Том 5 Решка и Орел (Мара)

Том 5 (Мара)
Глава 4. Пленник прошлого (часть 1)

У меня есть привычка в жизни. Я могу неожиданно впасть в прошлые воспоминания. Просто на ровном месте. Это обычно случается, когда я сижу в очереди, или же еду на автобусе очень долго. Или же просто мне заняться нечем. Это помогает мне не вернуться к прошлому образу жизни. Это явление постоянно напоминает мне о том, что лучше жить так, как я живу в настоящем, чем вернуться в прошлую жизнь. В прошлой жизни ничего особенного не было, только лишь плохие воспоминания и моменты, которые я всячески стараюсь забыть. 

И этот час в палате. Я просидел в компании с воспоминаниями. И причем постоянно прокручиваю самые плохие моменты своей жизни. Чтобы вернувшись мысленно в настоящее, в реальность, осознать и в очередной раз сделать выбор. Что моя нынешняя жизнь намного лучше. 

И вот усатый сотрудник правоохранительных органов оказался возле дверей. Доли секунд для того, чтобы принять решение и действовать. Мне нужно лишь максимально сильно толкнуть дверь, чтобы она ударила его, и он оказался бы на полу. И таким образом, у меня была бы возможность сбежать. И вот он тот самый миг, время словно замедлилось. Сердцебиение участилось, пот начал стекать с головы. Сердце колотится с каждым разом всё быстрее. Потому что у меня нет права на ошибку. Не получится это сделать, тогда мне конец. Руки взмокли, я сжимаю их в кулаки, чтобы уже толкнуть эту дверь. И вот я принял решение и действую. Со всей силой, вложил всю свою мощь в этот резкий толчок двери. И последовал громкий хлопок двери во всем отделении. Доли секунд, закрытые глаза, чувствую, что-то пошло не так. Открываю глаза, а сотрудник стоит рядом со мной, размешивает свой чай, поглядывает на меня. Словно, он всё это ожидал. Он успел оказаться внутри кабинета, за это время, пока я захлопывал со всей мочи дверь. Уперся плечом в дверь. Будто боюсь впустить, какое-то чудовище, которое осталось по ту сторону двери. Слышу, как за дверью начался шум, вопросы, о том, чья дверь хлопнула. А сотрудник продолжает размешивать чай и смотреть на меня, в ожидании, когда я начну говорить. Но, я молчал, у меня ничего не получилось. Я просто создал себе ещё большую проблему. Он молча направился к своему столу. Расположился за ним, налил половину чая в граненный стакан. Начал копошиться у себя в шкафу. И в этот момент, произошел толчок в дверь. Первая попытка не удалась, так как я держал эту дверь. После чего, последовала вторая попытка. На третью попытку, меня выбило вместе с дверью. И я лежал на полу, с недоумевающим видом. Это был совсем другой сотрудник. Он уже намеревался избить меня, за все эти действия. Ещё бы немного, если бы не усатый полицейский. 

Усатый сотрудник: «Тиме оған! Бәрі жақсы, бар жұмысыңды істе» 
Сотрудник: «Рас па?» 
Усатый сотрудник: «Рас, рас! Бірінші рет емес қой!» 

Лежу на полу, мысленно благодарю его за то, что не дал избить меня. Он всё-таки нашел, то, что искал у себя в шкафу. Направился ко мне, помог мне приподняться, снял с меня браслеты. Поднял меня за руку, потащил к столу, посадил и сказал: «Шәй ішесіңбе?». Я тогда не сильно смыслил в казахском языке. Да чего говорить, русский язык у меня тоже хромал. Поэтому я просто смотрел на него тупым взглядом. Он повторил: «Чай пить будешь?». И я кивнул ему головой. Он достал из своего шкафа пару кусочков кекса и несколько поломанных печений. Поставил их передо мной и вернулся к своему рабочему месту. Продолжил, что-то так спокойно и пристально изучать. А я с опаской взял горячий стакан в руки и пытался попить чаю. Так как был очень голоден. Добрый сотрудник правоохранительных органов, добрее тех, с кем мне приходилось пересекаться. Так мы просидели около часу времени. После чего он отложил все свои документы в папках в сторону и взялся за меня. 

