Влюбилась в женатого. Рассказ. Продолжение.
....
На пороге стояла сильно встревоженная и бледная подруга. Влажные волосы спадали ей на плечи, прикрытые белым халатом, левое запястье было перемотано полотенцем, на котором просвечивались красные пятна. Она тяжело дышала и смотрела на меня полным надежды взглядом. Я впала в легкий ступор, переводя взгляд то на ее руку, то на ее босые ноги на грязном полу, на котором валялись осколки от керамической посуды. Так прошла минута полного молчания и ожидания. Она опустила взгляд на запястье, будто забыв почему там перевязана явно кровоточащая рана, схватилась другой рукой, как бы прикрывая очевидный факт. И снова подняла взгляд на меня, но уже явно сдерживаясь от слез. Я не выдержала первой и обняла ее. Все ужасы этой ночи смешались у меня в голове и поддались эмоциям.
"...Ты начнешь меня осуждать, но ты знаешь меня, мои принципы и что еще несколько месяцев назад, я бы точно также осуждала любую другую девушку, подвергшуюся такому испытанию, как влюбленность. Мы девушки, а значит мы можем выбирать в кого нам влюбляться. Общаясь с человеком, ты точно разграничиваешь свои потребности в близости с ним, очерчиваешь рамки и продумываешь ходы. Если ход где-то обрывается, ты останавливаешься и прекращаешь связь, без объяснений и долгих мучений. А иногда, что-то рушится и ты позволяешь себя влюбиться. Ну знаешь как это бывает? Сидит перед тобой человек, что-то рассказывает, ты слушаешь его, а улыбка твоя начинает подниматься с самого низа живота, двигаясь по груди, разливаясь душевным теплом, и уходит наверх в голову. И где-то уже мозгами ты начинаешь понимать, что тебе нравится… Нравится вот так сидеть и просто смотреть на него, любоваться чертами лица, чувствовать аромат парфюма, представлять как его сильные руки обнимают тебя нежно-нежно, а ты тонешь… Тонешь от счастья и любви… Его картина четко впечатывается в твое сознание и, засыпая, ты возвращаешься туда, где ты сидела перед ним, мир останавливался, когда ваши взгляды встречались, он брал тебя за руку и улыбался.
Я знала, что он женат. Знала, что у него взрослые дети и меня он старше на приличное количество лет. Вроде в этом ничего не могло быть такого, мы общались, работая в одном здании и лишь изредка пересекаясь в фойе, да столовой. Познакомились лично, когда стояли в длинной очереди банкомата и не отходили с места, чтобы не пропустить свой черед, словно в больнице. Разговоры были абсолютно ни о чем, - о ярком свете, что так слепил всех днем из окон от пола до потолка, мы сетовали, что парковка возле работы с каждым днем становится все теснее и теснее, а чтобы припарковаться – приходится приезжать за час до работы и выбирать место, где тебя не закроют. Обсуждали журналы, которые раскладывались на стойках регистрации в аэропорту и почему стюардессы стали значительно ниже, чем должны быть, касательно критериям, по которым их выбирают. Мы болтали и смеялись, не придавая значению смыслу светской беседы. Он пропустил меня вперед, сняв деньги, я вежливо попрощалась и ушла на свой этаж, в свой кабинет, где тут же забыла о нем. На следующий день мы столкнулись в столовой и решили вместе пообедать за одним столом. Беседа была такой же непринужденной и легкой, он начал рассказывать про свои путешествия, как он отдыхает с семьей, а я о том, в какие клубы сейчас ходит молодежь и что это стало таким скучным занятием, - книжка в субботу вечером превосходит своей привлекательностью любую малолетнюю толпу, дрыгающуюся под ритмы современной музыки. Мы не успели закончить разговор, а время обеда давно уже вышло, он проводил меня до кабинета, по пути показывая, словно жонглер, как готовят всякую утварь на пляжах Пхукета. Я смеялась и не могла остановиться. Кто бы мог подумать, что человек из очереди может оказаться таким хорошим. И даже после обеда, мы разошлись в свои миры и еще несколько недель не видели друг друга. Случайно, нас потом пересекла работа. Я пришла к нему в отдел, где около часа мы решали рабочие моменты и около двух снова разговаривали обо всем и ни о чем. Мы начали созваниваться по рабочему телефону, передавая информацию и скидывая документы на почту. В общем списке он нашел номер мобильного и стал сбрасывать какие-то нелепые видео, я смеялась и отвечала ему. В какой-то момент я поняла, что все чаще думаю о нем… Писал он мне очень редко. Но когда мы начинали переписываться, это могло занять целый день. Я стала пугаться того, что мы становимся близки, но отказаться от общения с ним – меня пугало еще больше. Я не хотела отпускать такого друга, товарища, хорошего знакомого. Наши переписки не содержали никаких скрытых смыслов, он не делал мне комплименты, не звал в ресторан, не спрашивал про личную жизнь – мы общались, будто знали друг друга много лет. Могли рассказать о фильме, который недавно посмотрели, или о предстоящей премьере в театре, какую жидкость для стекол покупать лучше и почему люди перестали верить в чудо. Казалось все происходящее таким естественным, что я все больше и больше утопала в его мягком голосе и улетала в какие-то сказочные мечты, где буду слышать этот голос вечно. Как бы сильно я себя не корила, как не останавливала свое воображение, во сне я видела его. Это не было пошлым отребьем, которым кичиться весь современный мир. Это было новое состояние спокойствия и умиротворения, которое мог подарить такой человек, будто бы удавшийся во всем на свете! Я перестала писать. Если видела его в стенах здания, бежала прочь, заблокировала его номер и решила выкинуть всю эту чушь из головы. Мне была невыносима мысль, что я могу залезть в чужую семью, быт, детей. По ту сторону от меня другая женщина, и я уверена, она была прекрасна. Уверена была я и в том, что они счастливы, просыпаются в одной постели и делают друг другу завтраки. Я так четко видела эту идеальную картину, что мои наивные помыслы казались такими нечестными по сравнению с тем, что есть у них…"