Травля - Буллинг не должен быть нормой
Сегодня буллинг — одно из самых распространенных явлений в школах всего мира. А с развитием новых технологий и социальных сетей появился новый вид школьного насилия — кибербуллинг, от которого страдает гораздо больше детей. Порой именно эти причины толкают несовершеннолетних на суицид.
Буллинг (от англ. bully — запугивать) подразумевает под собой не только физическую агрессию, но и психологическое давление, распространение сплетен, вымогательство, издевательства.
Разговор пойдет о травле детей в школе. В следующий раз я расскажу о травле ребенка имеющего инвалидность во дворе и школе на работе и улицах. Думаю лучше разделить эти темы так много тяжелых ситуаций в этой публикации, но это реальный мир в котором мы с вами живем.
Что касается Казахстана, то в 2018 году Национальный центр общественного здравоохранения провел опрос среди казахстанских школьников. Подростки 1115 лет ответили, как часто на протяжении двух месяцев они становились жертвами буллинга, кибербуллинга или сами принимали в нем участие. По данным экспертов, каждый пятый школьник в РК становится жертвой травли. Выяснилось, что около 17 процентов опрошенных 11-15 лет подвергались буллингу в школе один и более раз в месяц, а около 20 процентов участвовали в травле. Чаще всего такое поведение распространено среди мальчиков 11 и 13 лет, а жертвами зачастую становятся городские школьники.
Только за прошедший год 143 подростка совершили суицид, а 306 несовершеннолетних пытались свести счеты с жизнью. Более чем в 80 процентах случаев детских суицидов причины невозможно установить. Не исключается вероятность психологических травм, связанных с систематической травлей со стороны сверстников. В качестве примера — случай, произошедший в 2019 году в Нур-Султане, когда 12-летние школьники систематически оказывали давление на своего одноклассника путем троллинга в соцсетях. Они говорили, что он не умеет играть в футбол. Один из одноклассников высказался в отношении потерпевшего «лучше бы ты повесился». В результате мальчик покончил жизнь самоубийством. Однако привлечь виновных лиц к ответственности за доведение до самоубийства не представилось возможным, так как они не достигли уголовно наказуемого возраста.
Однако в Казахстане по сравнению с развитыми странами инициативы менее масштабны. Это связано с относительно недавним становлением школьной психологической службы, от которой в немалой степени зависит климат в стенах школы. Первые специалисты появились только в конце 1980-х годов. Официально же должность педагогапсихолога ввели в республике только в 2008 году. Для сравнения, в Дании школьная психологическая служба начала свою работу в 1934 году, Гонконге (КНР) — в 1959-м.
Президент РК Касым-Жомарт Токаев на открытии первой сессии Парламента РК VII созыва в январе 2021 года говорил о том, что необходимо принять меры для решения вопросов защиты прав детей, обеспечения их безопасности и профилактики буллинга. До этого в Послании 2020 года глава государства особо подчеркнул необходимость принятия мер по профилактике кибербуллинга. Раз руководство страны поднимает этот вопрос, то его актуальность, как говорится, «налицо».
По статистике, которую за 2019 год Kaspersky Lab собрала по Казахстану: 66 процентов родителей купили своим детям личный компьютер или мобильное устройство; три четверти от восьми до 18 лет ежедневно используют мобильные телефоны, более половины — компьютеры; 41 процент столкнулись хотя бы с одной угрозой в сети — мошенничеством, буллингом, угрозами, вовлечением в какие-то организации.
Более 80 процентов детей получают приглашения «дружить» в социальных сетях от незнакомых людей. Больше трети из них встречаются потом офлайн. По статистике, 70 процентов детей, подвергшихся кибербуллингу, — девочки. Их обманным путем снимают на фото и видео, потом изображение непристойного, порнохарактера выкладывают на сайт и вымогают деньги. В 99 процентах случаев родители не хотят обращаться в правоохранительные органы, поскольку конфиденциальность выходит на первый план. Также казахстанских детей, по словам специалистов, стали вовлекать в ЛГБТ-сообщества. Предприимчивые мошенники разрабатывают все новые опасные игры типа «50 шагов до рая». В городе Арыси создали группу в телеграмм-канале, где склоняли детей к суициду. Если раньше казахоязычная среда была защищена от этого влияния, то теперь такие факты стали выявлять и там. При этом сегодня нет экспертов на казахском языке, которые могли бы разъяснить все сложности этой темы.