Усатый сотрудник: «Ну, рассказывай, как докатился до такой жизни?» 
Я: «А, что рассказывать?» 
Усатый сотрудник: «Родители есть? Или беспризорник?» 
Я: «Мама есть, и отчим есть, отец за пивом вышел, кажется, спился по пути обратно» 
Усатый сотрудник: посмеялся: «Бедствует семья? Почему вышел на разбойные нападения. Мы за вами уже несколько месяцев гоняемся. И вот ты теперь здесь. Пусть не всех поймали, но думаю, скоро все остальные окажутся здесь» 
Я: «Я не буду ни на кого стучать» 
Усатый сотрудник: «Смотрю герой! Готов взять всё на себя?! Готов отсидеть срок за всех этих засранцев? Да, без проблем, можешь не сдавать их мне. Мне же проще. Всё возьмешь на себя, прогоним быстро, отправим дело в суд и на этом всё. Ты на зону, а я дальше делать свою работу» 

Он сунул мне белый лист бумаги, дал ручку и сказал писать. Начал диктовать мне текст. Я его записывал на этот лист бумаги. Целая куча ошибок, а сотрудник не торопится. Время уже позднее, изредка он поглядывал на часы и в окно. Чтобы осознать, что работать ещё придется очень долго. Суть данной записи была проста. Я брал на себя ответственность за все действия. Одним словом чистосердечное признание. И когда я закончил свой диктант. Он вышел из кабинета. Через некоторое время вернулся обратно с листками бумаги. Бросил их передо мной. Сам начал пить свой чай. И наблюдать за мной. Я ознакомился с данными листами. Там мои подельники, всё валили на меня. Без чести и совести, решили сделать меня крайним. И если к этим бумагам добавить мое чистосердечное признание. То в результате на зону отправлюсь только лишь я один. Усатый сотрудник, просто улыбался и смотрел на меня. Он уже мысленно посадил меня за решетку и давал мне возможность, чтобы я сдал всех остальных. В порыве эмоций, сделав поспешные выводы. Это обычная тактика, чтобы заставить говорить одного. Уже не актуально было бить и выбивать правду. Так как, всё больше жалоб поступало по этому поводу. Хитрый ход. Ему был интересен не я, не мои подельники, которых поймали. Он хотел поймать тех, кто стоял над нами. Так как посади нас, ничего не изменится. За место нас придут другие, под четким руководством старших ребят. Поэтому надо сажать голову, и тогда вся проблема будет решена разом. 

Усатый сотрудник: «Всё ещё хочешь взять всё на себя? Или начнешь говорить?» 

Я просто молчу, настолько я был разочарован в этих ребятах, которые были готовы идти горой за меня, когда-то. А теперь писали собственными руками, что я организатор, что это всё моих рук дело. А также расписали все имена, которые были замешаны в этом деле. Нужно было ещё моё подтверждение и все мы конвейером направились бы в колонию для малолеток, а те, кто старше нас, отправились бы в колонию общего режима. Одним словом, нужна полная иерархия сотруднику, кто главный, кто правая и левая рука. Он нарисовал мне схему, и я должен был вписать туда имена. А я сидел и думал над тем, стоит это того или нет. Сотрудник долго мурыжил меня очень долго. Но, так и не добился желаемой цели. Просто оказался не у дел. Наблюдал за мной, улыбался и не мог поверить, что у него не получилось развязать мне язык. А в это время уже пришел мой отчим. Отчим посмотрел на меня, в глазах у него было отчаяние и огорчение. Не обида, а именно огорчение. Потому что только девочки обижаются, а мужчины огорчаются. Он выгнал меня из кабинета, чтобы переговорить с сотрудником. И, как всем известно, все любят деньги. Нужно лишь договориться о сумме. И сумма оказалась круглой для моего отчима, чтобы я остался на свободе. Ценой моей свободы, оказался целый бизнес моего отчима. И он без лишних раздумий переписал станцию технического обслуживания, на конкретных лиц. Так и закрыли дело в отношении меня. Эти двое ребят отправились в колонию для малолетних преступников. А я остался на свободе. 

