Николай Стряпшев

Падает листва с неба, И в вальсе кружась, Новыми звуками изобретаешь, Что вновь пришла Осень. Листва меняет свой облик, И как золото освещает иней глаз, Сырая сказка на краю моря, Вода блещет, умолкая. Музыка играет для покоя, Но новая хрусталь, движет иней, Листва падает, умирая тихо, Грусть остается позади. Мы готовы для нашествий, Летя сквозь листву, Дорога не в ту сторону, Меняется ритм людей. Весь город осыпан золотом, Кружатся в иней глаза, Их блеск горячо лает, Холод с Востока подул. Мимо летели щепки, Стволы срезали по корню, Билось сердце все быстро, Плач доносился близко. В минус движется иней, Кровь разогревала голову, Метель на нас движется, Буря качало море. А в море был покой, Их листьями прикрыло, Весь город на воде, Зеркально золотом сверкаясь. Медитация энергию движет, Сб…

Какова боль наших отцов, Кто дюже наше, не прикрыло, Кто смотрел вверх в пустоту, Где слёзы градом льются. Меня толкает мысль, сойти с ума, Меня тревожит сущность Земли, Кто остановит этот парад, Кому выстрел в голову облегчит. Миру сложно не увидеть всё, Пинают лютые морозы, И наше светлое в груди, Зажжется как факел огня. Молитва боли, молитва о друге, Земля пронесется сквозь траву, Поднимутся горы мощи, И оплакают на кого плюют. И не нужно биться об стену, Вода подмоет слегка, И ясный гром и раскаты молний, Взойдут ангелы со мной. Пройдут наверх, для приговора, Штамп поставят над душами земной, Что дураками пути дорог, Властью затмят русскую волю. Непоколебима это в наречий, Бывают грады со льдом, Но чаша вина внизу битвы, Закат краснеющей лавы. Молю, что перед БОГом, Я дал клятву не с…

Меланхолия, где много всех, Меняешься, где ждут тебя, Зорко кричишь, где не путаешься под ногами, Только муравей, тихо ползаешь. Время идёт, ночь ещё не наступила, Враги бегут, пока фак не показан, Меня ждут, низко опущен, По свету идти, заблудится можно. Муравьем не стать, кидаясь камнями, Все себе затаить, вышибить не раз, Крест на пузе нести, со светом не потягается, А в гробу лежит, живая плоть. От свету нельзя не ослепнуть, Мимо и там и там бежать, Не увидеть, где я, Не услышать, кто я, Не молиться, пропаду я. Меняется угол света, И меняется обличье человечье, И кого надобно, Принесло в тот вечер. Коль загородкой пошла бабка, Коль не с пустыми ведрами, Где то видано, что хвальной свет пропадал, Где щучье повадка, в ней то и будет сладка. Держаться надо за руки, Чтобы наша быль высока…

Прохожусь я по лесу, Вижу корни дальше стали, Там у истока ручей, Бьёт ключами Солнце наше. Молитва звучит в голове, Душа распахивает дверь, Волнами головокружит других, Молнии сверкают тут. Грань сложно прочитать, Занозу слегка можно задеть, А ветер бушует, говоря с нами, Снося все пустое. Веру утаила у истока ручья, Молитву прочту на разных языках, Вдали слеза бежит, И сны страшные приходят. Иль проснуться внемоготу, Буря с градом, бушуют Боги, Вера в нить первозданную, Мол не я один такой. Грязь, слякоть, и чьи-то трусы, По городу валяются, А мы спим, мы ещё не в раю, Наш рай – Вера в него. Из истока торчат корни, Руку тянут и показывают что он, Верует, что люди, были вдохновлены, Пока крестом не отметили, что рождены. Как милостыню собирая, Спрашивая у Всевышнего, За что такая пошлост…

Новый день впивается изредка, Новые взгляды дарят тепло, Под ногами земля расходиться, И движется айсберг под вопиющей красой. Кругом все матерятся, Кому-то пришло кранты, Дрожит все и даже духи, Восстали перед бурей громовой. А ты чего молчишь, Рты закрыты и боимся сказать, Как змея рутинная, Перед громом устоять. А туман накрывал город пустой, На улице нельзя не дышать, Только барбекю у подъезда, С туманом можно жрать. Компьютеры все подсохли, Их мать не рожала новых идей, Математически новый алгоритм, Без суда не могли клепать. Вопит ультразвуком голоса, Их дрожь созвучно пугало, Но смерть людей была близка, Яд их клетки поглотила. Комп даже носом чуял опасность, Мега-вирус в папке лежал, Решил кликнуть по .exe файл, У всех данные пересеклись в сетях. Но опасность тому миновало, Дрожью…

