Том 5 Решка и Орел (Мара)

Том 5 (Мара)
Глава 11. Одно на другое (часть 5)

Опять одно на другое. Как же всё сложно. Надеюсь, я просто накручиваю себя. И на самом деле, всё не так. И я еду в правильном направлении. Следую непременно за ним. Чтобы сделать дело. Я готов. Мысленно я осознал всю тяжесть данного действия, поэтому я это сделаю за всех. Он заплатит за свои действия. И это будет уроком для всех остальных. С нами шутки плохи. Медленно и уверенно я направлялся за точкой. И вот точка остановилась, где-то во дворах. Припарковал свой автомобиль вдали. Сам направился туда пешком. Пистолет был готов к любым обстоятельствам. Держал его в кармане, в руке. Чтобы, если, что-то пойдет не так, стрелять прямо из кармана по цели. И вот я в том самом переулке. Спрятался в кустах, на дворе зима. Влажный холод, который пробирает до самых костей. Сижу в кустах, как зверек и наблюдаю за тем, что происходит вокруг. Огромное количество автомобилей, ребят в масках и без масок, вооруженные до зубов убийцы. Ходят туда-сюда, контролируют ситуацию. Марки автомобилей далеко не для шестерок. Одни представительские классы были припаркованы возле ворот дома. Спустя некоторое время, начали выводить, каких-то ребят. Все они были в наручниках, загружали в микроавтобусы партиями и увозили. Первая партия, вторая, следом третья. И так вывезли всех. В доме на последнем этаже горел свет. Тишина мертвая, которая нарушалась хрустом снега под ногами этих бойцов. А я один тут, с пистолетом решил, кого-то убить. Макс бы сейчас посмеялся бы надо мной. 

Продолжаю сидеть в кустах. Вижу автомобиль Брата. Значит, он был в курсе всех этих обстоятельств. На бойцах не было нашивок, которые бы обозначали их принадлежность тем или иным подразделениям. Значит, просто наемники. Что же подождем, посмотрим, что там происходит. Колени уже промерзли от того, что находились на снегу. Медленно и аккуратно, снимал нагрузку с одного колена на другое. Чтобы меня никто не услышал. Каждое действие делалось плавно и аккуратно. Так как эти ребята будут сначала стрелять, а потом разбираться, кто же там, в кустах поселился. Мне страшно. Впервые в жизни мне было очень страшно, так как одно неверное движение. И расстрел на месте, без суда и следствия. Достал из кармана мобильный телефон, отключил звук. Так как насмотрелся огромного количества боевиков, где главных героев выдавал звонок мобильного телефона. Пистолет держал в руках, снял с предохранителя, убрал палец с курка. Чтобы от этого стресса, под действием адреналина, который уже зашкаливал у меня в крови. Не спустить курок. Потому что это мгновенная смерть для меня. Сижу, как чекист, в ожидании чуда. 

А время идет. Но ничего особо не происходит. Может быть это люди Брата, и он сейчас разбирается тет-а-тет с Алико. А может быть всё совсем наоборот, и Брат находится в очень тяжелом положении. Возле автомобилей кружилось около пяти ребят в масках. Осторожно, пятился назад, для того, чтобы изучить обстановку. И вот я возле кирпичного забора. По нему осторожно взобрался на самый верх. Торчала только макушка моей головы, чтобы глаза могли оценить ситуацию. Внутри двора было ещё 6 человек. Так же вооружены ребята автоматами. У одних автоматы российского производства АК-74, у других Чешский автоматический пистолет Скорпион vz. 61. Снаряжение не плохое, так же у каждого из них имеется пистолет. Тут понятное дело, каждый из них в жизни хоть раз стрелял по людям. У меня всего две обоймы по 12 патронов. И я далеко не Джеймс Бонд, чтобы потратить по одному выстрелу на каждого. Я даже не знаю, сколько таких же бойцов находится в самом доме. Так, что слез с этой стены от греха подальше. И пошел изучать территорию. Но никаких удобных позиций не было, будто бы человек, который строил этот дом, прекрасно знал к чему ему нужно быть готовым. Поэтому вернулся обратно на свое исходное место в кустах. Ждать дальше, что же будет происходить. А ожидание дело такое, напрягает очень сильно. Да ещё и на улице, в снегу, в кустах, будучи почти под прицелом кучки бойцов. Всегда мечтал оказаться в такой ситуации. 

