, могли пользоваться неизвестные, установившие памятную плиту с надписью на старинном мавзолее Даир-хана. Но хочется верить, что в бытующей среди местного населения легенде связавшей это захоронение с именем Баян, было какое-то зерно истины. Может быть, не случайно она названа дочерью Ералы-султана, как звали старшего сына Даир-хана? Жаль, что пока не удалось найти никаких сведений о детях Ералы и его потомках. Учитывая годы жизни Даирхана можно предположить, что Ералы родился примерно в середине XVIII века, тогда годы жизни его предполагаемой дочери пришлись на период конца XVIII – начала XIX веков. Может быть, внучку действительно похоронили в мавзолее ее именитого деда?!

 

Вместо эпилога.

«Төренің сүйегінен көпір салса,басып өтпе»[7]


 

В заключение, пользуясь данной возможностью, хотелось бы обратиться ко всем, кому небезразлична история родной земли. Место погребения человека являвшегося одним из последних носителей ханского титула и традиций Казахского ханства, совершенно определенно нуждается в особенном внимании и соответствующем отношении. Памятник должен быть взят под охрану государства и имя Даир-хана должно быть возвращено нашей истории. Возможно, необходимое содействие в том могут оказать представители рода Торе, в особенности потомки Даир-хана.

 

Даурен Аяшинов. Историк-краевед. Астана 2017 год.  (dau_022@mail.ru)

 
 

[1] Дата рождения выставлена предположительно из заключений известного исследователя Казахского ханства – китаеведа, доктора исторических наук – Клары Хафизовой.

[2] Маймыт

[3] такая же ошибка отмечена в Википедии и других источниках

[4] основатель Казахского ханства

[5] Чингизиды

[6] Приведены были без имени отца

[7] Народная пословица

   
Ad

Rate post

32

Comments

Login to comment