Но, вся ирония в том, что никто не знал о том, что произошло в отделении. И все посчитали, что я сдал тех двоих ребят. И, как бы я не старался оправдаться, это всё выглядело глупо. Так как на свободе остался я. А те двое отправились за решетку. Моей вины нет в том, что их родители не смогли расплатиться. И я никого не сдал в своих рукописях, когда те двое расписали всё до мелочей. Но, одной только писанины было мало. Поэтому сотрудники лишь взяли в разработку этих ребят, чтобы взять с поличным. Я оказался на свободе, но с условием моего отчима, что я прекращу себя так вести. Я старался восстановиться в его глазах. Пытался исправить совершенные ошибки. Больше не ошивался вместе с этими ребятами, так как маски слетели у них. И всё стало на свои места. Жизнь снова начала налаживаться. Я получил жесткое наказание. Мы вернулись к тому, с чего начинали. С обычного бизнеса по ремонту техники. Чтобы снова собрать деньги и попытаться снова начать ещё один бизнес, чтобы обеспечивать себя. Но, в один из дней, когда я возвращался домой. Ребята подкараулили меня возле дома. Начались допросы в мой адрес. Каждый из них был недоволен чем-то. Так как все они подозревали меня, в том, что я подставил остальных. Как бы я не пытался объяснить им, что я ничего не сказал, они мне не верили. Пока не подоспел мой отчим. И тогда-то начался накал страстей. Тогда их было не много, только трое из всей этой компании. Всё закончилось тем, что они пожалели за свои попытки огрызаться и напасть. Все трое оказались на земле, причем с серьезными травмами. И с того момента, никого из нас не трогали. Обходили стороной, потому что боялись ещё раз получить. 

Была бы у меня возможность привести усатого сотрудника к ним, чтобы он всё им рассказал. Но, такой возможности у меня не было. Они все были уже на заметке. За ними следили, и пытались поймать с поличным. Но, на тот момент, они не предпринимали никаких действий. Просто выжидали момента, когда наступит тишина. После чего снова взяться за свои выходы на дело. А мы жили спокойной жизнью. Работа, учеба, дом. Работа, учеба, дом. И так, каждый день. Отчим нарадоваться не мог, пытался становиться мне лучшим другом. И у него получалось. Ему пришлось заплатить большую сумму денег и отдать свой бизнес, чтобы вызволить меня. И теперь я понимал, что он любит и ценит меня. А самое главное, дорожит мной. Поэтому старался не огорчать его. Он закрыл глаза на то, что я курю. Но, попросил меня больше не увлекаться алкоголем. Тогда он мне сказал одну фразу: «Пить нужно по радостным поводам. И нельзя пить из-за бездельничества или горечи. Иначе это затянет в пучину». Избегал общения и встреч, со своей шайкой. Постоянно находился на уроках. И так, продлилось не долго. Пока не наступил один из роковых моментов в моей жизни, который подкосил меня и мать. 

В тот день я вернулся домой с работы раньше. Так как нужно было помочь матери. Она закручивали банки на зиму. Это была ранняя осень. Так, что я сидел и с помощью закаточного ключа. Такой ключ у многих лежит среди других столовых приборов. Сидишь и закручиваешь, пока мама готовит начинки внутри банок. Огурцы, помидоры, салаты, капуста квашеная и т.д. Далеко не легкая работа, но приходится это делать. Так как это пожелание отчима. Он любил, чтобы зимой были витамины у каждого ребенка и не наступал весной авитаминоз. Болезнь, когда отсутствуют витамины в организме. Обычно это выражается в виде, облезающей кожи на пальцах рук, или же серым оттенком лица и плохим настроением. Малыши просто бегали по дому, некоторые из них лезли в банки пальцами, другие дергали оттуда огурчик или же помидор. И убегали в другую комнату, чтобы там насытиться этими вкусностями. После чего мама закрыла дверь на кухню. 

