Жертва догмы. Глава 10

Максим Леснов жил с родителями – Василием Алексеевичем и Полиной Емельяновной – и сестрой Леной, разведённой женщиной с сыном. Семья была дружной и Максим любил свою сестру и её ребёнка.

В 20 лет Лена вышла замуж по большой любви. Ей казалось, что её Аркаша самый умный, самый добрый, самый хороший человек на свете. Но воспитан он был совсем по-другому. И, когда у них родился ребёнок, Аркадий стал пытаться жену переделать под себя. Жить вместе стало невозможно, и Лена подала на развод.

Мать целиком и полностью поддержала Лену. Отец сначала попробовал воспротивиться решению дочери:

- Лена, твоему Никите нужен отец, - сказал тогда Василий Алексеевич. – Ради ребёнка стоило бы потерпеть.

- Ещё чего! – энергично возразила Полина Емельяновна. Ради ребёнка как раз и надо разводиться. При такой психологической несовместимости родителей из детей редко вырастает что-нибудь хорошее. Или злобные подонки вырастают, или книжные черви, как я. Поверь, Лена, - обратилась она к дочери, - я знаю и что такое жизнь без отца, и что такое психологическая несовместимость отца и матери.

Лена думала, что развод пройдёт спокойно. От отцовских притязаний на Никиту Лена решила избавиться самым радикальным образом. «Если будет требовать, чтобы я отдала Никиту ему, - подумала она, - скажу, что ребёнок не его". Но Аркадий вдруг стал уговаривать Лену остаться с ним, признаваться в любви. Почему он это делал – Лена так и не поняла.. Она точно знала, что любви у него к ней нет. Лена ответила Аркадию стихами:

Не ищи любви моей, не жди,

Если не изменишь ты себя –

Лучше от меня ты отойди,

Чувств своих ко мне не теребя.

Ограничить ты хотел меня –

Огород, хозяйство, дом, стряпня.

Целый мир хотел ты заменить

Мне собой. Но мне ведь так не жить!

Домовит ты и красив – всё так…

Но, поскольку обыватель ты –

Не моей мужчина ты мечты,

И не сжиться нам с тобой никак.

Для тебя смысл жизни – потреблять,

Для меня – служить и созидать…

Я себя не стану изменять –

И любви меж нами не бывать.

После этого, Аркадий понял, что Лена никогда уже не будет с ним жить, если он не изменится. А меняться ему просто не хотелось. Тогда он стал внушать себе, будто его бывшая жена – сумасшедшая. Поверив в это сам, он стал распространять эти слухи на заводе, где работает Лена. Но, поскольку все видели, как она работает, никому и в голову не пришло поверить Аркадию.

К Римме в семье Лесновых относились очень хорошо. В ней видели жертву тупого материнского самодурства. Василий Алексеевич и Полина Емельяновна видели в Римме только один недостаток: с ней нельзя поговорить о политике. Для неё это – лес густой. «Ну да ничего – думали они – поживёт с нами – станет интересоваться». Лена, кроме того, видела в Римме, не поладившей с мужем, сестру по несчастью. Неважно, что у той ситуация была другая – воображение Лены, помимо её сознания, приписывало Римме её мысли, чувства, переживания.

Заявление в ЗАГС Максим с Риммой подали в начале мая. Было довольно прохладно. Ночью прошёл дождь, и лужи, подсохшие за апрель, вновь оживились. Все деревья оделись нежной, не тронутой пылью листвой, только карагачи запаздывали. Их почки, казалось, копят силы, чтобы выпустить не по одному листику, а по веточке.

Мать Римма поставила перед свершившимся фактом. Та только охнула, но ругать дочь, как сделала бы три года назад, она не стала. Ушла в спальню, заперлась, поплакала. А вернувшись, спросила у хлопочущей у плиты Риммы:

- Где вы будете жить?

- Мы уже решили, - непререкаемым тоном ответила Римма. -  Сначала поживём у него, а там дальше видно будет.

- Так ведь у него в двухкомнатной квартире пять человек живёт, - поговорила Зинаида Тимофеевна. – Куда им ещё тебя?

- Эти пять человек не возражают.

- А я возражаю! – жёстко, властно и резко ответила Зинаида Тимофеевна. – Я не хочу оставаться одна! Ты понимаешь? Не хочу! – И Зинаида Тимофеевна в голос расплакалась, нисколько не стесняясь дочери.

