Возможно, вообще не в курсе этой операции
Возможно, вообще не в курсе этой операции.
В общем, об этих вы лучше у своего начальства спросите.
Главное же не это.
Главное, что Михайлов теперь знает о том, что "Феникс" под наблюдением.
До этого момента контрнаблюдение слежки не отмечало.
А велось оно, судя по всему, и до приезда Михайлова.
Возможно, с момента расконсервации группы.
Я же всего не знаю.
Механизмы контроля мне известны в лучшем случае процентов на пять.
А теперь я знаю точно, что нами займутся всерьёз.
А они это сделают, Эйнар, уж будьте уверены.
Нет, замечательные вы ребята!
Только неделя прошла с того момента, как я передал информацию по "Фениксу", а вы уже успели "засветиться".
Да ещё и в вечернее время...
За визами, за информацией, на приём к консулу.
Бывает, и вечером приходят.
Например, после рабочего дня.
Узнать у охраны, когда приём документов на визу.
И что, вы каждого по городу сопровождаете?
Чтобы ничего по дороге не случилось?
И видеосъёмку делаете, и фотографируете, и звук пишете?
А не накладно получается?
Возможно, "Феникс" не основная группа.
И что Дмитрий может знать о самой операции, если их будут использовать только на подхвате?
И будут ли теперь вообще использовать, после сегодняшних событий?
Чем это нам грозит?
Или устранением на месте.
Это уж как начальство решит.
Но данные о слежке за "Фениксом" - только часть картинки.
Остальные части тоже скоро начнут проступать...
Вы же получили деньги за информацию?
Дмитрий тяжело вздохнул и потёр лоб.
Отстранить от оперативной работы.
Давать только мелкие технические поручения и при этом держать под полным, тотальным контролем.
Группу - в организационном плане.
А тех, кто слишком много знает...
Так что постарайтесь, Дмитрий.
Потом, подчёркивая окончательность решения, встал и, нагнувшись едва ли к самому уху, шепнул Вильяру: - Завтра.
Он не любит летать, предпочитает поезда.
Номер вагона не знаю.
Я во встрече не участвую.
Всё-таки уровень у него...
Фотографии я вам передавал.
И ни разу в жизни не видел.
Так вы уж сами...
Ещё есть сны, подёрнутые туманом.
Их время приходит под самое утро, когда и у самой ночи слипаются уже глаза.
Есть сны, покрытые каплями росы.
Их время - рассвет.
Есть сны, согретые медовым солнцем.
Их время - полдень.
Есть сны, заплутавшие в серых дождевых облаках.
Есть сны, что плащом и чёрным небом накрывают голову, и тогда в их темноте слышен лишь стук капель и долетающий с края осени странный, тихий и почему-то знакомый голос, что меряет время словами: "Спи...
Есть ещё сны над бездной.
Их время всегда приходит неожиданно.
Их движение - полёт в свернувшуюся воронкой бездну.
Эти сны ловят прыгающее в страхе, захлёбывающееся кровью сердце - и сжимают, сдавливают его длинными, ледяными своими пальцами до тех пор, пока дрожание плоти не замрёт в бесконечном их холоде.
Эти сны не могут родиться в душе человека.
Они равнодушны к людям.
Они не рождены ими.
Не из их душ.
Не их тела дети.
И даже не их прежних страхов.
Блюда из птицы и дичи
Антология юридического некролога
Мастерим из бумаги
Книги