Видеоблог из преисподней. Рецензия на фильм «Сын Саула» (Saul fia). Режиссер: Ласло Немеш, 2015 год.
«Вас не должно быть. И миссия будет исполнена. Сегодня или завтра. Сегодня или завтра!»
(с) «Иди и смотри».
Краткое описание: концлагерь. Саул – член зондеркоманды, в его работу входит сопровождение евреев в газовые камеры, после, уборка, транспортировка тел на сжигание и так далее. Члены зондеркоманды живут немного дольше остальных, но всех ждет одна и та же участь. В этом бесконечном потоке людей на некоторое выживает мальчик, тело которого Саул решается захоронить по иудейским традициям, не допуская сжигания. Он одержим идеей, что этот мальчик возможно его внебрачный сын. Необходимо в этом аду отыскать раввина, чтобы он зачитал молитву. Навязчивая идея заставляет Саула жить и отрешиться от происходящего вокруг.
Итак, тема геноцида евреев в Европе – это тонкий лед и ступать на него, а тем более спорить о многих его аспектах дело крайне рискованное и неблагодарное. Когда речь заходит о фильмах на тему Холокоста, сразу вспоминаются либо душераздирающие картины, в которых именитые режиссеры с помощью кинематографических ухищрений берут зрителя за живое, либо документальное кино с интервью очевидцев или неким рассказчиком. К первой категории по умолчанию относят «Список Шиндлера» или «Пианист» за эти картины часто ругают Спилберга и Полански за намеренное использование тематики от которой жюри фестивалей не сможет отвертеться. Ко второй, монументальное полотно «Шоа» Ланзманна и к примеру, ранняя работа Алена Рене «Ночь и туман».
В 2015 году венгерский режиссер-дебютант Ласло Немеш со своей первой полнометражной картиной получил в Каннах Гран-при жюри, а также премии «Оскар» и «Золотой глобус» в номинациях «Лучший фильм на иностранном языке».
Режиссер решил в очень необычной манере погрузить зрителя в ужас концентрационного лагеря в виде некоего видеоблога в реальном времени. Манера съемки, при которой камера не покидает героя ни на секунду создает ощущение документального присутствия, а сочувствие вытеснено соучастием. Весь ад из мертвых тел выступает лишь фоном, на котором периодически фокусируется камера. Размытость кадров подобна отношению к существующему самого Саула, чтобы как-то продлить свою жизнь, нужно постараться отключить рассудок и научиться элементарно выживать. Человека в безвыходной ситуации может спасти исключительно навязчивая идея, которая заставляет цепляться за жизнь или за будущее. Вот и для Саула желание во что бы то ни стало захоронить с почестями тело предполагаемого сына, превращается в смысл жизни и почти недосягаемую затею.
По заветам братьев Дарденн в фильме абсолютно отсутствует музыка и эффект погружения от этого только усиливается, здесь нет мелодий Шопена или Уильямса (как у Спилберга или Полански), только естественные звуки и абсурдное иррациональное настоящее. Машина смерти – механизм уничтожения, продуманный и безотказный. Для узников этого концлагеря что-то не абсурдное осталось в другой жизни, которой порой кажется, никогда не существовало.
По мере восприятия наиболее подходящим сравнением будет великий фильм Элема Климова «Иди и смотри», степень безумия, происходящего сопоставимы. Обе картины дают зрителю абсолютное опустошение, настоящее, ведь в прошлом веке много было искусственного и только террор всегда был настоящим.
Очень важно смотреть картину в оригинале с субтитрами, так как в ней говорят на различных языках: венгерский, немецкий, польский, французский, русский и др. Я практически уверен, что перевод сотрет задуманный создателями эффект. В сухом остатке «Сын Саула» представляет собой жесткое зрелище не для слабонервных (хронометраж 1 час 47 минут), это кино, которое «дарит» ужасающий опыт погружения в эпицентр человеческого безумия. Никакой романтизации, только мир, охваченный кошмаром и болью.
«Сын Саула» - в день памяти жертв Холокоста, просто иди и смотри.