Записки студента
Записки студента. § Либо этот парень очень умело скрывал свои чувства, что даже тень его слов не отражались в его глазах, либо он её не любил. Взгляд, в котором не было уверенности в своих же словах. И этим взглядом он упирался в меня. Мне стало всё равно на всё.
-Нет, ты слышишь, что я тебе говорю? Она тоже человек, и может делать что хочет, в пределах разумного.
-Брат, хватит.
Я одернул его. Она уже потеряла свою ценность. Если она выбрала его... Разве что у него есть какие-то глубинные таланты и обаяние, которые он прячет от мира и от себя, ну да не мне судить.
-Да подожди родной, сейчас договорим.
-Ладно, пусть общается, я разрешаю. -"парень" решил взять инициативу в свои руки. "Проснулся".
-Я тебе ещё раз повторяю, мы с тобой нормально разговариваем, я тебя не упрашиваю, я тебе не братишка твой, ты мне одолжения не делай. Я мог по-другому с тобой все решить – его голос стал жёстче, он начал немного давить.
-Брат, хватит, она того не стоит. "Это её выбор".
-Можем и по-другому поговорить - а парень хочет подраться.
-Чей братишка будешь?
-Ермека с "Талгара". А чё, знаешь его?
-Я Ермека старших знаю, лучше не дерзи, я ему сообщу, пусть с тобой пообщается.
-Всё, Турсун, претензий ко мне нет? - Я решил, пора завязывать с театром.
-Нет.
-Ну всё, расход.
-Он будет с ней общаться - брат сказал последнее слово.
-Пусть, до тех пор, пока она сама не запретит.
-Давай, пусть парни из-за юбки не хаваются.
-Вообще-то, она моя девушка
-Я тебе ещё раз говорю, Турсун, я с тобой нормально разговариваю - неожиданно брат завелся.
-Всё парни, давайте! Идите.
Я уводил брата. Они потоптались, переглянулись, и ушли.
-Щеглы, ссука, ахуели блядь. – «Вовремя же парни ушли, сейчас бы чуть-чуть, и я бы его не остановил.»
А месил брат от души, в своё время «молодёжку» забирал по боевым искусствам, «отрабатывал» парней он капитально. Недели этак на две в больнице.
-Брат, не стоит.
-Да я их братанов ломал, он мне стоит ломается, "разрешаю" нах. - он закурил.
-Брат, рахмет, не стоило, надо было самому всё решить.
-Да не, ты чё братишка, обращайся) - Он усмехнулся. "Рахмет тебе за помощь родной".
-Джарайд, братик, я пошел, давай, не болей.
-Давай, рахмет!
-Да ничё.
Он рассмеялся и ушёл. А я остался один. Мне нужно было домой. Дома было тихо.
-Есть кто дома?
-Жангир, балам, - из кухни поспешила апа Рабия, у неё было красное, заплаканное лицо - иманды болсын!
"Так это правда". Я опешил.
-Аминь - произнес как-то не осмысленно.
-Где аке?
-Әкен ауруханада, реанимацияда жатыр, анан оның қасында.
-Мен сол жерге барайын, хоть пойму, что случилось.
-Бара ғой балам, көмектес анаға.
Я вышел из дома. Было необыкновенно хорошо на улице. И шел дождь. Поднялся в реанимацию. Кто-то сидел, качаясь из стороны в сторону возле дверей, и кто-то успокаивал этого человека. Я узнал в ней маму. И испугался. Я никогда в этой жизни не видел у людей таких глаз. Они не были просто заплаканными, в них погасла жизнь. Два маминых любимца - старший брат и моя сестренка - раньше горели в этих глазах, светились и лучились, даря спокойствие. Сейчас там все потухло. Безжизненные глаза.
-Мам? - Она не слышала.
-Мама? ... -Мама?! - я взял её лицо в свои руки. Она подняла взгляд, вглядывалась минуту, и … Не узнала.
Мама не узнавала меня. Как будто чужой человек смотрел на меня глазами моей матери. Я отшатнулся. Сердце стало холодным. Ледяной пот пробежался по телу. Нельзя так, так не может быть. «Мама!».
В маминых глазах всё ещё стояли её творения. Её жизнь. Её крылья. Опора. Печаль и радость. То, на что мама уповала, и тратила свою жизнь. Там были они. Искандер и Айша.
И тогда я забоялся. Испугался. Чёрная, страшная дыра в груди засасывала чувства.
Внезапно её взгляд сфокусировался на мне, затем воскликнула:
-Сынок, Жәңгір, балам, - обняла меня и начала плакать. Она шептала что-то неразборчивое. А я успокаивал её. Я узнал человека с мамой: это было дядя Кенжебай. Он отвел меня в сторону.
-Жангир, сегодня ночью не стало Айши... Исканя - даже не было возможности его спасти. Похороны будут через три дня. Он тоже был в шоке, но, как мужчина, не показывал переживаний. Он рассказал, что и как случилось. И мир стал серым.
