«Я в своей правоте уверен, поэтому ничего не боюсь». Попытка разобраться в деле Мухамедиулы
Скандал вокруг министра культуры и спорта Арыстанбека Мухамедиулы не затихает уже больше месяца.
Я долго наблюдал за ним со стороны и не хотел вмешиваться, но призыв о помощи со стороны Енлик Сыдыковой переполнил мою чашу терпения.
Как такое возможно, что после обвинений в адрес министра гражданку нашей страны посреди бела дня караулят у ее дома подозрительные личности, представляются сотрудниками финпола, звонят ей на телефон, препятствуют ее нормальной жизни?
Решил уже лично разобраться в этом деле и, пользуясь тем, что когда-то работал вместе с Арыстанбеком Мухамедиулы, позвонил ему лично.
Привожу краткое изложение нашего разговора с его позволения:
Марат Толибаев: Ареке, здравствуйте. Звоню вам на счет Енлик Сыдыковой. Я возмущен ее преследованиями. Неправильно все это. Вообще хотел с вами поговорить об этой истории. Если, конечно, у вас есть желание.
Арыстанбек Мухамедиулы: Здравствуйте, Маке. Я готов вам рассказать свою точку зрения.
М.Т.: Почему началась вся эта история с Енлик?
А.М.: Я считаю, что это дело рук моих противников, людей из сферы искусства, которым я помешал делать их неблаговидные дела, связанные с бюджетными деньгами. Думаю, это они просто использовали Енлик.
М.Т.: То есть всего, что она говорит, не было?
А.М.: Не было и физически не могло быть. Мои адвокаты публиковали документы, подтверждающие, что я в тот период практически отсутствовал в Алматы, был задействован в мероприятиях в Астане и других городах. Кроме того, Енлик в тот год вообще не поступала в Академию. Так что, все, о чем она говорит, не может быть правдой.
М.Т.: Но ваши ответные действия на ее заявление я считаю излишне жесткими?
А.М.: Поймите, Маке. У меня просто нет другого выхода. Она сделала публичное заявление, которое порочит меня. По кодексу госслужащего я должен или признать это правдой и уйти в отставку, или подать в суд на заявителя, чтобы в суде доказать свою невиновность. Правильно? Вы же были госчиновником и знаете это. Если я буду просто молчать и не реагировать, то общественность возмутится еще больше. Будут считать мое молчание знаком согласия. Поэтому я ждал ровно месяц, надеялся, что Енлик одумается и откажется от своего заявления. Понимаете, если я подам в суд на нее за клевету, то ее могут даже посадить в тюрьму. И тогда я опять буду монстром в глазах людей. Все будут меня проклинать. Я этого не хочу. Поэтому и передавал ей через Жениса Сейдоллу: мне не нужны ее страдания и ее наказание. Пусть просто публично опровергнет свои обвинения в мой адрес. Тогда я не буду доводить дело до суда. Мне нужно только защитить свою честь.
М.Т.: Так это действительно вы посылали Жениса Сейдоллу к ней домой и ее родителям?
А.М.: Не я посылал, а он сам вызвался переговорить с ее отцом, так как знаком с ним. Женис тоже понимает, чем ей это грозит, и хотел ей помочь остановиться, пока не поздно. Но она не послушала отца.
Т.М.: Но согласитесь, преследовать человека от имени финполиции, постоянно звонить на телефон, караулить у входа в дом – это возмутительно. Так не должно быть.
А.М.: Во-первых, я сомневаюсь в правдивости этой информации.
М.Т.: Но она опубликовала фотографии людей, их имена. Если они не сотрудники финпола, то, мне кажется, сам финпол заинтересован найти их и привлечь к ответственности за самозванство. Помните, был случай, когда какой-то мужчина нарушал правила дорожного движения и избил кого-то под видом сотрудника КНБ? Его же в течение пары дней само же КНБ и нашло. Он потом был вынужден на всю страну публично просить прощения. Если финпол так не делает, то это вызывает подозрения у общественности.
А.М.: С этим спорить не буду. Наверное, финполу так и надо сделать.
М.Т.: То есть вы подтверждаете, что вы не натравливали финпол на Енлик? Я понимаю, что это не так, но хочу, чтобы вы это сами сказали.
А.М.: Это смешно. Кто работал на госслужбе, тот знает. Как министр культуры может натравить финпол на какого-то гражданина? У меня такой власти нет.
М.Т.: А что вы скажете о том, что якобы по указанию с министерства культуры в академии собираются подписи студентов в вашу поддержку?
А.М.: Я такой команды не давал. Наши студенты – творческие и свободные личности. Если бы такая команда была, кто-нибудь сразу бы выставил материал в соцсети. В действительности была инициатива декана факультета. Он считает, что Енлик своими действиями позорит весь ВУЗ. Но я его остановил и попросил не организовывать ничего. Зато я знаю, что по Академии ходили какие-то непонятные личности и, наоборот, подбивали студенток написать на меня компромат.
М.Т.: То есть не написать правду, которую они боятся обнародовать, а написать ложь?
А.М.: Именно. Написать ложь, то есть то, чего не было.
М.Т.: Ну что ж, Ареке. Спасибо за разговор. Многое в этом деле мне открылось в ином свете. Но я бы дал вам совет говорить все эти вещи открыто. В тех же соцсетях, где вы стали антигероем.
А.М.: Маке, я считаю, что сказал на эту тему уже достаточно. Сидеть в Фейсбуке каждый день и отвечать на каждый комментарий я физически не могу. Для меня самое главное – это моя внутренняя совесть. Она у меня чиста. Я в своей правоте уверен, поэтому ничего не боюсь.
P.S. Этот пост не в поддержку Арыстанбека Мухамедиулы. Это просто попытка докопаться до истины, выслушав обе стороны конфликта. Не скажу, что после разговора с министром стал безоговорочно его сторонником, но картина немного выровнялась. Буду наблюдать за ситуацией дальше.
Запись из facebook