Узелок. Глава 9
Незаметная работа
А тем временем Сергей нашёл работу юрисконсульта в торговой фирме. С работы он приходил в одно и то же время. И уже на пятый день он взял все свои деньги и пошёл покупать машину. Вернулся на «Ладе», бросил матери: «Завтра пойду сдавать на права».
Зинаида Григорьевна только вздохнула. Конечно, она очень хотела, чтобы её сын ездил на более престижной машине, но... накопить на неё деньги не представлялось возможным.
Но Дарья так не считала. Она называла машину Сергея «бомжовской», говорила, что ей стыдно в такую садиться. Сергей молчал, оберегая покой жены. Но однажды он не выдержал:
— Даша, ну что мне делать? Найти более высокооплачиваемую работу я не смогу. А у нас будет ребёнок, на него надо будет тратиться…
Дарья в ответ только расплакалась, перемежая рыдания руганью. В это время пришла Зинаида Григорьевна, и из прихожей послышалось ворчание на тему «грязный пол». Сергей сунулся было в прихожую, но Зинаида Григорьевна, подметая, шикнула: «Не мешай, куда ты лезешь?» и заворчала на тему «Приходится убирать, приходя домой».
Выглянула Дарья, тоже стала жаловаться на грязный пол – только уже не в прихожей, а во всей квартире. Сергей пошёл в спальню, достал пылесос из шкафа, но только он его включил – прибежала Дарья:
— Не смей, дурак! Нельзя такой мусор пылесосить, — Дарья выругалась, — забьётся!
Сергей посмотрел на пол… То тут, то там валялись яркие конфетные фантики, обрывки ниток, высохшие салфетки, шелуха от семечек, обрывки полиэтилена и целлофана, клочки волос…
С горем пополам убрав комнаты (половину времени и сил заняла у обоих перебранка на тему «кто больше устаёт на работе», Сергей и Дарья пошли на кухню. Там Зинаида Григорьевна мыла посуду, ворча и причитая на тему «поели и посуду оставили, а мне мыть эту гору». Буфет был весь в потёках засохшего жира, стена у плиты — в высохших маслянистых брызгах. На холодильнике красовалась целая коллекция пятен – старые, новые, самых разных цветов и оттенков – от желтоватого до тёмно-бурого, в форме отпечатков пальцев, в форме кошачьих лап, в форме, которой позавидовали бы пятна Роршаха. Были пятна и на полу, но они не так бросались в глаза, поскольку пол был покрыт узорчатым линолеумом подходящих оттенков.
— Откуда столько грязи в квартире? Раньше не было её, — удивлённо сказала Зинаида Григорьевна. — Такое впечатление, что у нас домовой какой-то поселился и пакостит нам постоянно.
— Или Тонька нас прокляла, — Сергей выругался. — Я не думаю, чтобы эта дрянь что-то у нас убирала.
— Да что ты? Скажешь тоже — «убирала»! Я её только валяющейся на кровати и видела, — — гневно выкрикнула Дарья.
— В церковь надо будет сходить, святой воды принести и покропить по углам, — сказала Зинаида Григорьевна.
— Святая вода денег больших стоит, — вздохнула Дарья.
— А жить дальше в свинстве хочется? — энергично возразила Зинаида Григорьевна. — Это же проклятие, оно просто так не уйдёт!
На следующий день Сергей после работы пошёл в церковь, купил там бутылку воды. Когда он пришёл, Дарья и Зинаида Григорьевна были дома. Зинаида Григорьевна из последних сил мыла пол на кухне, Дарья пылесосила ковёр.
После ужина Зинаида Григорьевна старательно покропила водой, принесённой Сергеем, все углы в квартире и всех домочадцев, включая кошек. Чистота после этого держалась два дня. На третий опять стало появляться всё — и пятна на холодильнике и буфете, и пыль на мебели, и мусор на полу. Отчаянно, со злобой вытирая пыль, Дарья сказала:
— Неужели проклятие этой… — Дарья выругалась — сильнее святой воды? Она что, ведьма?
— Выходит, так, — пробормотал Сергей.
— И что же делать? — Дарья так надавила на шкаф, что казалось, ещё чуть-чуть — и доска пойдёт трещинами.
— Наверное, надо колдуна какого-нибудь пригласить, чтобы он какие-нибудь обряды провёл, — ответил Сергей, усаживаясь перед компьютером. — Сейчас найду.
Одна из практикующих колдуний, Ираида, очень понравилась Сергею — зеленоглазая, рыжеволосая, с чётко очерченным горбатым носом. Он позвонил ей, узнал, сколько стоит визит, и приуныл на секунду. Но всё же он пригласил её к себе, причём на такое время, когда Дарья должна была быть на работе. При этом он, проявив чудеса изворотливости, обставил всё так, что Дарья подумала, будто время визита назначила колдунья.
Но на следующий день Дарья на работу не пошла, и Сергею пришлось встречать Ираиду в компании жены. Взглянув на гостью, он разочарованно вздохнул – вживую она была не так эффектна, как на фотографии. «Проститутки и то честнее, они свои фотки без ретуши выставляют, — горько подумал Сергей, искоса разглядывая Ираиду.
Дарья изложила Ираиде своё видение ситуации. Та, окинув Дарью взглядом, поняла, на чём может заработать ещё больше, и потребовала фотографию Тони. Таковая была найдена, и колдунья стала брызгать на неё водой, бормотать и всматриваться в капли. Потом она подняла глаза на Дарью и сказала, имитируя беспокойство и испуг:
— Да, это она навела порчу на вашу квартиру! И не только на квартиру, но и на будущего вашего ребёнка! Он может родиться слепым и глухим!
— И что же делать? Вы можете помочь?
— Просто снять проклятие стоит тридцать тысяч тенге, перенаправить его на пославшего – девяносто тысяч.
— Я хочу именно перенаправить! — в ярости перемежая речь матами, закричала Дарья. Хочу, чтобы эта всю жизнь только то и делала, что в грязи ковырялась! Чтобы она вырядила слепоглухого урода!
— У нас нет таких денег, — смущённо пробормотал Сергей.
— Вижу, — ответила Ираида. — Она вам не только на порядок и здоровье порчу навела, но и на деньги.
Сергей выложил Ираиде тридцать тысяч, оставшихся от накоплений. Та положила их в сумочку, достала из неё засаленные цветные бумажки, стала на них дуть, рвать и разбрасывать по квартире. В какой-то момент она поняла, что лопнет, если не посмеётся, и расхохоталась.
Да, Ираида быстро смекнула, в чём дело. Пока Тоня жила с ними — она убирала, и это было незаметно. Каждодневная работа незаметна, результаты её привычны. А когда каждый день убирать перестают – результаты сразу бросаются в глаза.
Отсмеявшись, она продолжила разбрасывать бумажки, напустив на себя серьёзный вид. «Ничего, скажу, что смех был частью обряда», — подумала она.
Когда Ираида собралась уже уходить, Дарья спросила:
— Вам трудно было?
— Трудно, конечно, — ответила Ираида, думая при этом: «не рассмеяться трудно было». — Она вам тут столько тёмной сущности оставила, что мне рассмеяться пришлось, чтобы её прогнать. Пока бумажки не убирайте, только через неделю можно будет. Веником или щёткой.
Сев в свою машину, Ираида дала волю смеху. Шофёр ездил с ней давно и отреагировал привычно равнодушно.