Она сильно изменилась, стала хозяйственной женщиной. Благодаря отчиму, который многому её обучил. Прямо на глазах, она становилась лучшей мамой на свете. Да, нас не баловали дорогими подарками. Нам не дарили дорогих вещей. Но, это всё было не нужно. Нам и так всего хватало. Всё благодаря отчиму, который вкалывал сутки напролет, чтобы прокормить всю эту ораву мелких сорванцов. И при этом старался воспитывать всех, и вырастить из нас достойных членов общества. Дома мы не поднимали вопрос о том, что было у меня. Мы просто решили закрыть глаза и забыть об этом периоде жизни. Потому что это не имело никакого значения на данный момент. Нам нужно было восстановить потерянное. И я прикладывал все силы, чтобы мы могли быстрее начать очередной бизнес с ремонтом автомобилей. Так как я очень любил заниматься этим. 

Да только вой сирен и прибежавший мальчуган, в тот вечер всё изменили. Лил сильный дождь, а я выбегаю из дома в одних шортах и домашних тапочках. Плевать, что холодно, плевать, что промокну. Просто лечу на улицу, перепрыгивая все эти лестницы на своем пути. И вот я возле отчима. Огромное количество людей, скорая помощь, полиция. А он лежит. Не дышит, не моргает, не говорит. Просто лежит. Много ножевых ранений, из которых сочилась кровь. И он лежал в собственной крови всё это время, пока его нашла наша соседка. Я плакал, не буду стесняться этого слова. Я плакал, рыдал и кричал, словно резали меня в тот момент. И только дождь прятал мои слезы. Словно он был в тот момент моим другом. Я уже тогда подозревал и знал, кто мог совершить это, но в очередной раз ничего не сказал. Я не увидел у него на руке часов, которые он никогда не снимал. Деньги были при нем, портмоне было в кармане с документами. Золотая цепочка на шее с крестом. Золотое обручальное кольцо на безымянном пальце. Всё было на своих местах, только лишь часов не было на запястье. Один из сотрудников поинтересовался, не пропали ли его вещи. И тогда я сказал, что пропали часы. Хороший и честный полицейский оказался. Всех собрал и дал возможность самостоятельно вернуть эти часы, но все строили из себя честных. Точнее, только один человек строил из себя честного. Остальные, как есть говорили, что не брали. В итоге организовали проверку, и эти часы нашлись. Один из криминалистов, решил оставить их себе. Так как эти часы ценятся только у военных и сотрудников правоохранительных органов, которые прошли военную подготовку. А так, на рынке, эти часы особой ценности не имеют. Тут ценность больше, в простом наличии у военного данных часов. Эти часы перестали работать. И по заключению экспертизы, смерть отчима наступила в промежутке того времени, которое было указано на часах. Это был сильный удар, маме было плохо. Она рыдала и не могла поверить, потеряла сознание. И следом прибежали малыши, которые толкали отчима и кричали: «Папа! Папа! Папа!». Но, он был мертв, а они ещё этого даже не понимали. Маму врачи, всеми усилиями привели в чувства. И забрали бездыханное тело моего отчима в морг. А мы направились домой. Честно. В такие моменты, не знаешь, как тебе быть. Дома уже не так светло и ярко. Нет ощущения, будто бы ты пришел к себе домой. Нет уюта, нет ничего того, что было, когда был жив он. Теперь всё стало серым, пресным и ужасным. Мама заперлась в спальне, очень долго плакала. Малыши донимали меня вопросами, о том, что случилось с папой. А я сидел, просто сидел на месте, уставившись на стену. У меня вообще это не укладывалось в голове. Просто я не мог поверить в то, что такое вообще возможно. На него напали с двух сторон в узком пространстве. И поэтому он не смог сопротивляться. Удары ножами с разных сторон. И всё на этом. Но, он успел кому-то выбить зуб. И это был «Шах», как после стало известно. Только он один ходил без одного зуба. Только вот следствие зашло в тупик, и ничего не смогло доказать. Так как, я не дал наводки на них. И каждый раз задаю себе вопрос: «А может, стоило?».