Начиная с младших классов, к нам часто наведывались ребята постарше, чтобы отнять у нас что-нибудь ценное либо просто заходили поколотить кого-нибудь из нас. Мне приходилось часто становиться свидетелем насилия, когда на твоих глазах участники подростковой группировки, могли до крови избить ученика, чтобы отнять у него деньги или просто унизить. Помнится, как какая-либо одиночная драка могла собрать три, а то и четыре десятка зевак - в таких случаях все школьники целыми классами шли смотреть на драку, зовя других по пути. Постепенно это всё стало нормой. Публично унизить и побить сверстника или ученика постарше считалось нормой или даже каким-то сверхдостижением.
Дальше я хочу привести пример случаев буллинга.
Буллинг в нашей школе происходил практически ежедневно и в какой-то момент я сам продолжил насилие в школе. Как-то мы всем классом, 8-9 ребят, в течение недели регулярно били одного старшеклассника. Нас подговаривали «старшаки», и во время перемены мы целенаправленно шли бить этого бедного парня. Сейчас я понимаю, что никто не заслуживает такого отношения к себе и подвергать насилию остальных только для того, чтобы соответствовать обществу, в котором растешь, неправильно.
Но в 10-м классе все закончилось. Мой отец перевел меня в другую школу, чтобы я углубленно изучил английский язык. Что меня удивило в новой школе – драк вообще не было. Здесь буллинг имел другую по своему содержанию форму. В новой школе дети из более зажиточных слоев населения издевались и травили детей из бедных семей. Два моих одноклассника страдали чаще всех: они продавали газеты в поездах на выходных.
Но благодаря преподавателю английского языка, волонтеру Корпусу Мира США Джоан Бэйли, эта несправедливость прекратилась. Мы научились не только бегло говорить на английском языке, но и уважать и поддерживать друг друга. Это, конечно, произошло не сразу. Ежедневно на своих занятиях она делила наш класс на мини-группы, организовывала дискуссии, диалоги, презентации у доски, командные игры, эко-акции и культурные события. Джоан Бэйли часто напоминала нам о том, что мы должны помогать друг другу, уважать и поддерживать, потому что мы – одна команда. Когда мы заканчивали школу, то уже были все друзьями, мы забыли про буллинг и перестали относиться к друг другу враждебно.
Это сейчас, по прошествии 20 лет, после педагогических и HR курсов я понимаю, что она работала с внутренним миром учащихся, стараясь раскрыть в нас потенциал и воспитать в нас, в первую очередь, личность. Тогда как другие учителя школы были больше сконцентрированы на нашей успеваемости и оценках. Поэтому я уверен, что ЮНИСЕФ на верном пути – мы должны открыть глаза учащимся, сделав школы свободными от насилия и травли. Местом, где личность и достоинство каждого ребенка уважаются. Буллинг не должен быть нормой.
В наше время не было понятия «буллинг» или даже травля. Может поэтому моим родителям и родителям моих обидчиков было сложно разрешить ситуацию, списав травлю на типичное поведение мальчишек в духе «ты просто им нравишься».
Взрослым сложно было понять, сколько тревоги каждый поход в школу может вызвать у 11-летнего ребенка. Кто мог подумать, сколько времени и усилий понадобится, чтобы пережить и преодолеть последствия буллинга. Вряд ли кто-то связал этот опыт с тем, что последовало: плохая успеваемость уже бывшей отличницы, прогул классов, общение с «плохими ребятами» и частые драки.
Справедливости ради нужно отметить, что взрослые все-таки пытались мне помочь. Папа учил меня давать отпор физически, бить в ответ. Мой покойный дедушка, которого я любя звала «папа деда», подарил мне свою грушу для битья. Безусловно эти советы сильно отличаются от того, что советуют сегодня родителям такие организации как ЮНИСЕФ (https://uni.cf/2n1rjPW). Тем не менее эти попытки и внимание взрослых дали мне понять, что есть люди, которые меня любят и поддерживают. И этой поддержки хватило, чтобы пережить тот ужасный год.
Сегодня у нас так много информации о буллинге, что непозволительно, чтобы дети через это проходили. Мы должны учить наших детей доброте и должны сами учиться этому.
Как-то раз, наш 5-летний сын рассказал, как в садике они с другом дразнили девочку. Мы с мужем постарались, насколько это было возможно, объяснить ему, что возможно ей было далеко не так весело, как ему с другом и что обзываться нехорошо. Наш мудрый мальчик перестал дразнить девочку, но мы не перестали слушать его и говорить с ним о важности доброты.