Сейчас бы оказаться дома, покушать сытно. Лечь на свой диван, открыть книгу, обнять любимую и не думать ни о чем. Просто наслаждаться моментом. Нет, мне нужно было вырваться сюда. Устроить засаду из одного человека, с пистолетом. И продумывать план Барбаросса, для того, чтобы убить этого Алико. Меня раньше убьют, чем я даже смогу прокричать его имя. Не говоря, о том, чтобы вообще, что-то сделать. И вот началось движение. Бойцы заняли позицию смирно, все разбежались по периметру. Один встал спиной рядом с кустами, в которых сидел я. Честно, в такие моменты можно наложить столько кирпичей, что можно собственный кирпичный завод открыть. Сижу тихо, так тихо, как не сидит ни один зверек в природе. Даже пытаюсь стук своего сердца замедлить и сбавить звук. Так как от этой тишины, слышу, как стучит сердце в груди и отдает в висках. Боже. Зачем я ввязался в это? Брат ведь сказал, что сам поедет сюда. Хочется лишь одного, чтобы всё обошлось. Чтобы я мог целым и невредимым вернуться домой. И вот из дома выходят люди. Огромное количество людей. Ну, конечно, там не столпотворение было, как во время скидок в супермаркетах. Но учитывая примерные размеры этого дома, то по отношению к нему было очень много людей. В основном мужчины в возрасте. В сопровождении людей в костюмах, которые бежали к машинам, чтобы открывать двери. Среди них, я сразу смог разглядеть Брата. Многие из этих людей, хлопали его по плечу. Он в этот момент, выходил через калитку. Как неожиданно в доме прозвучал выстрел… 

Все остановились на своих местах. Некоторые обернулись в сторону дома. А некоторые, как продолжали идти, так же шли. У меня всё-таки стальные нервы, любой другой дернулся бы в этот момент. Так как это был неожиданный выстрел. И тем самым выдал бы себя. Но я смог удержать себя под контролем и не дернуться. Это знаете, как в детстве, когда подкрадываешься к кому-то сзади, чтобы напугать. И пугаешь. Есть два типа людей. Первый тип – дергается и начинает закатывать истерику. Второй тип – разворачиваются, как ни в чем не бывало. Словно так с этим человеком каждый день обходятся. Это говорит о том, что у человека стальные нервы. И кажись я был из этого типа людей. Брат остановился совсем недалеко от калитки. И по нему было видно, что он хотел обернуться назад. Только вот, собравшись духом, направился к своему автомобилю. Завел двигатель, и тогда я увидел, как он смотрел на этот дом из окна своего автомобиля. О чем он думал в тот момент? Это останется для меня загадкой. 

Постепенно автомобили разъезжались в разных направлениях. Люди прощались между собой. Все они уже взрослые, повидали жизнь, но я даже не знаю, кто все эти люди. И что они здесь делали. Знаю лишь одно, что все они влиятельные и богатые люди этого города. Сначала одна машина уехала, следом уехала вторая машина. Один из парней в маске, по рации связался с кем-то, чтобы узнать дальнейшие их действия. Получил поручения, загрузил всех своих ребят в микроавтобусы и уехали. В итоге, спустя определенное, совсем небольшое количество времени. Осталась только одна машина. Я продолжал сидеть в кустах. Пытался собраться с мыслями, понять, что всё. На этом всё закончилось. Больше нет угрозы со стороны Алико. Может его застрелили, может он застрелился сам. Я не знаю, меня там в доме не было. Очередная смерть. Иногда мне кажется, что там, где нахожусь я. Обязательно рядом бродит Госпожа Смерть. И собирает свой собственный урожай. Смеется надо мной и забирает жизни, одну за другой, одну за другой. И не хочет останавливаться. Слишком много смертей в моей жизни. Глупых, нелепых, запланированных, случайных и жестоких. Колени уже ныли от холода, так как брюки уже пропитались влагой от снега. И вот свет выключился на последнем этаже. Кромешная темнота. Только лишь фонарь, над калиткой. Фонарь, который горел тусклым светом, светил в этом переулке. Тут стало понятно, что Алико, кто-то убил. Или же дух Алико восстал из мертвых. Бред и вправду. 

