Вторая глава книги про Золотую Орду, Едыге.

Глава 2

Братство

Ничто не нарушало безмолвие ночи в ставке Урус хана. Иса смотрел сквозь шанырак на звездное небо и размышлял. Различные мысли терзали его душу. Каждую ночь ему снилась казнь отца, и каждый раз он просыпался в холодном поту, с невыносимой тяжестью от собственного бессилия, что не смог ничем помочь отцу. Ему казалось, что он сходит с ума. Перед глазами проносились разные моменты из жизни. И особенно часто он вспоминал её –Айбике, младшую сестру Токтамыса.

Впервые Иса увидел ее несколько лет назад, на тое его сестры Жамал-бегим и Темирбек султана. Тогда отец султана устроил большой той, на который были приглашены многие представители знати из «белой» и «черной» кости. Прибыл на празднество и Тойкожа султан с сыном Токтамысом и дочерью Айбике. Иса не мог оторвать свой взгляд, упавший на ее белоснежное лицо и зеленые глаза. Но не только внешностью она пленила его. Ее опущенный взор, скромное поведение давало знать о ее религиозном благочестии и строгом воспитании. Она не была похожа на простоватых девушек из степных племен, которых он повстречал в своей жизни.

Тогда он попросил Едыге разузнать о ней, зная, что всегда может положиться на смекалку младшего брата. Едыге как послушный младший брат, решил исполнить его волю, тем более, что шестнадцатилетний Иса еще не был женат, так как был привередлив, когда дело касалось девушек, и всегда отказывался от настояний отца жениться на дочерях его давних друзей из знатных родов. Через некоторое время Едыге вернулся и сообщил, что ей столько же, сколько и ему – тринадцать лет, и она засватана за Кунше султана, и их свадьба состоится через два года. Услышав об этом, он решил забыть о ней и не пытаться познакомиться, будучи от рождения стеснительным и нерешительным.

Спустя год после этого, Иса в составе мангытского ополчения принял участие в одной из многочисленных битв, которые происходили между претендентами на ханский трон в столице Сарай-Берке. Там он был ранен стрелой в левое плечо, и после сражения был отправлен в юрту лекаря, чтобы залечить рану. Там-то он и увидел снова Айбике, которая ухаживала за своим раненым братом. Желая привлечь ее внимание, он обратился к Токтамысу:

- Тяжело ранили?

- Тебе какое дело?! – с раздражением ответил Токтамыс, и добавил, - Не хватало мне жалости от черни.

Тогда Айбике учтиво сказала:

- Брат, будьте милосерднее. Он лишь хотел узнать как ваше здоровье.

Свирепый Токтамыс смягчился, услышав слова своей единственной младшей сестры. Он всегда прислушивался к ее словам. Спустя некоторое время он спросил у Исы:

- Тебя как зовут? Из какого войска будешь?

- Я - Иса из мангытов. Из войска Темирбек султана, - спокойно ответил Иса, радуясь в душе заступничеству девушки, в которую он был влюблен.

- А-а, мангыты. Значит из центральной части войска. Мы тоже сражались в самой гуще, - самодовольно сказал Токтамыс.

- Надеюсь, мы не зря проливали свою кровь.

- Это ваш удел – умирать за то, чтобы кто-то из нас сидел на троне, - снова резко сказал Токтамыс.

Иса решил больше не беседовать с ним, и набравшись смелости, обратился к Айбике:

- А вы? Что здесь делаете? Неуж-то тоже участвовали в битве?

Айбике доброжелательно улыбнулась и ответила:

- Я здесь, чтобы учиться целительству. Читаю целительные молитвы, которые помогают быстрее залечить раны.

- Может получиться и с моей что-то сделать? – обратился к ней Иса, и Айбике после помощи брату, попыталась исцелить его рану.

После этого случая Исе получилось подружиться с ней. Вскоре к ним троим присоединился и Едыге. Коренастый, крепкий и смуглый, в отличии от своего высокорослого, худощавого и белокожего старшего брата, он виделся удалым джигитом. Ему не было дела до девушек. Он искал себе друзей, таких же смелых и решительных как он сам, мечтающих о батырских подвигах. Поэтому он смог быстро найти общий язык с гневливым Токтамысом, и вскоре они уже вовсю обсуждали нынешнюю ситуацию в Великом улусе, о том, что следует предпринять для возрождения величия страны, обсуждали о достоинствах и недостатках каждого из известных претендентов на престол в столице.

Айбике прониклась симпатией к энергичному и не по годам серьезному Едыге. И Иса это заметил, но не подавал виду. Он надеялся, что благодаря оказанию ей помощи, а также дружеским беседам, сумеет добиться ее расположения, но все это было зря, и он лишь докучал ей. Все её внимание было на Едыге. С тех пор, червь ревности и зависти начинал разъедать его сердце.

