Askar Keshubaev

Дело было на родео, где время проводил ковбой.
Его все звали Тео; парень он был непростой.
Всегда шумно веселился, и любил приключения искать.
Будто дьявол в него вселился, или хотел всем доказать,
Что он не такой обычный человек, 
А всемогущий Бог.
Или хотел бессмертным остаться навек, 
Но он на деле очень плох.
Поступки совершал безумно, 
Всегда всё время рисковал. 
Никогда не мыслил разумно, 
По деревне на быке скакал. 
Прекрасно понимая, что жизнь слишком коротка, 
Он, наслаждаясь, жил только одним днём. 
Во сне с мечтой улетая, взирал на небеса, 
Всеми силами пытаясь, хотел забыть обо всём. 
Он ни разу не давал себе веру терять, 
Чтобы в старости не таскать костыли.
Чтобы не быть вторым, и пыль не глотать, 
Он горел желанием быть впереди.

Днём и ночью белеет,
А в душе у всех светлеет.
Все цветы лелеют,
Ведь становится теплее!
От любви сердце ранимо;
Оно чувствует, ибо всё незримо. 
Сдерживаясь, бывает терпимо. 
Любовь чиста, когда она невинна. 
И даже когда жизнь очень сложна, 
Она считает, что боль нужна. 
Чтобы показать насколько она 
Необычайна и так нежна! 
Её невозможно выпить одним глотком, 
И уничтожить большим молотком. 
Как же можно забыть о том, 
Что первая любовь была молоком! 
Она идёт постепенно и многогранно; 
Ей нипочём любая рана. 
Ну, почему с нами поступает так странно, 
Что появляется спонтанно? 
Захлебнувшись, теряем голову, 
Из-за страсти умираем с голода. 
Ведь мы глупы смолоду, 
И не знаем, что для нас здорово.

То прекрасное чувство так завораживает,
Что ощущаешь своё сердцебиение!
Оно волшебством несчастья замораживает,
И бесследно уносит все волнения.
Эти моменты нам сильно важны,
Чтоб с улыбкой потом вспоминать.
И чтоб в последние минуты судьбы
Не смогли бы ту радость миновать.

Самый сильный человек…
Как тяжела эта роль!
Чтоб остаться им навек,
Нужно всю жизнь терпеть боль…
А чтоб терпеть боль,
Нужно всегда молчать! 
Даже если на ране соль, 
Не стоит быстро умирать! 
Зачем демонстрировать эмоции,
Если другие не понимают?
Когда-нибудь или сейчас жизнь оборвётся; 
Никто не рискует… и боли не знают…

Моя любовь была такая,
Что невозможно описать!
Ты забудь меня, родная,
Чтоб не смог я вспоминать!
Когда тебя до смерти любил,
Совсем не знал я ценностей других. 
Не удержавшись, всё сразу погубил; 
Теперь слизываю с себя вкус губ твоих. 
Все говорили и говорят, 
Что ты чертовски хороша! 
А я повторю, как все твердят,
И лишь добавлю, что ты нежна! 
Ты не только внешностью прекрасна, 
Но ещё и душой красива! 
Твои губы цветом яблок красных; 
Эх, жгучая любовь, как крапива! 
Везде и всегда думал о тебе, 
Перебирал я все слова.
Банальная фраза в голову пришла мне: 
«Я люблю тебя!»

Одному мешает суета,
Кому-то всё время мало;
И только терпеливому всегда
Достаётся счастье, слава.
Его невозможно разозлить,
Но он не отступит никогда. 
Все привыкли вместо ответа бить, 
А от него лишь последует тишина. 
Молчаливо делает работу, 
Улыбающему спокойно улыбнётся. 
И, не думая про заботу, 
Что когда-то не проснётся. 
Но ему этого хватает; 
Это не значит, что он слаб.
Если нужно, проиграет. 
Всех земных страстей он не раб. 
Выносливый среди выносливых; 
Для него победа неизбежна. 
Прозорливый среди прозорливых; 
В душе у него так снежно.

Он сильно любил её, и любит до сих пор.
Это словно любовь к розе соловья!
Еле сдерживая свой чувственный напор,
Перед ней пресмыкался, как змея.
Но сейчас она счастлива очень. 
Ей хорошо с другим; не думает ни о чём.
Он иссяк, будто наступила осень. 
Она забыла его; не вспоминает о нём. 
Потеряв надежду, становится сложно. 
Из-за попытки не стоит печалиться! 
В любое время исправиться можно, 
Но всё ведь не сразу получается! 
Днём и ночью он думал о ней; 
С улыбкой вспоминал те времена, 
Когда её называл любимой своей. 
Но теперь потерял её навсегда. 
Она останется в его холодном сердце,
И всегда будет его согревать. 
Оказывается, есть что-то острее перца! 
Это боль, заставляющая умирать.

Есть много попыток определить понятие «эмпатия», и мне самому принадлежит несколько. Более чем двадцать лет назад я предложил одно из определений в ходе систематизированного изложения моих новых взглядов. Оно заключается в следующем. Быть в состоянии эмпатии означает воспринимать внутренний мир другого точно, с сохранением эмоциональных и смысловых оттенков. Как будто становишься этим другим, но без потери ощущения «как будто». Так, ощущаешь радость или боль другого, как он их ощущает, и воспринимаешь их причины, как он их воспринимает. Но обязательно должен оставаться оттенок «как будто»: как будто это я радуюсь или огорчаюсь. Если этот оттенок исчезает, то возникает состояние идентификации. Для формулировки моего современного представления я буду опираться на понятие состояния, или пере…