Узбекский транзит
Уголовное преследование Гульнары Каримовой, обращение ее сына за политическим убежищем, увольнение всесильного Иноятова были вполне ожидаемы. Наивно и неправильно ограничивать транзит исключительно временными границами формальной смены фигуры носителя верховной власти. Это лишь кульминационная фаза транзитного процесса, растягивающегося на достаточно длительный период. В особенности, в странах, впитавших в себя советские стандарты смены власти.
В случае, к примеру, с Лениным, транзит затянулся до устранения всех его соратников и достижения Сталиным абсолютной власти. Хрущевский транзит до отправки на свалку истории заговорщиков с примкнувшим к ним Шепиловым. Брежнев тоже чистил свое окружение, считавшее его временным. Ельцинско-путинский транзит завершился разгромом Ходорковского и Березовского и достижения формата политического сосуществования со старосемейной группой.
То есть, транзит можно условно поделить на три этапа - подготовительный, официальный и заключительный. Первый этап необязательно предполагает подготовку со стороны действующего носителя власти, нередко эти мероприятия осуществляются теми силами, которые стремятся к ключевому моменту занять доминирующие позиции. В любом случае, вне зависимости от воли и желания действующей власти, этот этап всегда присутствует.
Официальный предполагает не только то, что мы привыкли видеть в прессе. Этому предшествуют консультации и противоборство. В случае со сменой власти в Ташкенте данные мероприятия проходили на протяжении почти недели, с момента появления слухов о скоропостижной смерти Ислама Каримова до официального объявления. В прессе обнародуется лишь результат этого мощного напряженного противоборства.
И, наконец, заключительный, который можно назвать настройкой системы под новый центр принятия решений. Это тоже неизбежный этап, этап превращения высшего должностного лица в носителя верховной власти, то есть полное получение мандата на полноценное осуществление властных полномочий и управление повесткой. К примеру, мало кто сможет назвать период с 2008 по 2012 годы в Кремле полноценным транзитом именно по причине отсутствия заключительного этапа и передачи новому высшему должностному лицу мандата на осуществление властных полномочий.
Это происходило всегда и во все времена. Можно вспомнить печальный финал исторического римского триумвирата, любые древние придворные игры или более свежие коллективные модели правления в Политбюро. Все заканчивалось вытеснением прежних акторов политического процесса и лишения их статуса субъектности. Это абсолютно естественное явление, продиктованное исторической логикой. И неизбежная корректировка, которую вносит история в любой тщательно спланированный сценарий транзита.
С этой точки зрения, происходящее в Ташкенте полностью отвечает критериям настройки системы под Шавката Мирзиеева. Иноятов абсолютно ожидаемо прошел по граблям своих исторических предшественников, видимо, наивно рассчитывая манипулировать новым президентом или, как минимум, поделить с ним сферы влияния. Что касается Гульнары, а тем более, ее мажорного сына, то и это представлялось неизбежным с самого начала.
Исходя из этого, нельзя оценивать заявленные Шавкатом Мирзиеевым реформы, как полные контуры его политической платформы. Вполне может оказаться, что это была повестка борьбы с Иноятовым, привлечения на свою сторону симпатий масс, или, ограниченная сопротивлением старых элит. По мере полноценного укрепления нового президента, реформы могут оказаться или фрагментарными и усеченными, или напротив выйти на крупномасштабную либерализацию. В зависимости от личных приоритетов лица, приступившего к полноценному осуществлению властных полномочий.