Закосил под code_of_hamurabi, написано в его мозговыносящем стиле.
Турар не досаждал ей разговорами, его широкое лицо все время было
спокойно-ласковым, в узких бесхитростных глазах светилась участливая
улыбка. И она была благодарна ему за эту улыбку, за молчание.
И сейчас, сидя в лексусе на капитанских сидениях особой комплектации Оттоман спиной к Турару, она ощущала на затылке
его взгляд. Все время казалось, что Турар желает что-то сказать, но
разговаривать совсем не хотелось, и она сидела не оборачиваясь.
- Малена,- позвал он. (как фильме с Моникой Белуччи)
Она слегка повернула голову.
- Хочешь кумыса, Малена?
Только теперь она почувствовала, что от зноя во рту пересохло ибо ехать с кондером очень опасно, можно же заболеть. Молча
кивнула. Турар налил в серебряный стакан кумыса из специализированного серебряного бутыля, уложенного в
повозку его водителем. Кумыс был теплый и кислый, от него засвербило в носу.
- Скоро будет Сиерра-Лионе,- сказал Турар, закрывая бутыль.- Там в гостинице поедим свежих ящериц, отдохнем до вечера. Дальше поедем ночью. И прохладнее ,и безопаснее.
В этот день Турар все время держал на коленях АКС -47, под рукой, лежал пистолет ТТшник с рукояткой из рога слона.
- А какая тут... опасность?- без интереса, чтобы хоть что-то сказать,
спросила она.
- Тут бегают партизанские войска. Мы, представители старой власти, все время в ссоре с ними. Недавно воевали. Они убили нашего Шефа Лю Кенга, тяжело ранили его сына Саб Зиро.
Турар говорил, тревожно вглядываясь в тонированные стекла лексуса. Но кругом не было ни души, только изредка перекликались в чахлой траве суслики.
Вскоре местность стала заметно ниже, а земля не такой сухой и твердой.
Впереди, расплываясь в горячем дрожащем воздухе, показалась темная гряда
тальниковых зарослей. Водитель лесуса, почуяв гостиницу и телок, погнал быстрее.
На широкой парковке, в тени навеса гостиницы, водила парконулся, а пассажиры пошли в гостиницу. Малена зашла в номер, села на кровать, включила кондер на всю мощь и хит-тв по телику, Турар присел рядом, притронулся
рукой к ее плечу.
- Не печалься, Малена. У нас все будет хорошо, вот увидишь. Род мой не
богат и не знатен, но я умею работать и метко рубить бабки. В Гвинее много бриллиантов и кровавых алмазов. Я буду стараться, Малена, чтобы тебе жилось не хуже, чем в доме самого Сильвио Берлускони.
Малена слушала молча, смотрела какой-то клип, какого-то Айкына. По телу ее текли струйки воздуха включенного кондера. Неторопливая, раздумчивая
речь Турара успокаивала Малену. Попробовала представить свою жизнь там, в Гвинее, в лучших домах той страны, но из этого ничего не получилось,
она видела перед собой одно и то же: Италию, у светлого озера, окаймленного
высокими зарослями сакуры, сады с алматинскими яблоками, апортами.