Радуга. Рассказ. Конец
Прошло 20 лет, как у Даурена появился слух. Это было одновременно прекрасные и мучительные годы становления и укрепления. Все боялись, включая Даурена, что это может закончится и он снова уйдет в мир глухих. Но этого не происходило. Окончив школу, поступил в обсерваторию и продолжил заниматься музыкой. Он так виртуозно играл на кобызе, что люди, узнав о недуге, не верили, как ему удается сочинять столь красивые мелодии. Парень Даурен был хоть куда! Отличник, воспитанный, отзывчивый и очень добрый. С момента своего совершеннолетия, он стал самостоятельно заниматься благотворительностью, создавая команду волонтеров из таких же молодых людей, как и он. Не понимая почему, он чувствовал за собой вину, что мог слышать, а некоторые дети после многочисленных операций, так и оставались глухими, не познав прелести звуков целого мира. Чего-то не хватало его душе. В погоне за равновесием и любовью, не находилось какого-то смысла, а точнее человека, который мог понять без слов.
Место, где он когда-то познакомился с Фаризой, стало для него отправным пунктом и иногда, запутавшись в себе, он приезжал туда, садился на тот самый камень и ждал, что в его голове опять послышится тот детский голос. Ничего не слышал он так четко, как когда-то разговор с ней. Пришлось забрать кошелек радуги, который долгие годы хранил в себе вспоминания, и порядком истрепался при погодных условиях, настигших в поле.
Как-то, после концерта с оркестром и его сольным выступлением, к нему подошла молодая девушка с букетом фиалок. Девушка была совсем юная, как оказалось студентка первого курса той же обсерватории, в которой учился Даурен.
- Я Ваша большая поклонница, - смущаясь начала девушка.
- Тебе нравится композиция фиалки? – беря букет из рук девушки, спросил Даурен, с неприкрытой радостью смотря на цветы.
- Когда я в первый раз услышала ее, мне показалось она такой знакомой и родной, что я решила во что бы то ни стало научиться играть ее! Но я даже и не мечтала, что когда-нибудь встречусь с ее создателем! – Девушка, стеснительно потупила взгляд.
- Это не я ее написал. Ее написали еще за долго до меня две сестры для своей младшей сестренки Фаризы, которую папа прозвал Фиалкой. – Даурен собирал вещи и готовился выйти на улицу.
- Я не понимаю, - озадачилась девушка. – Я читала где-то в газете, что Вы написали ее в степи, где играли в детстве, когда не имели слуха. Ой, - одернула себя девушка. – Простите, пожалуйста, я не хотела быть грубой! Я наоборот очень восхищена Вашим талантом, который не был дан от рождения и который Вы сами в себе развили.
Даурен взял в руки портфель с инструментами, нотами и букет, жестом показывая, что собирается уходить.
- Вы извините меня, еще раз, мне совсем не хотелось Вас задеть. Разрешите загладить свою вину? Можно я провожу Вас? – Девушка торопливо открыла дверь, приглашая за собой Даурена.
- Я не обижаюсь, - улыбнулся Даурен. – Да, я был глухим. И даже иногда скучаю по тому времени, - засмеялся Даурен, держа ручку двери, чтобы девушка вышла первая. – Я собирался поужинать в тихом месте, так что если будете провожать, придется составить мне компанию.
- С удовольствием! Только бы скорее перейти от этого неловкого момента! Расскажите, а что Вас вдохновляет? Ваше творчество полно грусти и какой-то невообразимой отрадой одновременно!
На улице крапал мелкий дождик и они поспешили в самое ближайшее кафе, где заняли столик у окна.
- Смотрите, радуга! – Девушка указала пальцем в сторону, где в вечернем закате оживала новая жизнь семи цветов. – Красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий и фиалковый! – С задорной улыбкой повернула голову к Даурену девушка. – А меня Жанель зовут!
- Красивое имя, - ответил Даурен и посмотрел в ее красивые карие глаза, где искорками отражалось предзакатное небо с налитой цветами радугой. Что-то было до глубины родное в этом молодом взгляде, который с такой добротой взирал на этот мир. Даурен застыл, чтобы попробовать насладиться этим мгновением.
Жанель смущалась и постоянно тупила взгляд, как только Даурен всматривался в ее черты, будто видя связь между его воспоминаниями и реальностью. Это казалось таким глупым и невозможным, что он каждый раз усмехался самому себе. Но ее приятный голос и звонкий смех не давали ему покоя, от которого трепетало сердце.
Жанель оторвала лепесток от фиалки и положила его между листами в своем блокноте.
- Зачем ты это делаешь?
- В память о первой встречи с Вами. Мое воспоминание. Я всегда всё храню, - Жанель улыбнулась и опять почувствовала этот взгляд Даурена, который с каждым разом становился все серьезнее. Это была она.
Через год они поженились. А еще через год у них родились близняшки, которых они назвали Оян и Жулдыз.
- Смотрите, это радуга, - говорила Жанель, покачивая Оян, которая лежала у нее на руках и Жулдыз, которая была на руках Даурена. – Семь цветов.
Конец!
P.S. Спасибо, что прочел.