Прошло ещё немного времени. Выходит из калитки тот самый Фахми. Открывает свой автомобиль, заводит двигатель. Залез на заднее сидение, достал оттуда пакеты и направился обратно в дом. Кажись, разделал его на мелкие кусочки, а потом скормит, каким-нибудь дворовым собакам. Нет тела, нет дела. Нет дела, нет проблем. Всё очень просто. А от этого лысого мужика, в синей шелковой рубашке, среди зимы можно ожидать. Опасный человек, непредсказуемая личность. Меня тревожит непреодолимое желание увидеть, что же будет дальше. Как-никак это опыт и знания. Чтобы знать, чем может подобное закончиться. И вот он выходит из калитки, оказывается возле автомобиля. Открывает дверь и машет рукой в сторону калитки. Оттуда выходит избитый до полусмерти парень. Всё лицо было изрезано рассечениями. Очень много крови было на его лице. Он так пугливо, выходил из калитки, рассматривая всё вокруг, в страхе. Словно он боялся, что здесь его поджидают, чтобы убить. Его страх был ненапрасным. А по логической цепочке, я прекрасно понял, что это и есть тот самый Алико. И он живее, всех живых. Медленными, подозрительными шагами он направлялся в сторону Фахми. А тот стоял и ждал его, на нем были темные джинсы, светлые кроссовки и кофта с капюшоном. И вот, когда он оказался возле автомобиля. Он обернулся в мою сторону, надел капюшон и собирался уже залезть в автомобиль. 

Я резко выскочил из кустов, чуть не упал на скользком снегу, передернул затвор пистолета. Уверенными шагами направился в сторону автомобиля. И навел его в сторону предполагаемого Алико. Фахми среагировал быстро, закрыл его своим телом. И выставил свой пистолет в мою сторону. И мы оказались в очень, тупиковой ситуации. Мы были готовы стрелять. Мы оба знали о том, что сейчас или все полягут. Или же умрет только один человек. К Фахми у меня претензий не было, а вот с Алико нужно было кончать. Они инсценировали смерть Алико, пустым выстрелом. Чтобы все подумали, что он умер. А теперь он собирался его увезти. Значит, лысый товарищ был с ним заодно. 

Три дня спустя. Мы все были на похоронах. Перед выходом из машины, Брат забрал у меня черные очки. И направился к гробу, вокруг которого собралось очень много людей. Многих из этих людей я уже видел, возле того дома, в том злачном переулке. Я старался находиться в стороне, так как не особо испытывал хорошие чувства по отношению к этому парню. Но все эти люди собрались, чтобы проводить его в последний путь. Спустя определенное время, подъехала машина. Оттуда вышли конвоиры и вытащили заключенного. Сразу понял, что это тот самый Вазген. Как только он оказался снаружи, как только увидел это столпотворение, пытался сорваться с цепей и подбежать к гробу. Но кандалы на ногах, на руках, не позволяли ему делать широких шагов. А конвоиры с пониманием отнеслись к нему. Просто сопровождали его сзади. Далеко бы он не убежал это точно. В крайнем случае, выстрел в небо, в виде предупредительного выстрела. После чего выстрел в спину на поражение. Но наши сотрудники, в таких случаях, чаще стараются стрелять по ногам, или же просто не смертельно ранить заключенного, который пытается устроить побег. И вот он возле толпы, и толпа расступилась перед ним. Словно он Моисей, который раздвинул перед собой водоем, чтобы пройти. Ребята стояли рядом со мной, так как мы все испытывали далеко не теплые чувства по отношению к этому Алико. Его фотография на гробу, с черной полоской в углу. Всё, как подобает по всем традициям. Люди все оставляли цветы, ножи, пистолеты и иные вещи в последний его путь. Одним словом устроили целый вооруженный арсенал на его гробу. И можно было бы устроить вооруженный конфликт, в какой-нибудь мелкой и слабой стране третьего мира. И вряд ли все эти вещи, понадобились ему. Так как за все его деяния, путь ему один – в ад. А там точно, ему никто не даст совершать всё то, что он совершил. Там он будет проходить круги ада, и испытывать всё то, что он сотворил в отношении простых людей. 