А Римма растерялась. Не знала она, что её мать так сильно боится одиночества. Она думала, что одинокими боятся остаться люди уживчивые, с лёгким характером. Зинаида Тимофеевна к таковым не принадлежала.

- Хорошо, мама, - ответила Римма. – Я поговорю с Максимом.

Римма была рада такому обороту. Одно дело – вшестером в двухкомнатной квартире, и другое – втроём в трёхкомнатной. Только вот как сказать об этом Максиму? Знает ведь, что её мать настроена против него, что она заставила Римму выйти замуж за Дениса из неприязни к нему.

Римма пришла к Максиму. Тот с нетерпением спросил:

- Ну, как? Ты ей сказала?

- Сказала, да! – увлечённо, захлёбываясь от возбуждения, начала рассказывать Римма. – Она говорит, что хочет, чтобы мы жили с ней. Одна она оставаться не хочет. Ты представляешь, какая удача? Мы будем жить в отдельной комнате! И родители твои без тебя не останутся. Через квартал живём! Здорово сложилось, правда?

А Максим очень удивился. Он знал, как Зинаида Тимофеевна к нему относится. «Наверное, планирует портить нам жизнь» - подумал Максим. Вслух же он сказал:

- Что ж, поживём, посмотрим. Но если твоя мать станет поднимать скандалы, мы уйдём сюда, - Максим повёл рукой вокруг себя. – Если между нами возникнут проблемы, решать их в её присутствии мы не будем.

Если бы это сказал Денис, Римма обязательно заметила бы про себя: «Когда любят, об этом не думают». Но это сказал Максим, в любви которого у Риммы никаких сомнений не было, и такая мысль ей и в голову не пришла.

В это время пришла с работы Полина Емельяновна. Она увидела, что Римма сидит рядом с Максимом, и, чтобы не стеснять сына и невестку, поспешила скрыться в другой комнате. А Максим спросил Римму:

- Моей матери вместе об этом скажем или я сам?

- Как хочешь, Максим. Решай сам, - ответила Римма.

- Хорошо, Римма. Я скажу сам. Только я скажу это, когда соберётся вся семья.

Римма попрощалась с Максимом и ушла. Полина Емельяновна вышла из комнаты, переодетая в домашнее платье, и спросила Максима:

- Ты сказал Римме, что сегодня мы ночуем на даче?

- Нет, не сказал. Да если бы и сказал – что толку? Она не смогла бы поехать. Завтра ей рано на работу.

Полина Емельяновна и Максим сели готовить пирожки. Максим раскатывал тесто, Полина Емельяновна лепила и жарила пирожки. Она любовалась сыном, думая, как хорошо его воспитала. Зная, что жена любит бывать на даче и  не сможет туда поехать, он не стал ей говорить, что сам будет ночевать там.

Так думала Полина Емельяновна. Она знала, как некоторые матери жалуются, что их мужья чутче относятся к жёнам, чем к ним, и всегда в таких случаях отвечала: «Так не бывает. Как к тебе относится, так и к ней. Другое дело, что ты хочешь, чтобы он был чуток только к тебе и равнодушен к остальным. Но так тоже не бывает».

На даче, едва Лесновы собрались ужинать, Максим сказал:

- Римма говорит, что будет лучше, если мы поселимся у неё. Говорит, что у её матери страх перед одиночеством пересилил неприязнь ко мне. Но мне кажется, что она хочет натравливать Римму на меня, разжигать всякие скандалы на пустом месте. Несмотря на это, я согласился, но поставил условие: до первого скандала.

- Я боюсь, Максим, что эта женщина хочет сделать из тебя обывателя, - вздохнул Василий Алексеевич. Что ж, где жить – решай сам. Только я тебя прошу, сынок: не омещанься!

Василий Алексеевич не понимал, что Зинаида Тимофеевна уже не может влиять ни на Римму, ни на Максима. Не может потому, что зарабатывает меньше, чем они. Василий Алексеевич вырос в семье другого типа, где деньги не имели такой власти, сам создал аналогичную семью, и плохо понимал жизнь в семьях, где всё по-другому.

Максим поселился у Риммы. Зинаида Тимофеевна выделила им комнату меньше, чем та, которую Римма занимала с Денисом. Но дальше этого демонстрация характера не пошла, и Римма с Максимом зажили спокойно и ладно.

На первом месяце совместной жизни Римма заподозрила, что беременна. Тест подтвердил её догадку.