Ох, как мы глупости делаем, Как не прикрыта наша совесть, И стреляем во всех в упор, Совесть боли, глупость дали отпор. Какая ж я скотина, В своих же стреляю и глупость глотаю, Сила остается только идти, А руки дрожат, вынося тело. Во главе на трон, купили все, Короли троллей завязывают узел, Широка дорога в долгий путь, Широка жизнь в счастливую даль. Мы хотим только одного, Хотим обрести покой, Но покой со свечами, Пулями захлебнемся и ударим по ним. Грозы в передвижений мирного договора, Капли крови на стенках рубашки, Столько вынести, и стольким остаться, Глазами не узреть ту пошлость. Глупости мы всякие созреваем, А плодами же раскидываем, Рыться, среди политики нет предела, Ветер вовремя переменится. Быстрая игра, на кого она покажет, С неба одуванчики спустятся, И в за снежном покр…

Выбор есть у меня,
Можно ещё подождать 2 века зря,
Столько взысканий и суждений,
Не пройдут горесть и лесть.

Что ж делать при выборе дня,
Какую мелочь подобрать,
Что мешаем мы себе,
Этот шаг сделать.

Скребутся зайцы по утру,
Дуло вешает их приговором,
Выбор перед мольбой спустя,
Отпусти нас, грешник.

Не ту печаль ты держишь в руке,
Не ту иллюзию находишь,
Просто беги пока есть время,
Утереть сопли и бежать.

Но опять перед дорогой,
Ломаются пути сомнений,
Стой, пока не пришли,
Движется снежная буря.

Ураган смывает и на долю секунды,
Мир стал уже не тот как прежде,
Былое историю выносит,
И проносится звезда.

Меня тревожит страх,
А боль глотает все глубже,
Борьба идет изнутри,
Запутанная нить забвений.

Мир сходит с ума,
Выбор остается взять в руки,
И словно слепой енот,
Ползти до конца.

Прежним вечером того же дня, Меня дернула мысль издалека, Мне шепчет голос его, Сказав, приходи скорей ко мне. Меня осенило, ведь я не могу, Просто так из дворца пойти в леса, Чудно, но там темнота, Коль не видно ни хрена. Я маг по натуре, могу увидеть тропу, Но хитрость нужна для побега, Ловкостью зажжется свеча, И обескуражат стражи. Что ж, такова судьба, Меня ждал знахарь дед, Его взаимностью слегка, Я прославился на века. Но в глуши только стоны слышны, Не ловушка иль это, Присмотревшись на огонь, Как меня дернули и заклеили рот. Прошло 3 дня, Мы завязанными сидели и ждали, Не распутанная нить, Меня просто поймали, Как безжалостно слушая всхлип. Что с нами будет? Спрашиваю его, - это не так важно – отвечает он, - но как же о знаниях других, Которых я б хотел получить. Все в свое время…

Вот и весна подоспела, Звонко пели соловьи, И в канаве усмотрели, По уши в грязи мы. Бедой лишь зовется, Не разденешься опять, Свет виден из щели, Дают горсть воды для питья. Нам уже тут под 40, Бомжи детей наражав, Дом, я больно скучаю по тебе, Ровная награда предстает пройти. Но мы люди, люди с дикарями, Половина хотят себя съесть, Пахнут гадостью из грязи, Возвращаемся опять. Не стрелять нам не под силой, Руки обмочили, за пазухой сказали, Молчать, пока есть надежда, И биться до конца. Остановитесь, люди! Драться нет предела, другие подоспеют, Только не нож в спину, Укол противоядия свербит. Точка в этом проекте не нужна, Быстро умолкает время, Пламя не остановить, Пока не покинута семя. Щипет раны государства, На троне одни козыри, Снимают под звуком вальса, Для новых она ещё пуста. П…

В шаге направо стояла сирень, В шаге налево стоял ковыль, Битва шла на смерть, Изгибая бревно, оскал твердит упрямо. Мы столько дней сидели и гудели, Не произведенная ложь, И отчасти постарели, на полвека и в тот час, Случайно выстрел в небо, погасла звезда. Но опять, мы перешли реку, Стрелы с пулями свистят, И гораздо выше соблюдая, Весь заветный кодекс чести опять. Как белая плесень, чуть в неё не шагнул, Столько страха и сомнений, Жезл возгарит и в руке метку наметит, И возгарит вся церемония зла. Что же так тревожит, Души беззаветных враг, И плескаясь в чаше, видно боль сна, И уносит, безответно скрепя. Но бывало нынче, восторг слышан вдали, Как уютно мы посидели, Держат вымя, не разбитая свеча, Это ли мы победили. Ноль, пути не выиграны, Победа, она близка в пути, Шаг последний сдела…