Запрет абортов: недальновидная политика Госдумы
Этим летом по инициативе российских чиновников в Госдуму был внесен законопроект о выведении абортов не по медицинским показаниям из системы обязательного медицинского страхования и проведении их только в государственных клиниках.
Инициатива депутата Елены Мизулиной и ее сотоварищей вызвала массу споров. По словам госпожи Мизулиной законопроект поможет «выбить почву из-под ног у теневого абортивного бизнеса». Однако это вызывает сомнения. Ведь по данным статистики количество абортов в основном приходится на регионы с низким уровнем жизни, и запрет бесплатных абортов вызовет скорее прирост подпольных и нелегальных абортариев. Те, кто могут позволить себе платить за аборты в частных клиниках, по-прежнему будут в состоянии заплатить за аборт и в государственных медучреждениях. Однако вопрос качества остается открытым: не секрет, что женщины предпочитают частные клиники, опасаясь за сохранность здоровья. Но те слои населения, которые не могут себе позволить платить за качество и вежливость, скорей всего будут платить и за безопасность здоровья.
При нынешнем изобилии частных клиник, 10% женщин, сделавших аборты, впоследствии страдают гинекологическими заболеваниями, а 7% - бесплодием. О каком демографическом приросте может идти речь, если частные клиники, занимающиеся столь «безнравственным», по словам Мизулиной, делом перестанут оказывать свои услуги? В романе «Казус Кукоцкого» Евгении Улицкой есть такие строчки: «Это беременная матка с проросшим луком. Луковица вводится в шейку матки, прорастает. Корневая система пронизывает плод, после чего извлекается вместе с плодом. В удачном случае, разумеется. Неудачные попадают ко мне на стол или прямо на Ваганьково... Вторых больше...». Разумеется, сейчас не смутное время многолетнего советского запрета абортов, и способы будут совершенно иные, более современные, более безопасные. Но это в городах, где уровень грамотности и благосостояния населения достаточно высок. К каким повитухам пойдут малоимущие жители деревень – пока непонятно. Нарушителей же, практикующих подпольные аборты, оштрафуют: частные лица на 200 тыс. руб., юридические лица до 2,5 млн. рублей. В общероссийской общественной организации содействия охране репродуктивного здоровья граждан "Российская ассоциация "Народонаселение и Развитие" (РАНиР) считают, например, что Ограничение доступа к абортам не уменьшает числа абортов и не увеличивает рождаемость. Нельзя сказать, что запрет абортов приведет к ухудшению демографической ситуации в стране, но, если опять-таки вспомнить историю, то в 1955 году, наконец, поняли, что подпольные, выполненные без надлежащих условий, аборты приводят не только к бесплодию у женщин, но и зачастую к смерти, что уж никак не улучшит эту самую демографическую ситуацию.
Как выразилась врач высшей категории, акушер-гинеколог Татьяна Белоногова: «Убрать аборты из перечня обязательного медицинского страхования - полный бред, и в стране слишком много пишущих законы людей, рассуждающих с умным видом». По ее словам, в разы возрастет число криминальных абортов и, соответственно, связанных с ними осложнений. Вот примерно за такие слова сейчас активисты предлагают отлучать от церкви. Члены правозащитной автономной некоммерческой организации "Сохраним жизнь вместе" обратились к патриарху Кириллу с просьбой отлучить от церкви продвигающих «абортную идеологию». Однако не все верующие предлагают столь категоричные меры. Врач-гинеколог из Санкт-Петербурга Екатерина Симбирёва говорит: «Моё мнение об абортах неоднозначное. Лично я, как врач, аборты не провожу с религиозной точки зрения, но против быть тоже не могу: у каждого должно быть право выбора. Это всяко лучше, нежели видеть бездомных, брошенных детей, которые, чаще всего, растут асоциальными. И мы, конечно, не можем исключить аборты по социальным показаниям. Если говорить о запрете… тогда у нас повысится смертность от криминальных абортов. От абортов «на дому».
И действительно, по статистике от Генпрокуратуры РФ, 40 процентов выпускников сиротских учреждений становятся алкоголиками и наркоманами, еще 40 процентов совершают преступления.
Может быть, стоит заниматься не запретом абортов, а пропагандированием планирования семьи и контрацепции? Как следствие запрета абортов предлагается перенаправить эти деньги на поддержку матерей. Но неужели не понадобится, в таком случае, расширить детские дома, сиротские приюты, поставить, так называемые бэби-боксы, в которых матери анонимно могут оставить своих новорожденных детей? Что потом станет с оставленными младенцами – никто не знает.
Ну а те, кто, все-таки, в случае запрета бесплатных абортов или запретах абортов в частных клиниках, решат пойти на такой шаг, они могут внести свою лепту в абортный туризм. В странах с очень жесткими законами об абортах такие путешествия очень популярны. Например, во Франции, где аборты разрешены только до 19 недель (а со дня обращения до аборта пройдет две недели «на обдумывание»), то, чтобы успеть сделать аборт до этого срока француженки отправляются в соседнюю Германию. Там за день выполнят обследование и сделают аборт. В Англии дело обстоит несколько иначе, и англичанки едут в Голландию, ведь на туманном Альбионе для того, чтобы сделать аборт необходимо разрешение двух врачей: семейного доктора и гинеколога, прием у которого стоит около 200 фунтов, а сам аборт – 1000? Но, с другой стороны, в Англии аборты делают до 24 недели беременности, а по всей Европе до 22 недели, что делает Англию популярной страной для абортного туризма у женщин стран Евросоюза. Ведь во многих странах, например, в Польше аборты разрешены только по медицинским или социальным показаниям.
Опыт других стран и прошлых лет не может не показывать нам, что запрет абортов не приводит ни к чему хорошему. В короткосрочной перспективе – возможно, но такая политика отнюдь не дальновидна.