Встреча друзей
Ночью выпал снег и присыпал гололёд. Идти было даже более опасно, чем прежде, по голому льду. Голый лёд всё-таки виден, и человек ходит очень осторожно. А если лёд присыпан пушистым, ещё не утоптанным снежком, человек забывает об осторожности, наступает на рыхлый снег и скользит
У Антона, как всегда при ходьбе в такую погоду, при подходе к дому начали ныть ноги. Вдруг, уже подходя к своему двору, он увидел Валю. Тот стоял у подъезда, разглядывая агитационные плакаты. Рядом бегал, подпрыгивая, мальчик лет четырёх.
Антон подошёл к другу детства, с которым они вместе росли, всегда помогая друг другу. Антон все годы учёбы подтягивал Валю во всех школьных предметах, а Валя помогал Антону в играх, выигрыш в которых для детей подчас важнее, чем школьные успехи. Потом они как-то перестали общаться, у них появились новые интересы, отличные друг от друга. Со временем у них появились и семьи, заботы о которых ещё более отдалили их друг от друга.
Хоть и жили Валя с Антоном в одном дворе, встречались они редко. На работу и с работы они шли в разное время, а по бытовым нуждам специально они ходили редко – только по пути с работы.
И теперь им было неудобно друг перед другом и перед своей детской дружбой, за то, что предали её. В самом деле, что страшного бы стряслось, если бы они хоть иногда встречались? И дела не так уж им мешали. Мешала по-настоящему только лень.
Друзья поздоровались, и Валя оправдывающимся тоном сказал:
- Вот ключ от домофона дома забыл. А жена на работу недавно ушла. Дети – младшего из садика забрал, - Валя кивнул на мальчика, - старший в клубе.
- Жена где работает? – спросил Антон.
- В ресторане, уборщицей.
- Как? У неё же юридическое образование?
- А кому сейчас юристы нужны? Это 20 лет назад, когда она в институт поступала, мало было юристов.
Антону стало неловко, что он навёл друга на мысли о неприятном. «Вот так, - невесело подумал он, - всегда, когда я спрашиваю, кто где работает, приходится смущаться». Чтобы загладить своё смущение, он спросил:
- Я вижу ты плакаты здесь рассматривал. Решил уже?
- То есть за кого я голосовать буду? – уточнил Валя. Антон кивнул. – Да, решил. За КНПК. А плакаты рассматривал, просто чтобы время скоротать.
- Я тоже за КНПК. Понимаешь, если перефразировать Черчилля – это не лучшая партия, просто остальные хуже.
- Да нет, это именно лучшая партия, - запальчиво ответил Валя. – Ты в её программу смотрел? Больше же ни у кого из партий нет упоминаний о необходимости национализации недр, земли, крупных предприятий. Только у неё есть упоминание о борьбе против социального расслоения, о борьбе с засильем западных фильмов, разрушающих нашу нравственность.
- Ну и что? – спросил Антон.
- А то, что доход от промышленности будет идти не в карманы олигархов, а народу, - ответил Валя. – А социальное расслоение…
- Да о другом я совсем! – перебил его Антон. – Что это нужно – я прекрасно понимаю. Но они – типичные реформисты. На парламент вся надежда у них.
- Так ведь, во-первых, это предвыборная программа, - Валя на минутку задумался, подыскивая нужное слово. – Функ-ци-о-наль-ная! А во-вторых…
Тут послышался характерный звук, и дверь подъезда раскрылась. Оттуда вышел Юрка – горький пьяница, побирающийся у магазинов и собирающий бутылки на помойках. Валя, поймав дверь, с жалостью посмотрел ему вслед.
Когда-то, ещё до реформ, Юра был лихим удальцом, одним из лучших рабочим на гипсовом заводе. Он работал и учился заочно в политехе. Но в одно несчастное время в его судьбу вмешались рыночные реформы. Гипсовый завод обанкротили, и Юра вместе с другими был выгнан. После этого он запил, так и не женился (невеста его стала проституткой) и покатился вниз по наклонной.
При виде Юры и у Вали, и у Антона ещё больше укрепилась уверенность в том, что голосовать надо только за КНПК.
- Может быть, ты зайдёшь ко мне? - спросил Валя, вынимая из кармана дверной ключ,
- Нет, я сейчас домой должен пойти, - ответил Антон, показывая на хозяйственную сумку, - продукты отнести, потом Тале по хозяйству помочь. А завтра – обязательно зайду. Ты мне телефон свой назови.
И, обменявшись номерами телефонов, друзья разошлись.