Церемония длилась приличное количество времени. Саня закурил сигарету и направился к машине. Так как особо не хотел находиться здесь. Асанчик последовал за ним. А я приблизился чуть ближе к толпе, чтобы не терять из поля зрения Брата. Глазами наблюдал за тем, что происходит вокруг. Везде были расставлены люди, которые следили за тем, чтобы ничего не вышло из-под контроля. Чтобы все чувствовали себя в безопасности. В стороне стояли двое ценителей горючего пойла. Подрабатывают на кладбище, за бутылки алкоголя, закуску и крышу над головой. Хозяину кладбища, особо напрягаться не нужно. Дешевая рабочая сила. И этим двоим, только было неудобно здесь. Так как они думали лишь об одном, чтобы быстрее закопать эту могилу. Получить своё желаемое и спрятаться в коморке, чтобы продолжить то, что они начали вчера ночью. Так как всё ещё косились, и держались за свои лопаты. Я понимал, что оставлять оружие нельзя будет. Завтра вскопают снова, чтобы продать это оружие. Ради очередной порции алкоголя. Но почему-то был уверен в том, что здесь люди далеко не глупые. И все эти вещи, лишь церемония для того, чтобы показать его силу духа, воинственность и характер. 

Церемония закончилась, слова были сказаны, соболезнования были выражены. И мы уже собирались разъезжаться. Брат получил целую кучу разных визиток, от всех присутствовавших людей. После чего оказался на заднем сиденье служебного автомобиля. Я сидел впереди. Молча поглядывал на гроб, на этих алкоголиков. На ребят, которые собирали всё это оружие и загружали в автомобиль. Целая куча мыслей и вопросов в голове. Но не могу набраться смелости для того, чтобы задать их Брату. Он молча смотрел в окно. Снял очки, передал их мне. И продолжал разглядывать гроб через тонированное окно автомобиля. И мы тронулись с места одними из первых. Выехали из ряда припаркованных автомобилей. И направились в офис. Для того, что бы продолжить работать. В машине в тот момент царила гробовая тишина. Даже музыку не включали. С момента, когда заехали за Братом. Он попросил выключить. И ехать в такой тишине было очень некомфортно. Это создавало чувство дискомфорта. А в голове мысль: «Я сделал, то, что должен был сделать! Хоть и принять это решение было очень тяжело!». 

Так и понеслась наша жизнь дальше. Как ни в чем не бывало, словно ничего и не было. Понятное дело, все мы пытались забыть это недоразумение. Пережить этот этап жизни, переступить через этот сложный момент. Но знаю точно, что это далеко не всем давалось легко. А вопросы всё так же оставались. Почему же он не убил его? Почему они разыграли весь этот театр? Для чего всё это нужно было? А ответов нет, как бы я не пытался найти их. Всегда упирался о глухую стену. Часто от этих вопросов, бился головой о стену в кабинете. Многие сотрудники, которые в такие моменты оказывались в кабинете. Упирались о жесткий крик с моей стороны: «Стучаться надо!». После чего, я снова пытался собраться с мыслями, чтобы решить эту нелегкую задачу, которую сам себе создал. Каждый раз, когда оказывался с Братом наедине, только собирался спросить у него. После чего просто отказывался от этой идеи. Я боялся. Боялся того, что это ему не понравится. То, что я ослушался его. И поступил так, как сам посчитал. И это повлияет на наши взаимоотношения. Мне было страшно, потерять своё место, потерять всё то, что было заработано далеко не легким трудом. Поэтому я постоянно откладывал этот разговор, постоянно откладывал на завтрашний день. И с каждым разом становилось всё сложнее мне. Я не спал ночами, не мог нормально кушать и жить. Потому что вопросы просто всплывали в голове и требовали ответов на них…