Мысли в голове Исы беспорядочно сменяли друг друга. Теперь он думал о своем младшем брате. «Где он? Выжил ли? Хотя, конечно, выжил. Не может быть по-другому. Ведь судьба всегда была на стороне Едыге. Уважение людей, любовь родителей, внимание девушек, даже спасение из плена, все всегда первым получал Едыге, и затем если что-нибудь оставалось, доставалось и ему. Нет смысла о нем беспокоиться. Младший брат называется, даже не предупредил, что собирается сбежать. Всегда думает лишь о себе...».

Его размышления были прерваны топотом копыт и голосами снаружи. Вдруг дверь их юрты резко открылась и воины внесли человека, связанного по рукам и ногам арканом. Приглядевшись, Иса узнал Токтамыса. Во главе этих воинов стоял султан Кутты-Бука – старший сын Уруса. Полноватый, невысокого роста, с горделиво поднятой головой, он обратился к пленнику:

- Ну что, Токтамыс?! Не получилось сбежать и во второй раз? Радуйся, что хан-отец повелел не трогать тебя, чем оказал тебе великую милость. Смотри, убежишь в третий раз, отправишься вслед за своим отцом! Я тебе обещаю!

Затем повелев воинам никого не впускать и строго охранять эту юрту, он вышел, и его нукеры вышли вслед за ним. Оглядев с ног до головы сильно потрепанного Токтамыса, Иса ехидным и довольным голосом сказал только что проснувшемуся племяннику:

- Смотри-ка, Темир-Кутты, вот и вернулся снова наш батыр. Забыл видимо поговорку «Дело одиночки не свершится, руку он протянет – ничего не достанет». Хотя, что я говорю, он же у нас второй Чингис хан. Ему все по плечу.

- Но и у Чингис хана были друзья, без которых он не смог бы ничего добиться. Жамука, Борши, Жебе, Субетай батыры, - поучительным тоном ответил племянник.

- Видимо Токтамыс превосходит своего предка. Ему никто не нужен. Ладно. Если сможем найти отсюда выход, то и мы ему не поможем, - сказал Иса и подмигнул правым глазом.

Слушавший их разговор Токтамыс казалось не замечал их издевок, но заметил в мимике Исы уверенность в своих словах, будто он уже знает, что выберется отсюда. Если бы его руки и ноги не были связаны, то он бы показал им каково это издеваться над ним. Попросить их помочь не позволяла гордость. Недолго раздумывая, он повернулся к Темиру-Кутты и сказал:

- Эй, сопляк, быстро развяжи мои руки! Иначе получишь!

Темир-Кутты от страха собрался было помочь, но Иса одернул его.

- Темеш, не надо ему помогать. Какой нам толк от него? Относится к нам как к собакам. Пусть сам себя спасает, - сказав это спокойным тоном, Иса перешел на другую тему, - Ты поглядывай на улицу, вдруг он уже пришел.

Догадки Токтамыса начали сбываться. Эти двое кого-то ждали, видимо, кого-то кто поможет им сбежать. Темир-Кутты вглядывался через небольшую дыру в кошме, которую они сделали, чтобы видеть происходящее вокруг.

- Народу очень много и все они идут в сторону ханской орды. Видимо пиршество по поводу окончания курултая началось. Он тоже должен быть где-то в этой толпе, - сказал он.

Начинало смеркаться. В центральной части ставки уже вовсю шло пиршество, доносились голоса акынов, состязавшихся в айтысе. Тем временем Иса и его племянник начали сомневаться в приходе своего спасителя.

- К нашей юрте идут какие-то люди, но его среди них нет, - сказал Темир-Кутты, и Иса подойдя к дыре в кошме, увидел незнакомых людей, которые несли казан. Они подошли к нукерам Уруса, сторожившим юрту и сказали:

- Сарбазы, вы наверное проголодались. Наш милостивый и справедливый хан – Урус Мухаммед, повелел накормить каждого воина, который не смог участвовать в пиршестве, исполняя свой долг.

Воины обрадовались, получив по блюду сорпы из конины и несколько кусков казы. Темир-Кутты и Иса пали духом, ожидая увидеть все, кроме кормления туленгутов. Токтамыс злорадно рассмеялся над ними, лежа в дальней части юрты.

Время шло, и разочарованные дядя и племянник начали засыпать, как вдруг услышали как со скрипом открылись двери. Они разглядели в лунном свете облик своего спасителя и лежащих на земле сторожей.

- Жекре, где ты так долго был?! – обрадовавшись воскликнул Темир-Кутты.

- Тише, и не называй меня по имени, болван! Нужно было время пока яд подействует на них. Следуйте за Жанбаем, и доверяйте ему, как доверяете мне. Ну все, ак жол! – сказал их спаситель, и незаметно ушел, растворившись в ночной темноте.

Темир-Кутты узнал юношу, стоявшего за Жекре. Он был одним из тех, кто нес казан.

- Рахмет, Жанбай! Мы знаем, что ты рискуешь многим, чтобы нам помочь, - выразил ему благодарность Иса.

- Я лишь исполняю волю нашего султана. Его отец очень дорожил дружбой с вашим отцом. Пойдемте за мной, - обратился Жанбай к Темиру-Кутты, а затем посмотрев в юрту, и увидев Токтамыса, спросил, - Его тоже нужно вывести?

- Мы решили, что нет. Уходим! – сказал Темир-Кутты, и они вышли закрыв за собой двери.

Токтамыс, связанный по рукам и ногам, смотрел как двери юрты закрываются и он остается один и в полной темноте. «Так вот, кто им помогает. Чингис султан, он же Жекре - «Крикун». Этот крикун был сегодня очень тихим и скрытным... Да-а, пока не окажешься в беде, не поймешь, кто твой друг. И кто чей друг», - думал он. Жгучее чувство досады жгло нутро Токтамыса. В его душе боролись два чувства. Первое – сожаление, что он не умеет заводить друзей и отталкивает от себя людей своим грубым и крутым нравом. Второе – непоборимая гордость, которая не позволяла унижаться перед кем-то и просить у кого-либо помощи. Он думал, что даже если сильно захотел бы, все равно не смог бы попросить кого-нибудь об услуге. Однако после двух неудачных попыток бегства, он оказался связанным в темной юрте и совсем один, пока другие приближаются к свободе.

Долго размышлял он о своем положении и о своей судьбе, пока не осознал, что ему пора меняться. Его самонадеянность сыграла с ним злую шутку и он это понял. Он не сможет отомстить за отца, не сможет занять престол в Сарай-Берке, если будет пленником, не обладающим собственной волей. Не имея возможности обратиться к кому-либо за помощью, Токтамыс взмолился Всевышнему, прочитав из Корана то, чему научился у ходжи, которого когда-то нанял его отец для обучения своих детей религии. После этого, он попросил: «Прошу тебя, о Всемогущий, о Всевышний Аллах! Помоги мне выбраться из этого плена, и я обещаю, что изменюсь! Я усмирю свою гордыню, не буду больше таким грубым и самонадеянным, буду терпимее к людям!». После этого он почувствовал облегчение в душе и чувствовал, что засыпает.

Вдруг двери юрты открылись, и он увидел Ису с ножом в руке. Он подошел к нему и сказал:

- Не знаю, правильно ли я делаю, что помогаю тебе. Надеюсь, ты поймешь ценность этого. Поблагодари свою сестру как освободишься.

Токтамыс посмотрел на него и все понял. Он давно знал о том, какие чувства Иса испытывает к Айбике.

- Спасибо… - тихим голосом сказал он, еле выдавив слово благодарности, - Я это запомню.

Освободившись, он вышел за Исой из юрты, проходя с задней стороны через ряды пустых юрт, гости которых ушли на пиршество. Ночная мгла помогала им и вскоре они встретились с Жанбаем и Темиром-Кутты, которые держали за поводу шесть скакунов. Иса обратился к Жанбаю:

- Спасибо тебе, брат! Скажи, чей ты сын и из какого рода-племени, чтобы мы могли найти тебя и отблагодарить в лучшие дни?

- Я – Жанбай, сын Кенеса, из племени Кенегес. Повелитель нашего улуса – Акмыл султан, отец вашего друга, - сказал Жанбай, приложив руку к груди, - Ну, ступайте с Богом!

Жанбай незаметно вернулся к пиру, где Жекре, опьяневший от вина, уже не мог держать себя в руках и приставал к туленгуткам, разносившим блюда. Жанбай доложился об исполненном деле, и Жекре, услышав это улыбнулся, лег на спину и уснул прямо на пиршестве. Никто этого и не заметил, так как все это происходило в огромной восемнадцатикрылой орде Урус хана, куда вместились все несколько сотен знатных гостей со своими приближенными.

Тем временем Иса, Темир-Кутты и Токтамыс сели на скакунов, взяв за поводья сменных коней, и отправились в путь.

- Куда мы направляемся? – спросил любопытный Темир-Кутты.

- К амиру Темиру, - ответил Иса.

- Почему к нему? У нас ведь много родичей в улусе, у которых мы сможем найти убежище.

- Потому что нам нужно не убежище. Нам нужна месть. А амир Темир – единственный кто сможет и захочет нам помочь в этом, - ответил ему Токтамыс, опередив Ису.

Дядя с племянником посмотрели на него, и были довольны его ответом, заметив в нем признаки изменений в лучшую сторону. Ориентируясь по звездам в безоблачном степном небе, трое джигитов, объединенных общей целью и прожитыми невзгодами, отправились на юг.